Не смотри свысока - Сюзанна Энок

– Это знак мне, – сказала Саманта. – Я убегаю. У меня встреча со Стоуни.

Рик снова схватил ее за руку.

– Подожди минуту. Завтра устраивают еще один благотворительный обед. Если мы пойдем, я должен позвонить, заказать билеты. Том, – сказал Рик в трубку.

Пока он слушал адвоката, его рука крепко сжимала запястье Саманты. Он захлопнул телефон, даже не попрощавшись с Доннером. Она подняла глаза от своих часов. Рик буквально буравил ее насквозь своим взглядом.

– Ну, что сейчас? – спросила она, высвобождая руку и незаметно делая шаг назад.

– Кэти Доннер. Ты помнишь Кэти?

– Конечно. Жена Тома. С ней все в порядке?

– Она видела тебя. – Саманта нахмурилась.

– Тогда она должна была поздороваться.

– Ты ехала на «бентли». Она видела, как ты остановилась у ворот Коронадо-Хаус.

О черт! Она почти забыла об этой неурядице.

– Мне бы не хотелось объяснять это тебе, – медленно проговорила Саманта, непринужденно делая еще один шаг назад. «Не давай заманить себя в ловушку. Никогда не давай заманить себя в ловушку». С этого начинались три наставления, которым ее учил отец.

– И все-таки объясни. – Ричард шумно вдохнул воздух. – Какие у тебя дела с Патрицией… да еще в Коронадо-Хаус? Какого черта ты туда ездила? Не просто же из легкого любопытства, посмотреть, как это выглядит снаружи? Ты входила в дом, Саманта?

Вот почему она предпочитала маскировку и анонимность. Теперь ее знали слишком много людей.

– Ну хорошо. Патриция знакома с Дэниелом, а мне нужно было как-то попасть в дом, чтобы это не выглядело голой фикцией. Но это не помогло, потому что папа Кунц, похоже, собрал обо мне все данные. Так что его дети знают о наследии Джеллико. Поэтому я смылась оттуда и потом позвонила тебе. Вот и все.

– Ты использовала мою бывшую жену, чтобы незаконно проникнуть в дом?

– В этом не было ничего незаконного.

– И еще ты скрыла от меня, что знакома с Дэниелом и Лори. – Саманта нахмурилась.

– Ну ладно. Скрыла. Я хочу выиграть пари.

– Пари. Я начинаю жалеть, что дал согласие. – Синие глаза Рика сверкали гневом. – Как ты узнала, что Патриция знакома с Дэниелом?

– Я видела, как они разговаривали друг с другом, – солгала Саманта, умалчивая о кольце и всем, что с ним связано. Это должно оставаться между ней и Патти, как она и обещала. Зная подозрительность Рика, она решила, что про «в» и «п» вообще ни за что не признается, хотя это было сделано, чтобы вернуть, а не украсть вещь.

– Значит, ты просто позвонила ей и попросила разрешения пойти вместе с ней в Коронадо-Хаус? И она согласилась? – В грудном голосе Рика сквозила ирония.

– Довольно легко. Думаю, Патриция все еще пытается понять наши отношения. Твои и мои. Она ищет разгадку и питается слухами. Я использовала ее, а она – меня, и все вернулись домой счастливые.

– Все, кроме меня, очевидно. А тебе никогда не приходило в голову, что я предпочел бы, чтобы ты не общалась с моей бывшей женой? Или тебя это просто не волнует?

– Это вовсе тебя не касается, – сказала Саманта, когда служащий подогнал серебристый «СЛР». – Если помнишь, ты не спрашивал меня, одобряю ли я твое намерение помочь Патти с ее маленькими проблемами. Я же не устраивала из-за этого скандала!

Саманта оставила Рика в его «СЛР» и направилась в противоположную сторону, к «бентли». Никто не раздражал ее так, как Рик Аддисон, будь он неладен!

«СЛР» с ревом дал задний ход. Краем глаза она видела, как Рик обогнул угол, пытаясь подстроиться под скорость «бентли».

– Саманта!

– Я занята! – огрызнулась она и нажала на газ, понимая, что со стороны оба они выглядят совершенно безбашенными лихачами. Черт побери, она шла ему на уступки, даже рассказала, что ведет свое расследование.

Рик продолжал ехать рядом.

– Я не перестану с тобой ссориться лишь потому, что ты уезжаешь, – сказал он через минуту.

– Хорошо, – пробормотала она через открытое окно, встретившись с ним взглядом. – Ты бы лучше поискал другой предлог для ссоры, ведь Патти – не единственная причина. Увидимся позже. Я должна встретиться со Стоуни.

Продолжая разговаривать, Саманта сделала вид, будто не прислушивается к работе автоматического стеклоподъемника, потом переключила передачу. Мотор запустился снова, быстро набирая обороты.

Она вдруг встревожилась. Может наступить время, когда он перестанет утруждать себя спорами с ней и поймет, что каждый раз, когда уступает ей в каком-либо вопросе, на самом деле выигрывает. Или хуже того – может решить, что риск из-за ее сомнительного образа жизни того не стоит.

Но пока ей нравилось играть с огнем. И она ни за что не сбавит цену. Черта с два! До сих пор ее жизнь представляла собой сплошной поток адреналина. Если у нее вдруг закружится голова и земля закачается под ногами, это падение будет платой за ее проклятую ошибку.

Прежде чем войти в «Грессинс антике», Саманта потратила минуту, разглядывая витрину. Здесь были мебель, подсвечники, вазы, конь-качалка девятнадцатого века и другие предметы для украшения интерьера. Она нахмурилась. Ни ювелирных изделий из коллекции Гугенталя, ни уважающего себя Ван Гога или О'Киф не было и в помине. Саманта стряхнула с лица хмурое выражение и распахнула дверь.

– Сэм, – послышалось из дальнего правого угла салона. В загроможденной комнате она с трудом разглядела куполообразный лоб Стоуни.

– У нас в офисе уже есть мебель, – тихо сказала Саманта, подходя к нему. – Или это следующая партия?

– Очень занятная штучка. – Стоуни вертел в пальцах небольшую деревянную шкатулку для драгоценностей. – Ну разве не милая вещица?

– Очень. Что…

Стоуни открыл шкатулку. Внутреннюю сторону крышки, отделанной красным бархатом, украшал золотой лист с витиеватой буквой «G».

– Гугенталь? – пробормотала Саманта. – Немного топорная работа, не правда ли?

– Вот и я о том же думаю, милая, – ответил крупный мужчина. – Не вполне соответствует почерку остальных вещей из коллекции Гугенталя. Такое впечатление, что сделано наспех, непосредственно перед его вынужденной самоликвидацией.

– Жалкая попытка вернуть былую славу. Если не можешь сделать что-то дорогим, сделай это кричащим. – Саманта захлопнула крышку и осторожно повернула шкатулку, отыскивая какие-нибудь опознавательные знаки. – Это ручная работа, – заключила она через минуту, проводя пальцем по резной эмблеме, напоминающей крошечную сосну. – Вероятно, сделано в Бельгии. Тогда это действительно из фамильной коллекции Гугенталя. Но какое…

– Я спросил, когда она поступила. Владелец сказал – вчера.

– Погоди. – Саманта раскрыла свой телефон и набрала несколько цифр. Она была удивлена, что помнит этот особый номер. – Фрэнк? Это Сэм. В том перечне вещей, украденных у Кунца, случайно нет каких-нибудь шкатулок для драгоценностей?