Поверь и полюби - Софи Уэстон

– Тем вечером… когда ты приехала с ним… я все видел. Ты знала об этом? Мне нужно было с тобой поговорить, но ты никак не могла найти для меня время. Я смотрел в окно и ждал тебя, а потом увидел твою машину и спустился.

– Ты видел, как Дэйв поцеловал меня? – выдохнула она.

Джастин слегка отстранил Кенди и взглянул на нее.

– Я видел, что вы целовались, – поправил он с иронической улыбкой. – Не сказал бы, что ты сопротивлялась.

Теперь он может расстаться с ней навсегда. Но с этим она справится. И Кенди сказала:

– Дэйв набросился на меня совершенно неожиданно. Наверное, потому, что я перестала обожать его, как все его поклонницы из Центра. Вот наш начальник и решил «навести порядок». Но я сказала, что он зря старается, и он обиделся. Ты не видел, с какой миной он отправился на автобусную остановку?

Джастин прикрыл глаза и покачал головой.

– Я тогда решил побыстрее уйти. А то получалось, что я подглядываю за тобой. Я хотел и виду не подать, но ты вошла такая оживленная, и я сорвался. – Его загорелые щеки окрасились легким румянцем. – И никогда не прощу себе этого.

– Что был со мной близок? – спросила Кенди с показной невозмутимостью, хотя на самом деле у нее громко билось сердце.

Джастин сверкнул глазами.

– Честно говоря, не это. Не могу себе простить, что воспользовался своим опытом, чтобы против твоего желания – и я понимал это – склонить тебя к тому, чего ты не хотела.

Кенди вся затрепетала, но храбро встретилась с ним взглядом.

– Так тебе казалось, что я этого не хотела? – вежливо осведомилась она.

Джастин рассмеялся, но в глазах его осталась печаль.

– Тогда – нет. Но ты была выбита из колеи, все это было тебе в новинку. Сексуальное влечение сильно влияет на эмоциональное состояние. Ты это вряд ли понимала. Но я-то понимал. И на следующее утро ты тоже поняла. – Лицо его вдруг омрачилось. – Ты и смотреть на меня не хотела.

Кенди высвободилась из его объятий. Заложив руки за спину, она встала перед ним с гордо поднятой головой.

– Я стеснялась. И мне казалось, что это ты смотреть на меня не хочешь.

– Стеснялась? – тихо повторил он.

– Хорошо тебе, – гневно проговорила Кенди, – у тебя столько опыта – десятилетия, как ты сам сказал.

– Я не говорил – десятилетия, – возмутился Джастин.

Кенди продолжала, не обращая внимания на его слова:

– Для меня это было в первый раз, и я даже не знала, что так потеряю контроль над собой. Я думала…

Джастин, похоже, снова вошел в свой обычный образ насмешника, и Кенди с обидой заметила это. У него поднялась бровь, и она покраснела.

– Если хочешь знать, мне это показалось чем-то чрезмерным. И я подумала, что ты считаешь происшедшее – даже не знаю, как сказать – постыдным, даже отвратительным.

Ее слова как ураганом смели насмешливое выражение с его лица.

– Что? – с ужасом переспросил он.

– Имей в виду, что для меня это было в новинку, – Кенди не без удовольствия воспользовалась его собственными словами. – Но после того, как мы вернулись из Франции, ты сам не проявлял ни малейшего желания быть со мной. И я подумала, что, если сама проявлю инициативу, тебе будет противно.

Джастин шагнул к ней.

– Что ты сказала?

– То, что ты слышал. Джастин покачал головой.

– Да, но я не могу в это поверить, – откровенно признался он. – Ты же всячески избегала близости. Еще до Франции.

Кенди стряхнула с глаз пряди волос, придвинулась к нему и прошипела:

– Так ведь я же не знала, что у тебя в голове. Ты же говорил, что мы поженимся для удовольствия. Удовольствие, – мрачно подчеркнула она, – а не любовь, не преданность друг другу. Что же мне оставалось делать? Сказать: «Прости, но мне кажется, что я в тебя влюбилась»? Ты со мной не разговаривал, не интересовался моими делами… – Гневные рыдания заглушили ее речь.

Джастин медленно опустился на стул у окна. Он протянул ей руку, но она покачала головой.

– Подойди, – ровным голосом сказал он. – Пожалуйста.

Она проглотила слезы и возразила:

– Джастин, я ведь до сих пор не знаю, что ты чувствуешь ко мне.

Он недоверчиво взглянул на нее:

– Я думал, это очевидно.

Кенди сжала зубы:

– Только не мне.

Он улыбнулся:

– Тогда иди сюда, сядь, и я все объясню.

Она медлила, и он улыбнулся еще шире:

– Ты боишься?

Теперь она не колебалась и села рядом с ним у окна, сделав вид, что не замечает протянутой руки. Он слегка кивнул и повернулся, чтобы лучше видеть ее, потом спокойно заговорил и не делал попыток коснуться ее.

– Когда мы встретились, я не искал себе жену. Или подружку, – быстро добавил он под ее насмешливым взглядом. – Я это испытал, и, честно сказать, с меня хватало.

Кенди слушала, опустив голову и избегая смотреть на него. Она научилась распознавать оттенки его чувств по голосу – ведь его красивое лицо могло быть таким обманчивым. Ей казалось, что сейчас он говорит правду.

– Зачем же ты предложил мне выйти за тебя? – прямо спросила она.

Джастин откинулся назад. Он сделал это будто бы небрежно, но ей показалось, что он скрывает боль. Она чувствовала его взгляд, но упрямо смотрела в пол.

– Вот это и есть пример величайших загадок жизни, – протянул он. – В мои планы это не входило. Да и ни в чьи. – Он помедлил. – Включая и тебя, моя дорогая.

После этих его слов Кенди подняла голову. Она не выдержала его теплого взгляда: сердце ее затрепетало.

– И Лизбет Ламонт, – буркнула она. Джастин удивился.

– Лизбет?

– Она намекнула мне, что у вас был роман. И что она не считает меня серьезной соперницей, – злорадно сообщила Кенди Джастину.

Его глаза блеснули.

– Я помню. Это был тот редкий случай, когда меня посещала надежда.

Она саркастически изогнула брови.

– Из-за ее ревности? Что же ты тогда не бросил меня и не женился на ней? Не стал с ней жить или не сделал чего-нибудь еще, чего бы тебе хотелось?

Джастин вздохнул с раздражением.

– У меня появилась надежда, потому что ревновала ты. Что мне до Лизбет Ламонт? Меня не интересует и никогда не интересовала Лиз Ламонт. И я ее тоже. И мы с ней оба знаем это.

Кенди очень хотелось поверить ему. Но Джереми говорил, что он и Лиз были любовниками, а он не стал бы болтать попусту. А как можно было забыть случайно подслушанный разговор? И как тогда вела себя ее мать… А у Джудит было чутье.