Мистер - Эрика Леонард Джеймс

– Спасибо. – Я усмехаюсь. Девушка явно повеселела. – Включим музыку?

Она кивает, пережевывая ветчину и сыр.

– Выбери сама. Нажми вот на ту кнопку и пролистай записи.

Алессия, прищурившись, смотрит на экран и изучает мои списки композиций. Она очень серьезно подходит к выбору мелодии. В призрачном освещении экрана ее лицо сосредоточенно нахмурено.

– Мне все незнакомо, – тихо говорит она.

Я возвращаю ей панини.

– Выбери наобум.

Алессия что-то нажимает пальчиком на экране, и я улыбаюсь, заметив, что она выбрала.

«Бхангра. А почему бы нет?»

Мужчина поет без сопровождения.

– Что это за язык? – спрашивает Алессия и еще раз откусывает панини. Расплавленный кусочек моцареллы выскальзывает у нее из уголка рта. Затолкнув беглеца обратно, девушка облизывает палец. Мое тело тут же отзывается на эту соблазнительную картину.

Я крепче сжимаю руль.

– Пенджаби, наверное.

Вступают музыкальные инструменты, и Алессия передает мне панини. Она слегка приплясывает под музыку, даже сидя.

– Никогда не слышала ничего подобного.

– Я порой ставлю эту композицию, когда работаю диджеем. Еще хочешь? – предлагаю я ей остатки сэндвича.

Она качает головой.

– Нет, спасибо.

Я кладу последний кусок панини в рот и довольно улыбаюсь – хитрость удалась, Алессия съела больше, чем собиралась.

– Работаешь диджеем? Что это значит?

– Ну, в клубе. Где танцуют. Под музыку. Я ставлю музыку пару ночей в месяц в Хокстоне.

Алессия смотрит на меня пустым взглядом.

«Она ни слова не поняла из того, что я сказал».

– Ладно, сходим с тобой в клуб, сама увидишь.

Алессия потихоньку начинает отбивать ритм ногами. Я встряхиваю головой. Как же так? Она совсем не знает жизни!

Хотя, если вспомнить, что она пережила, кое-что знает. Меня снова настигают мрачные мысли.

А потом я вспоминаю признание Алессии на стоянке.

Она сбежала.

«Сбежала!»

«Они хотели, чтобы мы были чистыми… за чистых дали бы лучшую цену».

Я судорожно выдыхаю.

Очень надеюсь, ради самой Алессии, что она избежала самого страшного. Но иногда мне в это не верится. Она шла к Магде одна, ночами. Я пытаюсь осознать, что она преодолела, как спаслась. Нашла место, чтобы жить. Работу. И вновь сбежала сегодня из моей квартиры. У нее ничего нет, зато она очень изобретательная, талантливая, храбрая и красивая. Я гордо улыбаюсь.

– Алессия, ты совершенно необыкновенная, – шепчу я.

Она поглощена музыкой и ничего не слышит.

Уже после полуночи мы въезжаем на гравиевую дорожку и останавливаемся у гаража в «Убежище», одного из фешенебельных коттеджей на окраине поместья Треветик. Я не хочу пугать Алессию видом главной усадьбы, еще успеется. Я хочу, чтобы она была только со мной. В большом доме много народу, а я так и не придумал, что скажу Алессии и об Алессии. Пока она не знает, кто я, чем владею и что получил по праву рождения. И мне это нравится.

Она спит. Наверное, измучилась. Я смотрю на нее – даже в резком свете фонаря черты ее лица такие нежные и мягкие.

«Спящая красавица».

Я мог бы смотреть на нее часами. Она морщится, и я представляю себе, что ей снится.

«Я?»

Отнести ее в дом? Нет, пожалуй, это опасно. Ступеньки здесь крутые, скользкие. Я разбужу ее. Поцелуем. Как принцессу. И да, я помню, что обещал дать ей время и не касаться ее.

– Алессия, – шепчу я. – Мы приехали.

– Привет, – говорит она, открыв глаза.

– Привет, красавица. Мы приехали.