Время океана - Эль Реми

Я опустил взгляд на Хилл. Эта недотепа, скрючившись, сидела на ковре, недовольно таращась на Себастиана. Светлые короткие волосы торчали в разные стороны, на макушке сидела дурацкая шапка с помпоном. Ее вздернутый веснушчатый нос каждый раз морщился, когда заговаривал Салливан. Временами неуклюжая, несдержанная и чокнутая. Маленькая обезьянка, которая даже не старалась быть аккуратной.

Стелла и Алесса — две противоположности. При этом очарованием лично для меня обладала Хилл. Может, я болею или со мной что-то не то? Предпочесть обезьянку пантере — крайне странный выбор.

— Нет, я остался следить за вами, — ответил я, опомнившись.

Марио слабо улыбнулся мне, как и Стелла, которая перевела на него задумчивый и слегка заинтересованный взгляд. Себастиан же пилил Алессу своими гетерохромными глазами.

— Че вылупился, мелкий? — гаркнула она ему.

Я снова пихнул ее ногой.

— Боже, какая же ты дикая! И с какой стати он мелкий? Из нас всех самая мелкая — ты, — ответил я ей.

Ведь даже Марио был старше ее на насколько минут.

— А вот и нет, — ухмыльнулась она, кивнув в сторону Салливана. — Это он мелкий. Ему всего шестнадцать.

Я удивленно посмотрел на Себастиана, который совсем не выглядел на свой возраст.

— Тебе шестнадцать? — спросил я.

— Трудно поверить, да? — ответил он.

Вроде высокий и хорошо сложенный, не слишком широкоплечий, но жилистый. У него было взрослое лицо и низкий голос, а говорил и мыслил он явно не как подросток. Да и серфил неплохо, лучше своих сверстников. Себастиан Салливан явно не казался мне шестнадцатилетним пареньком, каким, оказывается, был.

— Самый крутой из самых мелких, — произнес Марио, и они с Себастианом ударились кулаками.

Хилл едва не подавилась злостью на брата.

— Жалко, что Сай не поехал, — перевела тему Лисс. — С ним было бы веселее.

Марьен отпил горячего шоколада, когда Стелла наблюдала за ним. Она слегка задумчиво, не отводя взгляда, ответила:

— Ему здесь нечего было бы делать. К тому же эта поездка только для нашего университета…

Спустя пару секунд Себастиан еле заметно пошлепал Марио по руке, на что-то намекая. Он слабо кивнул в сторону Стеллы, будто бы сообщая, что она уже долго засматривается на Марьена. Тот глянул на нее, потом на Салливана. Потом помотал головой и поморщился. Я улыбнулся этому немому разговору парней.

— Я все, — резко сказал он. — Пойду спать, устал.

Едва сдержав улыбку, я понял, что он сливается подальше от Стеллы. Себастиан тоже тихо посмеялся в кулак, поднимаясь с дивана следом за ним.

— Ага, и я. Спокойной ночи, бандитка, — бросил Себастиан, ухмыльнувшись и высунув язык Алессе, у которой уши от злости покраснели. Если Хилл злилась на него и обижалась за стычки на прошлой неделе, то Салливан уже явно издевался над ней.

— Заткнись и проваливай! — выпалила она, подскочив.

Я перехватил ее за талию и усадил на свое колено. Она злобно проследила за тем, как Себастиан и Марьен, тихо переговариваясь и смеясь, удалились на первый этаж. Диаз, потянувшись, стала медленно вставать с кресла.

— Алесса, почему ты не спишь со мной в одной комнате? Зачем в отдельной?

Я увидел, как Хилл немного напряглась и сконфузилась, явно продумывая, что бы соврать. Я чуть сильнее приобнял ее за талию.

— Она спит как лошадь, — ответил я за нее. — Поверь, тебе же безопаснее спать одной.

Лисс возмущенно посмотрела на меня, а Стелла, засмеявшись, направилась к лестнице на второй этаж.

— Я просто хотела посекретничать с тобой перед сном, — улыбнулась Диаз. — Но, видимо, в другой раз. Спокойной ночи, ребята.

Девушка помахала нам и стала медленно подниматься наверх. Алесса, у кожа которой горела оранжевым светом из-за огня, медленно перевела на меня свои золотые глаза. На ее полных губах промелькнула умешка.

— Как лошадь, значит?

Она и не планировала вставать с моего колена. Ее руки обвивали мою шею, чтобы было удобнее. Я хорошо мог рассмотреть ее лицо, особенно веснушки. И ей льстило такое положение — сидя на мне.

— Я уже спал с тобой однажды. Поэтому да.

— Ты же все врешь. Марио спал со мной и ни слова не сказал про то, что я сплю как…

— Сейчас и узнаем, — проворковал я. — Все разошлись по комнатам. Никто не увидит, если мы вместе пойдем к тебе.

Алесса немного смутилась, потупив взгляд, и кивнула в знак согласия. Мне кажется, я даже услышал, как быстро забилось ее сердце от этого предложения. Она подалась вперед, обняв меня и положив голову мне на плечо. Я почувствовал запах детского мыла и оливкового крема. Хилл уткнулась в меня носом.

— Нравишься ты мне, — пролепетала она. — Поэтому доверяю.

Словно через силу и стыд, она говорила обрывистыми фразами. Я чуть прижал ее к себе, пройдясь пальцами вдоль гибкой узкой спины. А в следующую секунду подхватил, обняв, и встал. Она, как обезьянка, вцепилась в меня, обхватив мой торс ногами. Я тоже пошел к лестнице, как и все минутой ранее, придерживая Хилл.

— Пойдем спать, — сказал я. — Тебе уже давно пора. Завтра весь день будем на горе.

Я стал подниматься наверх, неся на руках самое любимое мною создание. Черт, и как я успел привязаться к этой чудачке? Опекаю ее, как старший брат, защищаю, как отец, учу, как преподаватель, и люблю, как парень. У меня в голове полная каша.

Я к такому не готов. Помогите.

* * *

Лунный серебряный свет обливал его точеный профиль, выделяя острые скулы и карикатурный профиль. Спокойные светлые глаза потеряли яркость в монохромной темноте, обрамленные густыми пушистыми ресницами. Он молчал, уставившись в потолок и явно думая о чем-то. Светлые волосы смешно вились на кончиках, торча в разные стороны и огибая овал лица.

Киллиан был безумно красив. И он с гордостью нес эту красоту, украшая ее своим мирным характером, интеллектом, высоким мастерством и ярко выраженной индивидуальностью. Он настолько выделялся среди остальных, что порой, стоя рядом с Кастелланом, окружающие просто меркли для меня.

— Ложилась бы ты уже спать, — устало сказал он, повернув голову ко мне и слабо улыбнувшись. — Ты же не собираешься таращиться всю ночь на меня?

Я поджала губы и пожала плечами. Мы лежали в моей комнате, которая была скудно, но уютно обставлена. Мягкая теплая кровать, на которой я лежала, была завалена подушками, и я с удовольствием ворочалась в них. На полу толстый ковер, а рядом с ним — вытянутая кожаная софа, на которой как раз развалился Киллиан, укутанный в шерстяное покрывало. Недалеко от нас стоял комнатный растопленный камин, в котором горел и потрескивал огонь. Его оранжевый свет падал на стены и предметы, а нас с Киллианом пламя хорошо согревало.