Беспокойное сердце - Черил Энн Портер

— Договорились. Буду предупреждать тебя обо всех кровавых делах заранее. Только помни, что ты моя пленница. Даже для этих двоих. И постарайся вести себя, как подобает пленнице.

— Думаю, с этим проблем не будет, Чапело.

Зант рассмеялся. Да уж, с «этим» у Джейси проблем быть не могло.

— Почему ты смеешься? И вообще, если уж я твоя пленница, то, может быть, лучше меня связать?

— Нет, не стоит. А если ты попытаешься сбежать, то я тебя попросту пристрелю. И они это прекрасно знают.

— Замечательно! Именно о таких вещах я и просила предупреждать.

Блю и Пако приблизились и помахали Занту, приветствуя его.

— Меня здесь любят, — заметил Зант.

— Должен же тебя хоть кто-нибудь любить.

Тут всадники подъехали еще ближе, и Блю, хлопнув Занта ладонью по спине, воскликнул:

— Я так и знал, что это ты! Рад тебя видеть, приятель!

— Я тоже рад, — ответил Зант с улыбкой. Повернувшись к Пако, он похлопал его по плечу: — Как дела, дружище?

Пако уважительно склонил голову:

— Очень хорошо, хозяин, прекрасно.

Зант даже не заметил, что Пако назвал его хозяином. Взглянув на Джейси, он сказал:

— Вот видишь?.. Мне здесь рады. Джейси пренебрежительно сплюнула:

— Как будто мне есть до этого дело.

— Черт возьми! — воскликнул Зант. — Ты должна уважительно разговаривать со мной и с моими людьми! Ясно, женщина? Иначе, сеньорита Лолес, тебя ждет наказание.

Зант и сам не ожидал, что ему так легко дадутся манеры испанского гранда. Джейси недоуменно посмотрела на него и замолчала. Она еще ни разу не видела его таким. Оказывается, он был прирожденным господином и умел повелевать. Да, Зант был именно таким человеком.

Пако и Блю тоже поглядывали на Занта с некоторым удивлением — было очевидно, что и они не ожидали от него такого тона. «Что ж, —мысленно усмехнулся Зант, — если уж это так на них подействовало, то так тому и быть. Тем более что я, Зант Чапело, действительно заслуживаю уважения».

Зная, что никто не посмеет нарушить тишину, он окинул взглядом долину, посреди которой, у реки, располагалась вилла. Его испанские предки построили Сьело-Азул несколько столетий назад, и он очень любил это место, хотя и не считал его своим домом. Но с другой стороны, эта вилла принадлежало ему по праву рождения — в этом дон Рафаэль был прав.

Однако его все еще терзали сомнения. Примут ли его здешние головорезы как главаря? И хотел ли он стать их главарем? Пожалуй, все-таки хотел. Ведь если он будет здесь главным, то Сьело-Азул станет для него настоящим домом. Осознав это, Зант снова повернулся к Джейси:

— Видишь все эти земли? Они принадлежат мне. И ты тоже принадлежишь мне. Мы хорошо понимаем друг друга, сеньорита?

— Да, мы понимаем друг друга, — ответила Джейси, гневно сверкнув глазами.

Зант объяснил друзьям по-испански — Пако по-английски почти не понимал, — что Джейси его пленница. Пако внимательно посмотрел на девушку, а та ответила ему испепеляющим взглядом. Блю же уставился на Занта с удивлением и проговорил:

— Какого черта? О чем ты? Какая же она пленница? Зант пристально посмотрел на друга и ответил:

— Видишь ли, Блю, многое изменилось с тех пор, как мы с тобой виделись в последний раз. Но я вернулся домой, старина, и теперь все будет хорошо. Дон Рафаэль хотел лицезреть Джейси Лолес. Так вот она! Считай, что она мой подарок ему в знак примирения.

— Подарок? Дону Рафаэлю? Приятель, ты спятил?! Это после того, как ты пристрелил двоих наших ради того, чтобы он никогда ее не заполучил?

Замолчи, Блю! — рявкнул Зант. — Пойми, я теперь стал другим человеком. Я не собираюсь больше разъезжать по прерии. Я вернулся домой и займу здесь достойное место. Старики — они и есть старики. Год-другой, и дед помрет. И все это, — он снова окинул взглядом долину, — станет моей собственностью. Блю с сомнением покачал головой:

— Вот уж не думал, Зант, что доживу до того дня, когда ты скажешь такие слова.

— Я тоже не думал, Блю. Но я очень изменился за последние несколько недель и теперь все буду делать… как следует.

Блю усмехнулся:

— Как следует, говоришь? Неужели ты имеешь в виду…

Зант поднял руку, прерывая друга:

— Завтра. А сейчас пора поприветствовать дона Рафаэля. И вручить ему подарок.

Дон Рафаэль Кальдерой уже давно заметил внука и женщину, которую тот привез. Пако и Блю сопровождали их. Стоя в тени массивной арки, старик обернулся к высокому худощавому мужчине:

— Ты только посмотри на них, Мигель. Мой внук вернулся. В который уже раз.

Мигель утвердительно кивнул:

— Да, сеньор. Он всегда возвращается.

Дон Кальдерон внимательно наблюдал за внуком. Тот спешился и, властно хлопнув в ладоши, приказал, чтобы увели коня. Затем стал благосклонно выслушивать приветствовавших его людей.

— Нет, на этот раз он действительно вернулся, —пробормотал старик.

— Почему вы так решили, хозяин? — спросил стоявший слева от него Виктор Дос Сантос.

Дон Кальдерон расплылся в улыбке и проговорил:

— Виктор, разве ты не видишь, как он держится? Разве не видишь, как мои люди обступили его, выказывая ему уважение? Зант стал мужчиной. И он вернулся домой навсегда. Я ждал этого дня много лет.

— Вы, должно быть, гордитесь им?

— Горжусь? Ну конечно! Все, что я делаю, я делаю для него. Но понимает ли он это? Отплатит ли он мне любовью за мою любовь? Или пристрелит меня в один прекрасный день?

— Пусть только попробует, хозяин, — заявил Мигель. — Я служил вам верой и правдой многие годы, и я был рядом с вами, когда он пропадал где-то. Не сомневайтесь, я пристрелю его, если он осмелится поднять на вас руку, хозяин.

Лицо дона Рафаэля потемнело от гнева. Он пристально посмотрел на Мигеля:

— Зант в отличие от тебя сидел в тюрьме. Но теперь он на свободе, и он здесь. Для меня этого достаточно, запомни, Мигель. Не путайся у него под ногами. Зант — мой внук, и я сам буду решать с ним наши проблемы. Ты понял?

— Да, хозяин. Я подчиняюсь, как всегда.

Дон Кальдерон улыбнулся и кивнул. Долговязый Мигель ему нравился. Этот человек был очень неглуп, и именно ему Кальдерон доверял самые сложные задания. Как-то раз он даже сказал, что оставит все свое состояние Мигелю, если внук не заявит о своих правах на наследство. Но Зант вернулся. Причем чувствовалось, что внук созрел для серьезных дел. Так что Мигелю придется с этим смириться… или умереть.

Тут Виктор снова повернулся к дону Кальдерону:

— Хозяин, а вы знаете эту женщину, что с ним? Старик отрицательно покачал головой: