Тысячу раз «да» - Рони Лорен

Он попытался изобразить непринужденную улыбку и взмолился богу, чтобы она не заметила в этой позе, как встал его член.

– Вау, ты, э-э, действительно отдалась этому делу по полной. Отличная работа!

Она потерла губы и отвела взгляд. Ее нос несколько раз сморщился, а пальцы двигались, отбивая по подушечке большого пальца какой-то ритм, как будто она считала. Джаспер нахмурился. Он начинал замечать признаки того, что она нервничает.

– Извини, – сказала она. – Это было… Я не знаю, что это было, черт возьми.

– Наверное, бурбон, – сказал он, стараясь, чтобы это прозвучало достаточно легко. – Ты поддалась моменту. И не извиняйся. Я думаю, мы оба немного увлеклись этой сценой. Такое случается.

Ее взгляд метнулся к нему, на лице появилось скептическое выражение.

– Ты так думаешь?

– Конечно, – сказал он, пожав плечами. – В какой-то момент я поцеловал каждого из моей импровизационной труппы на сцене, и девушек, и парней. – Не взасос, и ему, конечно, не было сложно целовать кого-либо из них, но он не собирался об этом упоминать. – Ты идешь на что угодно, чтобы сделать сцену интересной для зрителей. И все это – на веселой волне.

Она потерла переносицу.

– Может быть, выпивка была плохой идеей.

– Может быть. – Он откашлялся и сел рядом с ней, прислонившись к стене. – Но как бы то ни было, ты великолепна. – Он поморщился. – Я имею в виду сцену. Не поцелуи.

Она напряглась.

– Хотя это тоже было прекрасно, – быстро добавил он. Прекрасно? Какого хрена, Дирс? Он болтал без умолку. Привет, дыра, позволь, я копну поглубже. – Ты понимаешь, что я имею в виду.

Он сам не знал, что имел в виду, но, возможно, у нее был шанс это расшифровать по-своему.

– Мне нужно идти, – резким тоном сказала она. Он посмотрел на нее.

– Ой. Уже?

– Я… Да. – Она поднялась на ноги, ее движения стали немного резкими. – Спасибо за урок.

Он попытался встать.

– Холлин…

Она натянуто улыбнулась.

– Увидимся завтра.

Он нахмурился.

– Ты в порядке, сможешь вести машину? Я имею в виду… бурбон.

Она уже подходила, чтобы взять свои сумочку и сумку со стула.

– Я не пьяна. И вообще я сегодня пришла на работу пешком.

– Я могу проводить тебя домой.

Она повесила на плечо сумку.

– Нет, я в порядке. Все в порядке. Это короткая прогулка.

Черт. Он все испортил. Она отступила.

– Подожди. Мы проведем еще один урок?

Она отвела взгляд.

Проклятье.

– Холлин, прости. Это моя вина. Мне не следовало предлагать тебе спиртное, и я должен был убрать из пачки провокационные карточки. Пожалуйста, не позволяй моей оплошности отпугнуть тебя от уроков.

Она усмехнулась и наконец посмотрела на него.

– Твоя вина? Джаспер, я поцеловала тебя. Я вцепилась в тебя меньше чем через час после того, как ты ясно дал понять, что тебя не интересует эта цыпочка с проблемами.

Слова были как холодная вода в лицо.

– Что? Я никогда не говорил…

Она застонала и откинула голову назад.

– Поздравь меня. Я обладаю сверхъестественной способностью превращать и без того неловкую ситуацию в унизительную. Это как какая-то обратная сверхсила. – Она покачала головой. – Я не могу этого сделать.

– Конечно, можешь. Ты…

– Нет. – Она устало посмотрела на него. – Я не могу делать это с тобой.

Он нахмурился.

– Что это значит?

– Это значит… – Она покачала головой. – Не бери в голову. Мне нужно идти.

Она повернулась, чтобы уйти, но он подбежал к ней и схватил за локоть, прежде чем она смогла сделать шаг.

– Подожди. Не уходи. Скажи мне. Что это значит?

Ее глаза блестели, на лице было написано разочарование.

– Это значит, что я выгляжу жалко. Это значит, что я не усвоила тот урок под дубом. Я все еще та девочка, которая хочет, чтобы ее поцеловал популярный парень. Только на этот раз я навязалась тебе, даже зная точно, чтотебя не интересую.

Губы Джаспера приоткрылись, признание буквально отбросило его.

Она хотела, чтобы он ее поцеловал?

– Холлин, я…

– Пожалуйста, отпусти, – прошептала она. – Пожалуйста, не унижай меня еще больше.

Он выпустил ее локоть, она развернулась и сделала шаг к двери.

– Я ответил на твой поцелуй, – выпалил он.

Она остановилась, все еще стоя к нему спиной.

– Что?

– То, что я сказал о поцелуе на сцене, было ложью. В сценическом поцелуе так не целуются. – Он облизнул губы. – Я ответил на твой поцелуй. Я хотел этого.

– Джаспер, тебе не нужно притворяться…

– Я не притворяюсь. Иисусе. Я не настолько хороший актер.

Она обернулась, между ее бровями залегла смущенная морщинка, щека дернулась.

Он вздохнул и провел рукой по волосам.

– Слушай, Холлин, давай начистоту, ладно? Ты мне нравишься. Как человек. Как писательница. Я думаю, мы могли бы стать хорошими друзьями.

Она поморщилась.

– Я не закончил, – мрачно сказал он. – Ты мне нравишься как человек, но у меня были очень небезопасные для работы мысли о тебе, когда ты играла этот оргазм, и все стало еще хуже, когда ты меня поцеловала. Если бы ты посмотрела вниз до того, как я с тебя слез, ты бы точно увидела, как это повлияло на меня.

Ее брови взлетели вверх.

– Но для нас это эпически плохая идея, – сказал он, выдавливая слова, когда на самом деле хотел прижать ее к ближайшей стене и целовать до тех пор, пока у них обоих не закружится голова. – Я не лгал. Я только что пережил расставание. На данный момент моя жизнь в основном разрушена. И последнее, что мне нужно сделать, это втянуть кого-то в это вместе с собой. Я не в той ситуации, чтобы с кем-то встречаться. Мне нужно вложить все, что у меня есть, в то, чтобы эта театральная штука заработала. Если бы я позволил, чтобы между нами случилось что-то физическое, я бы просто использовал тебя, а я не хочу этого делать. Ты заслуживаешь гораздо большего.

Холлин пристально смотрела на него. Ее шея покраснела, горло сжалось. Она судорожно сглотнула.

– Я понимаю. Значит, ты бы просто использовал меня для секса, потому что я тебе нравлюсь, но на самом деле не заинтересован в том, чтобы встречаться со мной?

Он поморщился.