Титановый король - Юлия Резник

с морально устаревшими гаджетами. Может, это как-то оскорбляло ее изысканный вкус, не знаю. В любом случае, я не смог заставить себя воспользоваться подарком. Я не шкура, которая только рада была бы что-то урвать. Я, мать его, мужик. Даже если Дина так не считает, учитывая все обстоятельства. К черту. Это неважно. Если ей хочется, чтобы я ходил с гребаным айфоном, мне ничего другого не остается. Я заставлю себя. Наверное…

Пожимаю руку рыжему и взлетаю вверх по ступеням. Встреча с деканом проходит несколько скомканно. Он не может скрыть своего интереса, а я не собираюсь его удовлетворять. Да, за меня попросили наверняка серьезные люди. А что их на это сподвигло, никого кроме меня не касается.

В такой кутерьме проходит весь день. Увольнение, перевод детей в новую школу, учеба. Книжки, какие-то тесты, справочники, расписание! И мальчишки, они ведь, как и прежде, на мне. Забери из школы. Отвези на тренировку. Как хорошо, что у нас водитель. Еще вчера я хотел настоять на том, что он мне абсолютно точно не нужен, а сегодня вот передумал. Нет, конечно, я непременно поговорю с Диной. Но чуть позже, как все утрясется.

– Папа, а у нас теперь всегда будет водитель?

А хоть бы и для того, чтобы мои мальчишки не задавали таких вопросов. Откладываю распечатки конспектов. Ловлю взгляд Данила:

– Нет.

– Ну и ладно. На автобусе тоже нормально.

– Ага, – закатывает глаза Никита. – Как бы ни так. Это же Лексус!

– Он не наш, Ник. Нам просто разрешили им сегодня воспользоваться.

Продаваясь с потрохами Дине, я не учел один маленький, но очень важный момент. Я упустил, что в нашу с ней связь невольно будут втянуты мои дети. И пока у меня нет абсолютно никаких соображений на тему того, как этого избежать. Нужно просто дождаться, когда Дине станет получше, и отдельно оговорить этот момент. Знал бы я еще, что сказать… Все так дьявольски сложно. К тому же… когда она поправится, мне придется… она может захотеть воспользоваться… Ох ты ж черт. Одна мысль об этом, мысль, которую я никак не могу облачить в слова, бросает меня в холодный пот. Не знаю, как я буду с ней спать. У меня в груди все морскими узлами сворачивается, стоит только представить, как я укладываюсь между ее широко разведённых ног. Заглядываю в глаза и…

– Пап! Телефон, ты что, не слышишь?

– Да!

– Привет. – Объективно у Дины приятный мелодичный голос. Но он проходится по моим оголенным нервам со звуком ногтя, скребущего по стеклу.

– Привет. Как ты?

Может, мне стоило приехать? Проведать ее или что-то еще, – приходит запоздалая мысль. Что, если она ждала этого? А я до того забегался, что не учел, не подумал… Успела ли Дина пожалеть о нашей сделке? И если так, как она поступит? Не думаю, что отмотает все назад, но…

– Ничего. Звоню спросить, как прошел день. Все ли из запланированного получилось?

А ей что, не доложили? Губы складываются в циничную ухмылку.

– Да. Спасибо… Я… В общем, все нормально. С понедельника мальчики пойдут в гимназию, а я – в универ.

– Рада слышать. Сообщи, когда будете готовы к переезду. Я пришлю кого-нибудь вам помочь.

Машина плавно притормаживает у дома. И я тоже, похоже, не на шутку торможу. Бросаю короткий взгляд на притихших пацанов, дергаю ручку и выхожу прочь, чтобы, не скрывая своего взвинченного состояния, уточнить:

– К какому еще переезду?

Прохожусь пальцами по волосам, в который раз отстранённо отмечаю, что мне не мешало бы подстричься. Хлопают двери, из Лексуса, довольно нелепо смотрящегося на фоне нашего загаженного двора, о чем-то громко споря, выскакивают Данька с Ником. На контрасте с шумом, который сопровождает каждый их шаг, тишина в трубке особенно давит на ухо.

– Ко мне. Я думаю, так будет для нас удобнее.

– А я так не думаю! – парирую зло. Дина встречает мои возражения молчанием. Странно, но именно тишина громче всяких слов говорит мне о том, куда я могу сунуть свое мнение. Ну, или, на худой конец, с ним пойти. Мне требуется вся моя сдержанность, вся рассудительность, чтобы, взяв себя в руки, попытаться аргументировать: – Послушай, я же не один, так? Ты понимала, что у меня дети. Будет неправильно впутывать их в нашу… – я в последний момент отказываюсь от слова «сделка» и меняю концовку: – В наши отношения.

– А как ты думал, нам этого удастся избежать? – Дину как будто и впрямь волнует этот вопрос. Я же понятия не имею, что на него ответить. Признать, что я находился в таком отчаянии, что вообще ни о чем не думал? Так себе вариант.

– Уверен, что-то можно придумать, – упрямо стою на своем. Дина в ответ тяжело вздыхает:

– Федор, я очень занятая женщина. У меня нет времени на свидания и прочую чушь. Совместное проживание – единственный возможный для меня формат отношений с мужчиной. Я полагала, ты это понимаешь.

Нет! Нет, черт его дери! Но кто в этом виноват?

– Подумай, что с ними будет, если я тебе надоем.

Да, это жалко. Я банально перекладываю на нее свою ответственность. Взываю к чувствам сострадания, благоразумия, в конце концов, и прочего дерьма.

– Подумай, что я могу им дать, пока этого не случилось, – парирует Дина. Я зажмуриваюсь и, про себя чертыхнувшись, касаюсь лбом отсыревшего ствола клена.

Шах и мат, Вакула. Шах и мат. Разве с таким поспоришь?

Теперь уж молчим мы оба.

– Старые вещи не бери. Все равно на выходные у нас запланирован шопинг.

Я киваю, потому что горло перехватил спазм, и я не могу выдавить из себя ни звука, сколько ни пытаюсь. Как я на это согласился? Как я буду жить, постоянно в этом варясь? Каждое утро встречаясь за столом с нелюбимой женщиной. Каждую ночь приходя к ней в постель и трахая по факту за деньги?

Господи, не забыть бы купить Виагры.

– Фед… – тихонько зовет меня Дина, чтобы проверить, не оборвалась ли связь.

– Я тут.

– Так что ты скажешь?

– Тебя саму-то когда выписывают?

– Завтра. Врачи настаивают, чтобы я провела в больнице еще пару дней, но я подумала, ты же