Человечка из пророчества - Юлия Юг

В какой-то момент я увидела, что по выемке возле жертвенника –огромного камня, перед которым стояли молодые, стекает вода, хотя возможно, это была и не вода, а какая-то иная текучая жидкость, на неё похожая.

Она стекла с выемки в огромную чашу размером с таз, стоящий на полу, и как только чаша заполнилась больше, чем на половину, ручек пропал. Жрец же взял чашу и поставил её на камень.

Только сейчас я обратила внимание, что на протяжении всего обряда мрагомистр держал за руку Степаниду, не отпуская. Так они, держась за руки, и опустили свои руки, переплетенные между собой, в чашу, а жрец проговорил в этот раз уже на знакомом языке:

«Истина останется,

Ложное уйдёт.

Богами предначертанное

Пусть явью всплывет!».

И молодые вынули руки из чаши.

Далее все было похоже на то, что я увидела в своём сне. Запястья все ещё держащихся за руки мрагомистра и Степаниды покрывала татуировка из цветков и бутонов ассалии, а также цветочной лозы. Татуировка немного сползала от запястьев к кистям.

По храму раздался восхищенный возглас приглашённых. Особенно впечатлены, судя по эмоциям, были присутствующие на обряде маги.

– Истинные… – Раздался чей-то громкий шёпот.

– Они пара! – Подтвердил кто-то вслед.

– Как такое возможно? Они знали или это случайность? – Послышался еще один голос за моей спиной.

Элтарион, приобняв меня за талию, прошептал:

– Видишь, у тебя получилось! А это значит, что ты обладаешь даром предвидения.

Краем глаза я увидела, как владыка оборотней внимательно меня изучает и пристально смотрит в нашу сторону. Наверняка, слова принца не остались незамеченными для чуткого слуха оборотней.

В глазах Степаниды я увидела застывшие слезы. Она стояла и в неверии разглядывала татуировку на своем запястье. Мрагомистр же, как медный пятак, светился от счастья. Он притянул невесту к себе, и крепко сжал Степаниду в своих объятиях. Эта сцена была такой искренней, проникновенной и очень милой. Степанида подрагивающими от волнения руками ответила на объятия мага.

Затем, поцеловав в щеку, раскрасневшуюся от смущения и повышенного внимания невесту, мрагомистр поднял её на руки и понес из храма.

Все гости двинулись вслед за новобрачными. Мы с Элтарионом и Стенией также стали продвигаться к выходу. Я заметила, что в этот раз владыка оборотней не пошел вслед за семьей повелителей, а немного притормозил. После того, как мы стали подходить к выходу, он практически поравнялся с нами, но попыток заговорить или обратить на себя внимание не предпринимал. Он как бы принюхивался и присматривался к нам, вернее ко мне. Определенно, если он услышал слова Элтариона, то моя персона начала представлять для него интерес. Хотя, думаю, девушка из пророчества и так представляла интерес, недаром же в том лесу, где я оказалась, попав в этот мир, Белава обливала меня специальной жидкостью, чтобы перебить мой запах ароматом леса и трав. И вроде как запах она перебивала именно от чувствительного нюха оборотней.

Спускаясь по лестнице из храма, я увидела открытый огромный портал, находящийся прямо под аркой, украшенной прекрасными белыми цветами. Все гости заходили в этот портал, а выходили из него уже на территории дворца, где в саду были накрыты и красиво украшены столы. Во главе стола уже сидели новобрачные.

Мы прошли к столу и сели за него. Элтаион, как настоящий джентльмен, отодвинул стул и после того, как я села, помог придвинуть его ближе к столу.

Удивило меня, что он сел рядом со мной и Стенией, а не занял положенное ему место принца рядом с братом и родителями. То есть, он открыто всем присутствующим демонстрирует, что ухаживает за мной?

От этой мысли сердце пропустило несколько ударов, а затем начало биться еще чаще и сильнее. Неужели мой утренний сон в руку, и у меня, и правда, дар предвидения? Неужели сейчас своими поступками принц заявляет о серьезности своих намерений на меня?

В процессе трапезы я обратила внимание, что Степанида и мрагомистр едят пищу не самостоятельно, а кормят друг друга. Выглядело это как-то слишком интимно и неожиданного для такого торжества. Видя моё любопытство, Элтарион пояснил:

– После проведения обряда, в период застолья, новоиспеченные муж и жена не могут самостоятельно есть из своей тарелки. Традиционно положено, что они должны лучшими и самыми вкусными кусочками пищи кормить друг друга. При этом, они выбирают пищу, которой кормить другого, исходя из своих собственных представлений о том, что является самым лучшим и вкуснейшим.

– Почему? – Удивилась я.

– Считается, что с сегодняшнего дня они вступают в новый период семейной жизни. А подобный прием пищи символизирует заботу и внимание по отношению друг к другу.

Торжество было прекрасным. Пока все сидели за столом и принимали пищу, играла милая и ненавязчивая музыка, выступали танцоры и циркачи-акробаты. Правда, в этом мире они назывались по-другому, но суть остается та же.

Меня удивило, что никто из приглашенных не говорил тосты и пожелания для новобрачных. Любопытство взяло верх, и я спросила Элтариона об этом, на что он неподдельно удивился и ответил:

– Зачем гостям говорить пожелания? Ведь не всё на торжестве будут говорить от чистого сердца и искренне. Я уверен, что есть те, кто будет завидовать молодожёнам. А слова, сказанные не от чистого сердца в такой день, могут очень сильно навредить молодым. Куда больше о пожеланиях и намерениях гостей скажут подарки, которые им приглашенные преподнесут в этот день. Завтра брачующиеся рассмотрят и разберут принесенные им дары. Традиционно, все подарки обязательно подписываются.

Так же из необычных свадебных традиций этого мира, которые меня удивили, оказалась подготовка к первой брачной ночи, о которой тихим и загадочным голосом мне поведал Элтарон во время застолья. Сам он, рассказывая подробности обряда, то и дело норовил вывести узоры на моей спине или прикоснуться к моей руке. Не скажу, что мне это было не приятно, но я его одёргивала, понимая, что на нас и без того обращают внимание собравшиеся за столом гости.

Так вот, обряд подготовки к брачной ночи заключался в следующем: молодожёны после свадьбы уединялись в своих покоях и непосредственно перед тем, как приступить к брачной ночи, они должны провести обряд «омовения». Несмотря на пугающее слово, сам обряд оказался крайне романтичным. Новоиспеченный супруг, а затем и молодая жена должны помыть друг друга в прямом смысле этого слова. Прикасаться и гладить друг друга можно,