Безнадежно влип - Наталья Юнина

– Ты куда? – Медведев хватает меня за руку, как только мы спускаемся на один лестничный пролет.

– Мне нужно поговорить.

– С кем?

– С Вячеславом.

– О, я смотрю, тебе уже зашел несостоявшийся жених, да?

– Ты дурак, что ли?

– Не дурнее тебя, – грубо бросил Миша. – Разговаривать тебе сейчас с ним не о чем. А вообще, у тебя еще будет не одна возможность насладиться его обществом, причем наедине, не расстраивайся. Или ты решила заодно сгонять еще и за цветами, на которые так пускала слюни, что даже не заметила, что мы вернулись?! – в любой другой ситуации я бы привычно толкнула Медведева в грудь и, как минимум, обиделась. Но не сейчас, когда я вдруг четко поняла, что его грубость – это отражение ревности, подавляю в себе улыбку, дабы не выглядеть полной дурой в глазах Миши.

– Я смотрела на цветы, потому что мне их жалко. Кончики не подрезаны, значит долго не простоят.

– Ну да, конечно. Как же я забыл, что ты за все живое. То волка покормить, то собак и кошек пригреть. Удивительно, как еще птицы не в этой категории. Не порядок, Машенька.

– Птички тоже в этой категории, ты просто не знаешь. Я как раз им кое-что купила. Я быстро вернусь, не скучай.

В квартиру зашла уже с другим настроением. Наташа, как только поняла, что вернулась я не к ней, а к Архангельскому, кажется, мысленно записала меня во враги. Сама не ожидала от себя такой прыти. Я схватила его за руку и буквально затащила в ванную.

– Ты хочешь принять душ, но за три месяца свободы так и не научилась делать это самостоятельно? Нужна помощь, да? Давай я лучше позову Наташу, она поможет.

– Не смей со мной разговаривать, как с умалишенной и давить своим авторитетом. Ясно?

– Вау, я почти впечатлен. Но это ты вообще к чему?

– К тому, что не надо здесь командовать. Я могу завтра прийти к папе и рассказать, что ты водил его за нос столько времени. Как думаешь, он скажет тебе спасибо?

– Ясно. Прежде чем угрожать своей невыросшей угрожалкой, надо сначала все обдумать, Мария. Ну скажешь ты ему, что я предпочел свои интересы и желания и что? Он запишет меня в предатели? Возможно, так и есть. И начнется между нами, вместо многолетней дружбы, конфликт. Что из этого вынесешь лично ты? – молчу, не зная, что ответить. – А я тебе скажу: ничего. Более того, ты только проиграешь. Сразу станет ясно, где ты жила все это время. И кого ты подставишь при этом? Правильно, Медведева. Знаешь, что было в прошлую встречу между Гришей и пока еще твоим Мишей?

– Нехороший разговор?

– Почти. Его немножко побили. А знаешь почему немножко? Потому что Гриша был уверен, что между вами ничего не было на тот момент. И то, благодаря тому что у твоего бородача была постоянная девка. Но твой Медведев немножко выдал себя, когда начал тебя искать. А это уже попахивало чем-то. Так попахивало, что вызывало сомнения. Не доводи до греха, его же могут и отметелить. У твоего отца есть одно жуткое качество. Он упрямый, как баран. И если что-то втемяшил в свою голову, то все, пиши пропало. Твой образ жизни – тому яркий пример. Когда-то он решил растить тебя как оранжерейный цветок, так и по сей день эта херня не выходит из его головы. Но по секрету всему свету скажу, что, возможно, в скором времени кое-что изменится.

– Ты уговоришь его?

– Я общаюсь с ним пятнадцать лет и мне никогда не удавалось поменять его мнение о чем-либо. Хотя, признаться, в отношении тебя я особо и не старался, потому что мне это было до определенного момента не особо интересно.

– Тогда почему что-то может измениться?

– Он встретил женщину. А они, как известно, приносят не только проблемы в жизнь мужчины. Вдруг подобреет мужик, а может, и поглупеет. Так вот, со мной, Мария, надо дружить, а не воевать. Союзник в моем лице в доме твоего отца, куда лучше, чем его отсутствие. На этом давай закончим наш разговор.

– Стой. Миша говорил, что ему сказали, что у нас была якобы свадьба. Это подтвердил не только его знакомый, но и сам папа. Нас что расписали без моего согласия? Мы женаты?

– Эту фикцию было решено сделать, когда твой отец еще не нашел того, кто так яростно пытался истребить вашу уже немногочисленную семью. Разуверять в этом других после того, как ты снова сбежала, тем более твоего Медведева, уже не было никакого смысла, учитывая, что он догадывался о ваших странных отношениях. Все, Мария, иди, а то бородатый и без того бесится.

***

Если у папы появилась женщина, которая ему дорога, он тоже может изменить свое отношение к происходящему. Проблема в том, что я совсем его не знаю. Раз он с легкостью мог избить Мишу, то, что мешает ему сделать куда более гадкие вещи?

Выискав взглядом знакомую машину, подбегаю к ней и сажусь на переднее сиденье.

– Это что сейчас было? – все так же грубо произнес Миша, нахмурив брови по самое не могу.

– Что?

– С кем ты вышла из подъезда под руку?

– Да парень какой-то. Я всегда так делаю, где есть камеры. Меня же одну ищут, а не девушку с другими волосами и каким-то мужчиной. Привычка с тех пор, как сбежала от тебя. Но уже, наверное, не стоит так делать.

– Ясно. Поговорила с женихом?

– Поговорила. Органами не дружила, слюной не обменивалась, как ты со своими девушками. Ну, чего стоим? Поехали, – радостно снимаю парик. – Я кушать хочу, ты же даже суши не дал нормально поесть.

– Дома поешь. Нормальной еды, а не сырую рыбу, слепленную с рисом, не пойми чьими грязными руками.

– Ну, Миша! Вот зачем ты это сказал?

– Что думал, то и сказал, – как ни в чем не бывало бросил Медведев, трогаясь с места.

– Лучше расскажи, о чем ты говорил со своим будущим зятем.

– Чего?