Шесть лет - Эль Севено

– Для кого это белье?

– Для меня, – выдыхает она.

Ей трудно сосредоточиться на ответах. Она закрывает глаза, ее дыхание неровное, учащенное, как и мое.

– У тебя появился парень?

– Нет.

Я спускаю бретельки бюстгальтера и трогаю ее между ног. У меня никогда не было такого стояка.

– Я слишком много выпила. – Она пытается убедить себя. – Я все еще злюсь на тебя.

– Знаю.

Вик прижимает свою ногу к моему бедру, и я хватаю ее, чтобы удержать и дать удостовериться, как она влияет на меня, стоит ей прикоснуться ко мне.

– Как хорошо, – стонет она мне в рот. Вик прикусывает мою нижнюю губу, как бы наказывая за то, что я заставил ее чувствовать себя так. Я хватаю ее за другое бедро и подсаживаю на себя.

– Господи… Как хорошо!

– Ты скучала?

Она мне не отвечает. Ее руки уже под моей рубашкой, ласкают каждую линию моего пресса. Вик останавливается только для того, чтобы раздеть меня.

– Где спят твои друзья? – спрашиваю я между поцелуями.

– В гостевой комнате, потому что… – я усиливаю напор, – …уже поздно, – удается ей договорить.

Теперь моя очередь кусать ее: шею, уши, рот, который она открывает, чтобы позволить мне завладеть ее языком.

Вик, продолжая стонать, еще больше прижимается ко мне, ее киска прижимается к моему члену. Ощущается просто восхитительно.

Я несу ее наверх, стараясь не шуметь, но Вик продолжает целовать меня, царапать, пытаясь заставить меня сдаться. Но я пока держусь.

Наверху я вслепую прохожу по ее коридору, открываю дверь плечом, захлопываю ее и опускаю Вик на кровать. Мы прижимаемся друг к другу. Я сильнее нажимаю ей между ног, и она раздвигает их шире.

У нее вырывается приглушенный вздох, она сжимает зубы, чтобы не стонать.

– Не могу сдерживаться, – объясняет она, как будто для нее это тяжелое испытание.

– Хочешь, заставлю тебя молчать?

Я вижу по ее глазам, как ей нравится эта идея. Я подношу палец к ее рту, она обхватывает его зубами. Ее язык дарит ласку, которая заставляет закрыть глаза и сдержать болезненный вздох. Я кончу себе в штаны, как девственник, если она будет продолжать в том же духе. Вик может гордиться собой.

– Я так долго не был с тобой…

– Три недели.

Я хочу, чтобы она знала, что для меня существует только она. То, что произошло перед моим отъездом, было глупостью, я не должен был целоваться с той девушкой.

– Скучала?

Ее руки пробегают по моей ширинке, затем Вик раздевается. Она не отвечает и просто смотрит на меня своим непокорным взглядом, крича им, что она знает что-то, чего не знаю я.

Я со злостью расстегиваю молнию на брюках и скидываю боксеры, прежде чем снова поцеловать ее.

– Хочешь знать, да? – дразнит она меня между поцелуями.

Вик берет инициативу на себя, мы переворачиваемся, и она оказывается сверху, полностью обнаженная, молчаливая и любующуюся моей наготой. Она наклоняется к прикроватной тумбочке, находит презерватив и надевает на меня. Вик все еще молчит, и я чувствую, как мое сердце бешено бьется, а в голове образы, как она в постели с другим. Вик нависает надо мной, потираясь о мою эрекцию.

– Вик, скажи! – серьезно настаиваю я.

Обхватывая ее бедра руками, я провожу членом по ее киске. Я слегка надавливаю, затем вытаскиваю головку и прижимаю Вик к себе. Она что-то недовольно бормочет, пытаясь заставить меня делать то, что она хочет, но у нее не получается.

– Ответь!

– Просто сделай выводы. Давай, у тебя получится.

Я наказываю ее резким толчком. Она вздрагивает от удивления, а затем еще раз, когда я снова толкаюсь в нее. Ее глаза закрываются, дыхание учащается, она начинает двигаться вместе со мной. Я смотрю, как она извивается надо мной, запрокинув голову назад, и цепляюсь за нее пальцами, пока она дарит мне неописуемое наслаждение.

– Вик, я должен знать…

Она останавливается лишь на секунду, а потом наклоняется к моему рту и шепчет чувственным голосом:

– Заставь меня кончить, тогда и скажу.

Ее желания для меня приказ.

Глава 31

Вик

О чем я только думала? Эта мысль бьется в голове с тех пор, как я открыла глаза. Раф лежит голый в моей кровати! Его рука покоится на моей талии, а одеяло прикрывает ягодицы. Мой пульс учащается, и я вскакиваю с кровати. Раф не двигается.

Я смотрю на него несколько минут, но он все равно не шевелится. Его спина… Я никогда не видела ничего более соблазнительного, чем его мускулистая, загорелая спина. Я просто хочу лечь на него сверху и проложить дорожку поцелуев от его шеи по впадинам мышц, чтобы в конце прикусить плоть чуть ниже поясницы. Хватит уже, Вик!

Я выхожу из комнаты до того, как совершу какую-нибудь глупость, если продолжу вспоминать эту ночь. Я слышу, что кто-то проснулся. По звону посуды я уже знаю, кто ждет меня на кухне. Мне конец. Я была не совсем осмотрительна прошлой ночью, она не даст мне спуску.

По воле судьбы я застаю ее сидящей за столом. Я разрываюсь: с одной стороны, я представляю, что она не станет сдерживаться и будет дразнить меня, но я не знаю, готова ли говорить об этом; с другой стороны, то, что я вижу ее здесь, доказывает мне, что я наконец-то у себя дома. Ради ее приезда я много работала. Эта комната – одна из первых, которую я закончила. Я купила мебель, чтобы здесь было все мое, и теперь чувствую себя хорошо. Я бы хотела, чтобы мой отец и сестра однажды приехали навестить меня. Если они смогут отбросить плохие воспоминания, связанные с этим местом…

* * *

– Я не хочу, чтобы ты уезжала!

В свои двадцать лет Эмелин все еще иногда ведет себя как маленькая девочка, которой нужна старшая сестра.

– Почему ты туда возвращаешься? – спрашивает она непонимающе.

– Мне очень нравится это место. Разве тебе нет?

– Больше нет.

Я вздыхаю. С ней так трудно. Она и так всегда была морально слаба, и плохие воспоминания не облегчают ее состояние. Я обхватываю сестру руками.

– Увидимся, когда закончу ремонт? Вы приедете ко мне…

– Возможно, однажды… – вздыхает Эмелин.

– Если этот мальчик больше там не живет… – заявляет папа, скрестив руки на груди. Моя сестра поднимает голову.

– Думаешь, он уехал?

– Это маленький город. Все должны быть в курсе. Если