Обмануть герцога - Аманда Маккейб

Они помедлили, прислушиваясь и пытаясь понять, куда мог улизнуть Фробишер, и вскоре до их слуха донесся приглушенный грохот. Пробежав по коридору, Эдвард и Клио влетели в большую гостиную.

Сейчас эта комната ничем не напоминала ту роскошную гостиную, в которой Клио, потягивая чай, аплодировала Талии, декламировавшей «Антигону». На каминной полке горел только один канделябр, высокий потолок и углы комнаты тонули во мраке. Скоро глаза Клио привыкли к полумраку, и она увидела Рональда Фробишера. Он стоял у стола, крышка которого была: сорвана с петель и отброшена в сторону. Большое, обитое бархатом кресло, в котором леди Ривертон обычно восседала во время своих приемов, валялось на полу, сиденье было вспорото, и, без сомнения, тем самым острым кинжалом, который Фробишер крепко сжимал в руке.

Он повернулся к вошедшим, выставив нож.

— Не подходите! — закричал он.

Холеный и изнеженный джентльмен исчез, теперь все его тело сотрясали ярость и отчаяние.

Клио впервые подумала, что, может быть, и вправду среди его предков есть елизаветинский пират. Она медленно опустила руку, готовая выхватить кинжал, но Эдвард сжал ее запястье и заслонил собой.

— Мы только хотим найти леди Ривертон, — медленно и мягко сказал Эдвард. — Нам известно, что именно она стоит за всем этим.

Фробишер горько рассмеялся:

— Я и сам бы хотел поговорить с ней, но ее тут нет, она исчезла.

— Ушла? — спросила Клио. — Куда? В театр?

— Она отправила меня смотреть вашу идиотскую пьесу, сказала, что мы встретимся там. А сама забрала все свои драгоценности и несколько дурацких шляпок. Сейчас она уже, наверное, далеко. Ведьма! Говорила, что мы партнеры, обещала мне…

— Обещала вам что? — спросила Клио, выглядывая из-за широкого плеча Эдварда.

На мгновение Фробишер, казалось, потерял дар речи. Потом покачал головой и сказал:

— Лучше расскажу вам все как есть. Она сбежала, и отвечать за все придется мне. Она сказала, что мы возьмем серебро и уедем вместе в Неаполь или Рим. Говорила, что у нас будет куча денег. «Помоги мне, Рональд, — сказала она, — ты — мой единственный друг». А я, дурак, поверил ей.

Фробишер пнул стол, превратив в щепки одну из резных деревянных ножек. Клио едва не сделала то же самое, так она была разочарована. Почему она не подумала о том, что леди Ривертон проще удается сбежать, когда внимание всех будет отвлечено пьесой Талии? Нужно было поставить кого-нибудь наблюдать за ее домом круглые сутки.

— Она сбежала и оставила мне только это, — прорычал Фробишер.

Он держал маленькую серебряную чашу — почти копию той, что находилась у Эдварда, но более изящно украшенную.

— Она забрала все остальное: курильницу, другие чаши… Ведьма! Гореть ей в аду…

Клио в ужасе смотрела, как он поднял чашу над головой, намереваясь швырнуть ее на мраморный пол. Она крикнула что-то, выскочила из-за спины Эдварда и бросилась к Фробишеру, пытаясь спасти драгоценную чашу. Ей удалось вырвать чашу у Фробишера из рук и прижать его к стене. Он поднял руку с зажатым в ней кинжалом и ударил Клио в плечо. Она опустилась на пол, сжимая в онемевшей руке чашу. Боль затопила все тело. Клио посмотрела на свой порванный рукав и увидела на плече кровь. Она уже не слышала, как закричал Эдвард и застучали по мраморному полу шаги обратившегося в бегство Фробишера.

Клио почувствовала прикосновение сильных рук Эдварда, он помог ей сесть.

— Клио, — воскликнул он, и его голос был полон страха.

Странно, Клио не думала, что Эдвард может чего-то испугаться.

— Клио, дорогая, только не теряй сознание. Останься со мной.

— Он попал в вену? Я истеку кровью? — пробормотала она.

Клио чувствовала, как теплая кровь струится по ее руке. Голова кружилась, и перед глазами все расплывалось.

— Ни за что, — ответил Эдвард.

Она услышала треск рвущейся материи, и скоро он уже туго бинтовал ей плечо, используя в качестве перевязочного материала свою рубашку.

— Я не позволю тебе умереть.

— Меня никогда раньше не ранили…

— Тебе повезло, учитывая то, с какой готовностью ты бросаешься на вооруженного человека. Что заставило тебя сделать это?

— Я боялась, что он повредит чашу. Это все, что у нас есть и что может помочь найти остальное. Клио взглянула на чашу, лежащую у нее на коленях. — Но он сбежал! Что, если он знает, где находится леди Ривертон и остальные сокровища?

— Далеко он не уйдет, не беспокойся.

Эдвард нежно привлек ее к себе и баюкал, пока боль не стихла. Теперь Клио чувствовала только усталость.

— Нужно отнести тебя домой, там за тобой будет уход.

— И где ты сможешь запереть меня, чтобы я не причинила проблем.

Эдвард рассмеялся и поцеловал ее в макушку:

— Дорогая, я не думаю, что в мире найдется хотя бы один достаточно крепкий замок, способный удержать тебя на месте.

— Но серебро пропало!

— Клио. — Эдвард отстранился и теперь внимательно смотрел ей в глаза. В этот момент существовали только он и она. — Разве ты не знаешь? Я бы никогда — слышишь, никогда! — не оставил тебя истекать кровью, чтобы пуститься в погоню за преступником, даже если бы он похитил несметные сокровища. Я никогда не оставлю тебя.

Клио прижалась к его груди, ее переполняло счастье. Она не должна была чувствовать себя такой счастливой, ведь Фробишер и леди Ривертон сбежали, серебро исчезло. Она была ранена и лежала на холодном мраморном полу. Но она была абсолютно, совершенно счастлива.

Эдвард никогда не оставит ее, и сейчас это было все, что ей было нужно.