Леди-капюшон - Анна Вальман

Слеп, и глух, и не видишь суть разговора.

Твой примитивный ответ был неверным.

А ритм не сделал из тебя хорошего танцора!

Голос ее оборвался, когда Сид схватил Диану за горло, процедив сквозь зубы:

— Ты самое удачное мое творение, Диана, но не заблуждайся. Между творением и тварью небольшая разница. Я не потерплю непослушания. — Ледяные безжалостные глаза кололи ее кожу иглами, и девушка с трудом сглотнув, кивнула. — Что же еще в тебе интересного, девочка моя?

— У меня есть кое-что… интересное для тебя. — Бесцветно проговорила Диана, запуская руку в карман кофты. Сид поймал ее за запястье и вытащил одной рукой зажатый в ее ладони флакон духов, а другой - тряпицу, из которой вывалилась восьмиконечная звезда ордена.

— Духи я не люблю. А это что? — Хмурясь уставился он на аусеклис. Подняв, упавшую звезду с подпаленной лентой, он перевернул ее и прочел имя. Лицо Сида в раз изменилось и помрачнело, уродуя его и так бездушный взгляд асимметрией теней под глазами. — Где ты это взяла?

Собрав в это движение всю силу воли, Диана подняла флакон к его лицу и собиралась нажать на дозатор, облив ядовитой кровью лицо мерзавца, однако в этот момент Сид резко ударил ее по запястью.

— Я же сказал, не люблю духи. — Факон выпал из дрожащих рук и разбился вдребезги, разметав содержимое по полу. Диана застыла, раскрыв рот, чувствуя как восставший из мертвых последний шанс на их спасение только что разбился на розовые осколки.

— Я спросил, где ты это взяла?! — Вставая с дивана, поправляя брюки, жестко спросил Сид.

Глядя ему в глаза снизу вверх, Диана опустилась на колени перед осколками и, схватив куски мокрого битого стекла, вонзила их ему в ногу. Острый осколок прошил ее ладонь и порвал штанину Сида, и тот наотмашь влепил ей пощечину, отправляя на пол. В потемневших глазах Дианы, стояло разгневанное лицо ее мучителя. Сжимая ладонь с куском стекла, торчащим из под кожи, она вскочила на ноги и бросилась на Сида, пытаясь воткнуть осколок ему в шею.

Её руки не достигли цели, и она подалась вперед всем телом и вонзила зубы ему под кожу, острыми маленькими клыками, разрывая горло.

Сквозь истеричный безумный смех, удивленный вампир, издал булькающие звуки из гортани, а изо рта у него полилась кровь.

— Молодые, как мы с тобой, обычно заражаются за минуты, так ты говорил? — Отплевываясь прорычала Диана, роняя капли крови с подбородка на грудь. Сид, широко раскрыв глаза, схватился за горло и захрипел, затыкая дыру в шее ладонью.

Чувствуя боль в груди и в легких, Диана сползла на пол. Не желая равнодушно наблюдать за гибелью злодея, кутаясь в кофту, она побрела в комнату пыток, где надеялась найти Бэд Лака. Но к батарее были пристегнуты три подручных Сида, а Бэд Лак уже спешил, к ней со своей курткой.

Большую разгромленную комнату с двумя трупами и следами кровопролития, заполнили незнакомцы, и в дверях на лестнице Диана увидела… отца.

Покрытую кровью, с перебинтованной рукой, ее завернули в чьи-то вещи и передали перепуганным родителям. Между хмурыми вопросами отца и истеричными причитаниями матери, она пыталась рассмотреть Бэд Лака, но тот убедившись, что она относительно цела, а главное, жива, отправился беседовать с прибывшими вампирами.

— И весь товар сгорел? — Услышала она обрывок фразы. — И как я это объясню, Догхантер. Ты просто месторождение проблем. Не пачкай меня своей кровью, я только что забрал из химчистки эту рубашку…

Тело Сида сфотографировали и вынесли наружу в пакете. Он так и умер, прижимая руки к горлу, а его подручных принялись допрашивать следователи Владыки Хайтауэра.

На следующий день, Диана проснулась на рассвете. Она спала с родителями на кровати в их комнате в общежитии, впервые не чувствуя жажды вцепиться им в горло. Теперь ее голод рядом с людьми был другим, похожим на неутихающий зов изнутри. Как будто ее внутренний голос стал животным, или она неожиданно открыла звериную часть своей души. И днем он был слабее, чем ночью.

Впервые за много дней, она вышла под солнце, прикоснулась к зеленым листьям, просвечивающим сквозь свои фотосинтезирующие прожилки яркие слепящие лучи. Девушка полной грудью вдохнула и с наслаждением выдохнула. Она отправилась на причал и среди утлых домишек на берегу, выбралась к пепелищу, едко пахнувшему горелой масляной краской и паленым пластиком. Стоя в одиночестве среди того, что осталось от домика, в котором они с Бэдом ночевали, она вдруг представила, что больше никогда его не увидит.

Ноги сами понесли ее мимо магазинчика к шоссе. Она даже не заметила, как Тим махал ей рукой через стекло. Мысль о том, что ее теперь может сбить насмерть автомобиль, казалась ей такой по-человечески нормальной. Эль Бар был открыт, и среди столиков с перевернутыми стульями один был накрыт для двоих.

С широкой улыбкой Диана бросилась на шею к Бэд Лаку, сидевшему к ней вполоборота с каким-то статным мужчиной.

— Потише, Диана. — Сурово ответил бородач, отстраняя ее руки. Но глаза его говорили о том, что он рад ее видеть. — Присядь.

— Я думаю, для начала стоит предложить девушке подкрепиться, — вмешался в разговор собеседник Бэд Лака, невероятно красивый женственный мужчина, которого Диана уже видела прошлой ночью в логове Сида, когда выносили трупы. — Тебе стоит пить ежедневно. Мы позаботимся о том, чтобы ты не голодала, но придется поехать в Берлин ко двору владыки Хайтауэра.

— Родители мне уже сообщили. Я смогу поступить в институт в Берлине? — Взволнованно спросила Диана, отпивая из предложенного ей бокала. Кровь вампира на вкус показалась ей густой как кисель и такой же сладкой. Облизнув губы, она подняла глаза на Бэд Лака, и тот сделал вид, что вовсе не пялился только что на то, как она пьет.

— Да, не вижу в этом сложностей. Деньги, которые вы через доктора Стрига оплатили за обращение Сиду, вам вернут. А поскольку формально вы с Сидом оба были инфирматами, когда ты его убила, то