Измена. Сбежать от мужа - Элль Ива

— И поэтому вы решили стать плохой свекровью?

Та уловила насмешку в моём тоне, но не придала этому значения.

— Тебе не понять, — женщина отвернулась к окну, и ее голос зазвучал тише, — я действительно его любила. Очень сильно.

Да уж куда мне… Наверное, это особый дар, понимать сумасбродных старых истеричек. Пожалуй, не стану переживать, что у меня он не завёлся.

— И этот твой гадский характер, — продолжала свекровь, — всё больше выводил меня из себя. Я воспитала моего мальчика, моего единственного сына, вложила в него столько сил, времени и средств, чтобы он достался дочери этой…

— Вы уверены, что мне необходимо это слушать?

Она судорожно выдохнула, не поворачивая головы.

— Я наняла киллера.

— Что-о?

Мне действительно не показалось? Я не ослышалась?

— Кого вы наняли?

— Киллера, — повторила она чуть громче, — профессионального убийцу, чтобы он не оставил от тебя ничего. Чтобы ты больше не портила жизнь ни моему мальчику, ни мне.

Я смотрела на нее расширенными от изумления глазами и не верила собственным ушам. Эта женщина… она либо сумасшедшая, либо… в общем, я очень ошибалась, думая о ней слишком мягко.

Она подобного не заслуживала.

— Но этот дурачок отказался… — протянула Тамара Денисовна с легкой ноткой сожаления в голосе, — а других вариантов, как от тебя избавиться я не придумала. Так что извини, мне очень жаль.

Раскаяние? Не похоже. Скорее уж сожаление по поводу отсутствия вариантов.

— Как звали этого…этого киллера? — проговорила я хриплым от волнения голосом.

Она обернулась.

— А тебе зачем?

— Поблагодарю за любезность.

Женщина криво усмехнулась.

— Понятия не имею. Я общалась через посредника.

— Откуда у вас вообще подобные связи?

— С моими средствами, деточка, я могу найти кого угодно. Но второй раз идти на подобное я не стану… Хватило одного. Наверное, эта болезнь дана мне в наказание за мои плохие мысли. Сама виновата.

Она закрыла глаза, а я поднялась со стула и направилась на выход.

М-да. С каждым днём всё интереснее… Интересно, что скажет Марк?

Вызвав такси, я отправилась на вокзал, и уже через пару часов ехала в поезде к родителям. Телефон был поставлен на беззвучный, чтобы не мешать соседям по вагону.

Я смотрела в окно и думала, что всё это сон. Странный и страшный сон, который длится…сколько времени прошло с того дня, как я ушла от мужа?

Заснуть бы сейчас и проснуться в тот день, когда он вручил мне билеты на мюзикл. Я бы взяла его за руку и попросила пойти со мной. Ну или вообще никуда не пойти, а просто остаться дома и поговорить. Ведь очень многое можно решить простым разговором.

Потому что, если молчать, пустив в всё на самотёк, последствия могут быть…вот такими.

Мы никогда не дружили со свекровью, и я никак не могла взять в толк, чем умудрилась так ей не угодить. Зато теперь вот знаю, а толку?

Киллер…уму непостижимо. Кем надо быть, чтобы пойти на подобное? Этой женщине не в кардиологию надо, а в заведение с мягкими стенами и добрыми санитарами.

Кому расскажешь — не поверят.

Несмотря на то, что я не спала всю ночь, сна не было ни в одном глазу. Моя голова напоминала гудящий улей. Марк, Глеб, странная измена, подозрительная блондинка, отец с не менее странной изменой… всё это сплелось в какой-то жуткий клубок, который я никак не могла распутать.

Так и просидела до самого конца пути, проигрывая в мыслях разговор с бывшей родственницей. И если бы я знала, кто будет ждать меня возле родительского дома, то из больницы наверняка бы поехала обратно в квартиру Марка.

Но не срослось.

Шагая по знакомой дороге и решив взглянуть на время, я увидела несколько пропущенных от мужа и его сообщение «Где ты?», а потом подняла взгляд и едва не уткнулась в чужую машину.

Это была машина Глеба.

* * *

На автомате я медленно поднесла телефон к уху, наощупь нажимая кнопку вызова. Но, спустя секунду аппарат оказался в снегу у моих ног.

Глеб вышел из машины, громко хлопнув дверью, чем напугал до дрожи.

— Привет. Не ждала?

Онемев от испуга, я смотрела на него во все глаза.

— Ты что здесь делаешь?

— Не успел вчера тебя проводить, извини. Поговорим?

Сглотнув, нехотя кивнула.

— Тогда идём в дом, выпьем чаю.

Он только мотнул головой.

— Я бы с радостью, но у меня не так много времени, — подняв мой телефон, Глеб отряхнул его от снега и опустил в свой карман, заставив меня судорожно выдохнуть.

Как назло, вокруг не было ни души. Народ сидел по домам, вовсю готовясь к предстоящему празднику. Да и час был достаточно ранний, так что рассчитывать на чью-либо помощь не приходилось.

Если только вдруг кто и родителей догадается выглянуть в окно…

— Чего ты хочешь? — спросила, невольно шагнув назад, но снова уперлась в чужой капот.

Мужчина насмешливо поднял руки ладонями вперед, мол, гляди, я безоружен.

— Просто поговорить. Обещаю, бояться нечего.

— С чего ты взял, что я тебя боюсь?

— Ты бы видела свои глаза…

Я выпрямила спину, стараясь придать себе невозмутимый вид.

— Не ожидала тебя здесь увидеть. Ну, говори.

— Идем в машину, а то продрогнешь.

— Я тепло одета, не переживай.

И снова эта мрачная усмешка.

— Насчёт вчерашнего, — начал он, не сводя с меня изучающего взгляда. — Хотел кое-что прояснить. У твоего мужа нет на меня ничего, и потому я здесь. Я всегда предельно аккуратен в своих делах. Они забрали только пару моих людей, да и то ненадолго.

— Видимо, всё-таки было за что забирать?

Мужчина неопределенно передернул плечами.

— В любом случае я решил ненадолго уехать из города, сменить обстановку, отдохнуть. Давно собирался в отпуск.

— Тогда приятного тебе отдыха.

Глеб продолжал смотреть на меня так, словно желал, чтобы я прочла его мысли. Но особой догадливостью я не отличалась, более того, в отношении Глеба не хотела отличаться совсем.

— Это не всё, зайчонок, — выдохнул он, подходя чуть ближе.

Жаль, отступать мне было некуда.

— Я могу подозревать, почему ты меня боишься, но хочу уверить, что у меня никогда и в мыслях не было причинить тебе зла.

Я закусила губу, следя за каждым его жестом. Насколько у меня получалось читать чужие эмоции, сейчас Глеб казался искренним как никогда. Или же просто хотел им казаться.

Я медленно кивнула на его признание. Просто день откровений какой-то… как будто я кого-то об этом просила.