Мой второй Первый дом - Ида Брамс

Сил у него совсем не осталось, благо, парни уже подхватили его под руки, иначе бы он точно растянулся на полу.

— Не нужно ничего говорить, я всё знаю, молчи, береги силы и ни о чём не волнуйся, всё будет хорошо, я обещаю тебе.

Мне вымученно улыбнулись, в следующий момент его глаза закатились, и он потерял сознание.

— Что с ним такое? — спросил Замириаль

— На нём родовое проклятие, я узнала об этом случайно, помогите отнести его в лекарскую.

Парни подхватили его, словно пушинку, и с завидной скоростью понесли. В кабинете Отто всё было как вчера, только сам он уже не спал, а что-то смешивал в своих многочисленных баночках. Увидев нас, его брови поползли вверх, пока глаза не остановились на безвольно-обвисшем теле.

— Сюда, скорее, кладите его на спину… да… ближе к краю, голову держи! Дар — прижми его руки, а ты — он ткнул пальцем в Сэмирэля — держи ноги и не давай перевернуться, его будет трясти, так что не расслабляйся, если не хочешь получить коленом в глаз.

Парни кивнули и молча приняли нужные позиции, крепко фиксируя тело на кушетке.

Отто метнулся к шкафу и принёс очередное непонятное устройство с множеством трубок с иглами на концах. Точными движениями ввёл все иглы под кожу в только ему известном порядке. Сколько их было всего я не успела сосчитать, мне в руки сунули прибор и я на автомате подхватила его.

— Сейчас… сейчас, да где же оно! А, вот! — Отто с осторожностью извлек из недр ящика какое-то зелье, с лиловым отливом и осторожно отмерил половину, щедро разбавляя её своей магией, затем вылил всё это в чашу прибора в моих руках. Субстанция медленно потекла по трубкам в тело Милара, который так и не приходил в себя.

Отто посмотрел мне в глаза:

— Ничего не бойся, главное, не выпускай прибор до самой последней капли, что бы он не говорил!

Жидкость достигла игл и медленным потоком полилась по венам, которые засветились изнутри. В тот же момент глаза Милара распахнулись и он закричал. Это был душераздирающий вой, тело изгибалось под неестественными углами, я видела, как вздулись вены на руках у Мира. Мне стало реально страшно, но лицо Отто оставалось спокойным, он сосредоточенно водил рукой над головой Милара и что-то шептал. Даже сейчас, я краем сознания отмечала его профессионализм, выверенные движения, непоколебимое спокойствие и силу.

Спустя минуту, которая показалась мне вечностью, Милар сорвал голос и стал шепотом умолять прекратить, а вредная жидкость, словно нарочно текла медленно, в чаше оставалась ещё половина. Хотелось бросить чёртову чашу и выдернуть все иглы из его тела, но я понимала, что сделаю только хуже.

«Так нужно! Просто держать, надо держать!» как мантру повторяла я себе до тех пор, пока моих рук не коснулись и ласково погладив, попытались забрать чашу. Не дала.

— Виктория, всё закончилось, он будет жить — открыла глаза, Отто стоял напротив и смотрел на меня, чаша была пуста, Милар похоже спал. Его кожа постепенно возвращала себе здоровый оттенок. Только тогда я разжала пальцы, позволив забрать прибор из рук.

Прикоснулась к лицу, по моим щекам текли слёзы, я не замечала их до этого момента. Меня затрясло. Дариэл прижал к себе — обнимая, Сэм и Мир держали за руки, разминая затёкшие пальцы. Я была им всем сейчас благодарна, что говорить, а испугалась я знатно. Нужно срочно спасать моего повара, всё остальное потом.

— Отто, скажи, что это было? Мы все уставились на лекаря, который сидел в кресле и потирал виски.

— Его болезнь распространяется быстро, я уж не могу её сдерживать обычными средствами. Это — он указал на лиловую жидкость — мирра, послышался удивлённый вздох от Мира и Сэма.

Отто продолжил:

— Зелье, очень сложное по своему составу и невероятно редкое. Позволяет вернуть человека из-за грани, даже если от тела осталась половина.

— Это просто невероятно! — Мир смотрел на зелье во все глаза, мы не думали, что в мире ещё осталась хоть капля, как тебе удалось скрывать его столько времени?!

— Погодите, объясните нормально, почему же ты раньше не использовал его? — я непонимающе смотрела на Отто.

— Потому что это крайняя мера, в случае с Миларом всё гораздо хуже, чем если бы его просто разорвало пополам. Проклятия лежат на душе, а зелье лечит лишь тело. Он по-прежнему болен и через неделю или чуть больше, болезнь вернётся.

— Понятно…

— Но как тебе удалось хранить мирру столько времени?! — это уже был Сэм.

— Досталась мне от отца, а ему от деда, большего я не знаю.

— Но тогда я не понимаю, почему ты здесь? — не унимался Сэм — ты же мог стать дворцовым лекарем, да к тебе бы очередь за месяцы стояла! Уверен, император многое бы отдал за такого лекаря рядом с собой.

— Я знаю! — Отто неожиданно вспылил и вскочил с места — но с чего ты решил, что я того хочу? Не все в этом мире хотят денег, ищейка, но я не удивлюсь, если вы доложите обо мне Идэмаэлю!

Они сверлили друг друга взглядом, обстановка накалялась и я решила вмешаться.

— Сэм, объясни, о чём он говорит? Что значит «ищейка»?

Я начинала выходить из себя, а день так хорошо начинался.

— Мы не…Сэм подозрительно замолчал, глядя на брата, а я почувствовала, как липкий холодок пробежал по спине.

Как же надоели тайны! Я ведь им доверилась, а они? Было больно и обидно, я не хотела сейчас видеть их лица, понимала, что правду не скажут, какими бы не были на то причины, а ложь разрушит те крохи доверия и понимания между нами, которые только начали зарождаться.

— Оставьте нас с Отто одних, я с вами потом поговорю. Дар сжал мою руку, ободряюще улыбнулся и вышел. За ним вышли и братья. Я не смотрела в их сторону, а потому не видела, как они бросили на меня извиняющийся, печальный взгляд.

Когда дверь за ними закрылась, я подошла к столу и села напротив Отто.

— Рассказывай, что значит «ищейка».

— Твои избранные, Виктория, лучшие наёмные убийцы империи. В народе известные как «Dinen Qualme», что значит тихая смерть.

Я сидела с открытым ртом и не моргала, переваривая услышанное.

— На сколько мне известно, они могут брать заказы, если не на службе по призыву, но перед императором отчитываются в любом случае. Если он прямо задаст вопрос, они не смогут не ответить, так