Развод. Я буду свободна - Шарлотта Эйзинбург

Я тяжело сглотнула, окинула взглядом сначала Маргариту, затем снова чемоданчик. Нет, ну, если там бомба, то вряд ли бы Маргарита сидела рядом. Или это такой детский прикол? Я сейчас открою и на меня брызнет краска. Хотя бред какой-то, зачем Маргарите заниматься таким детским садом?

Выдохнув, я открыла щеколду чемодана и подняла крышку. Внутри красивыми стопками, как в фильмах лежали деньги. Я нахмурила брови и неуверенно почесала лоб.

— Это что? — спросила я немного дрожащим голосом.

— Это деньги, которые твоя бабушка оставила тебе в наследство, — спокойно сказала она отхлёбывая чай, прикусывая конфетой. — Угощайся конфеткой, — она протянула мне коробку с шоколадками.

— Прости, но я ничего не понимаю, — я взяла конфету и положила обратно на стол, приобняв себя руками.

От воспоминания о моей бабушке у меня затряслись руки, а к горлу подступил комок. Хотелось забежать в комнату и спрятаться под одеяло как маленькая.

— Я сейчас тебе всё объясню, успокойся и сядь.

Я покорно села, продолжая смотреть на чемоданчик с деньгами. Дело не в том, что меня заинтересовали деньги. Мне было неспокойно на душе от запутанных мыслей. И причём тут моя бабуля? Каким образом Маргарита с этим связана?

Маргарита тяжело выдохнула, промокнула салфеткой рот и положила свою руку на мою.

— Ты наверное знаешь, что мы с Сергеем дружим с детства, даже когда ты появилась в его жизни, мы все равно продолжали общаться. У нас с ним есть общий сын.

Я округлила глаза, машинально выдернув свою руку из её ладони. Стиснув зубы, я начала бегать глазами по кухне, пытаясь перевести дыхание и остановить беспощадный поток мыслей.

— Я понимаю твои чувства сейчас, Марин, — она откинулась на спинку кресла. — Просто сейчас, когда Сергею грозит заключение на десять лет, я не вижу смысла от тебя это скрывать.

— Сколько лет вашему ребёнку? — нервно спросила я, подавляя бурю внутри себя и облизывая пересохшие губы.

— Три года.

«ТРИ ГОДА!» — эхом отдалось у меня в голове. Теперь понятно из-за чего Сергей возненавидел меня. Я стала для него обузой, не нужной, неугодной женой, которая даже ребёнка не смогла ему родить за шесть лет. Наши отношения превратились в неликвидное предприятие, от которого проще избавиться, чем продолжать пытаться спасти. И всё из-за женщины, сидящей напротив меня!

Я была в ярости, в бешенстве!

— Зачем ты пришла и рассказываешь мне это? — процедила я сквозь зубы, не поднимая на ней взгляд.

— Дело в том, что когда твоей бабушки не стало, ты не приехала к нотариусу, на чтение завещания.

Всё так. Когда бабули не стало, мне было очень плохо. Я не находила себе место от горя. А на Сергея у меня была оформлена генеральная доверенность. Он ещё в начале нашей семейной жизни уговорил меня на всякий случай составить этот документ. В итоге, я опустошённая осталась дома, а Сергей от моего имени поехал к нотариусу.

— Да, Сергей ездил один, — ответила я шёпотом.

— Твоя бабушка оставила определённую сумму на сберегательном счёте. По условиям завещания, ячейку с деньгами можно было открыть только через пять лет после её смерти. За это время там накопилась нехилая сумма. Сергей просчитал этот момент и решил скрыть от тебя эту информацию, подговорив нотариуса. В итоге тебе сообщили только о доме, который ты получила в наследство. — Маргарита пожала плечами.

Я потрясла головой, пытаясь сложить пазл. Неужели Сергей настолько низкий и гнилой человек, что подлым обманным путём решил отобрать у меня наследство от моей бабули?! Да, сказал бы он мне про эти деньги, я бы их ему и так отдала, как и деньги за продажу бабушкиного дома. Я любила его без памяти и готова была сделать для него всё, что он попросит, а он на протяжении всех шести лет втыкал мне нож в спину, глубже и глубже пронзая самую плоть.

— Наш сын с Сергеем родился с определёнными проблемами со здоровьем. Ему нужна постоянная врачебная поддержка. Сергей очень переживал за нас. Переживал, что не всегда может быть рядом. Он почти всю зарплату отдавал нам, чтобы как-то загладить свою вину.

Вот это поворот! Шикарно просто…

— Эти деньги он снял незадолго до того, как его арестовали, — она промокнула салфеткой намокшие глаза. — Он отдал их нам с Васей, так как чувствовал, что его посадят и хотел таким образом нас обеспечить на время его отсутствия.

Я лишь нахмурилась и закрыв, чемодан пододвинула его к ней.

— Ты чего? — она испугано на меня посмотрела.

— Забирай эти деньги, если они вам с ребёнком и правда нужны.

Мне стало жалко их сына. Он не в чём не виноват. А если ему правда нужно дорогостоящее лечение? Мне совесть не позволила бы отобрать у больного ребёнка возможность на жизнь.

— Нет-нет, Марина, ты не поняла, — она пододвинула чемодан ко мне назад. — Вася здоров, ему уже давно сделали дорогостоящую операцию. Сейчас его жизни ничего не угрожает. Да и я хорошо зарабатываю. Мне просто совесть не позволяет забрать принадлежащие тебе деньги. Это не правильно. Я и так тебе жизнь испортила… — она встала и налила воды в стакан.

Хоть осознаёт это и на том спасибо. Хотя я, наверное, должна быть ей благодарна. Ведь, если бы не Маргарита я бы никогда не узнала какое чудовище пригрела под боком.

Я тряхнула головой, отбрасывая разрывающие мою душу мысли. Сейчас уже нет никакого смысла перетирать прошлое, осыпать ругательствами Сергей, винит его за испорченную жизнь.

Всё прошло. И плохое и хорошее.

Он просто в какой-то момент меня разлюбил и поэтому завёл семью на стороне.

Так бывает. Это нормально.

Нужно просто выдохнут и отпустить. У меня в скором времени начнётся новая интересная и я верю, что счастливая жизнь. Сергей получит самое высшее наказание, достойное его гнилых поступков. И больше я этого человека вспоминать не хочу.

Глава 48 Я счастлив, когда ты улыбаешься

Посоветовавшись с Артёмом я решила вложить деньги, доставшиеся в наследство от бабушки в свою собственную детскую художественную студию. Я давно мечтала открыть свой маленький бизнес, а учить деток рисовать это просто моё призвание.

С переездом в столицу и благодаря вниманию и заботе Артёма моё душевное состояние постепенно начало улучшаться. Я наконец-то перестала просыпаться посреди ночи в слезах, у меня пропал нервный тик, из-за которого у меня постоянно тряслись руки. И я кажется, начала верить, что всё это не сон и я действительно практически свободна. Практически! Ключевое слово. Окончательный приговор Сергею ещё