Власть и Крах - Дж. Д. Эванс

— Какими средствами вы намерены проявить себя? — спросил Великий Визирь, его слова были подобны тому, как можно ступать по высокой траве там, где они подозревали наличие растяжки.

— Я собираюсь захватить дворец, — сказал Макрам.

Он взглянул на Султана, боясь, что его слова расстроят его. Султан сидел, сложив руки на груди, и пристально смотрел на свою дочь. И Макрам почувствовал мельчайший вихрь магии, ощутимый только для него из-за его большей силы. Принцесса-султан защищала своего отца, держа его так же, как она держала себя.

— Захватить… — Великий Визирь издал короткий, резкий смешок, затем обратил свой юмор на зал, который ответил тем же.

Принцесса-султан даже не смотрела на него сейчас, её сплетенные пальцы были сжаты так сильно, что костяшки побелели.

— У вас семь человек, Агасси, — сказал Великий Визирь, как будто Макрам нуждался в напоминании.

— А у вас при дворце где-то… — Макрам оглянулся на Тарека.

Тарек потёр рукой подбородок, его глаза сузились, поза стала напряжённой, но он ответил на невысказанный вопрос Макрама:

— Сто двадцать.

— Сто двадцать дворцовых стражников, — он сделал паузу только потому, что некоторые Визири были удивлены тем, что, по его мнению, было точным числом. — На такие вещи действительно обращают внимание, когда привык сражаться, — он улыбнулся. — Семь человек против ста двадцати дворцовых стражников. В битве при Нарфуре силы Эдиза Рахаля превосходили численностью в двадцать раз. Так что, — Макрам пожал плечом и ухмыльнулся, — у меня есть небольшое преимущество перед ним.

Один из Визирей, сидевший справа от Макрама, усмехнулся. Кто-то произнёс что-то о непристойном высокомерии достаточно громко, чтобы его фразу разнесли по залу. Великий Визирь казался задумчивым. Принцесса-султан сжала губы, её глаза сверкали на Макрама в безмолвной мольбе прекратить.

— Агасси, — неодобрительно проворчал Тарек.

— Вы, должно быть, боитесь, что я преуспею, если вас так беспокоит эта мысль.

Макрам встретился взглядом с Великим Визирем, продолжая ухмыляться. Было приятно подзадорить этого мужчину, и он вознаградил усилия Макрама выражением жгучей ярости. Султан усмехнулся, и даже Ихсан выпрямился, его лицо осветилось интересом. Визири почти как один перевели взгляд с Султаны на Великого Визиря, затем на Макрама. Человек, сидевший ближе всех к Великому Визирю, поднял брови, переводя взгляд с Султаны на Великого Визиря.

Великий Визирь постарался сохранить невозмутимое выражение лица и снова сделал ставку на командование залом.

— Вы думаете, что взятие этого дворца семью людьми докажет нам, что вы военный? Это абсурд.

— В битве при Нарфуре Султан Омар Сабри Третий был убит в Зале Совета, где он и его Визири спрятались, — сказал Макрам. — Если я смогу воссоздать эту победу в уменьшенных пропорциях, согласится ли Совет отправить со мной условия Аль-Нимасу?

Тарек выдохнул проклятие. Макрам взглянул на Принцессу-султан, и под жаром её пристального, свирепого взгляда часть его триумфа померкла. Почему она не была довольна? Вряд ли они смогли бы сказать ему «нет», если бы он преуспел.

— Агасси, — начал Тарек, но Макрам поднял руку.

Тарек с силой выдохнул через нос, уперев руки в бёдра и слегка наклонившись вперёд, прежде чем откинул голову назад и уставился в потолок.

— Я не приму союз, основанный на детской игре в солдатики, — сказал Великий Визирь с оттенком пренебрежительного юмора.

— Вы не единственный человек в Совете, Кадир-паша, — сказал мужчина, сидевший рядом с ним, и встал, заработав кислый презрительный взгляд Великого Визиря. — Вы просили предоставить доказательства военных возможностей Саркума, и Агасси ответил, — он оглядел зал и добавил: — Я, например, думаю, что это звучит интригующе и является наиболее эффективным тренировочным упражнением для нашего недавно повышенного командира Айана и его людей. Если отряд из семи человек может взять дворец, то представьте, что может сделать целая армия? В конце концов, Принцесса-султан права. Республика нам угрожает. Не повредит увидеть солдат Саркума в действии, чтобы лучше сформировать наше решение о союзе, а если не о союзе, то о компетенции нашего врага.

Визири ответили кивками и возбужденной болтовней, некоторые даже казались ликующими. Макрам находил их волнение тревожным. В конце концов, это была военная игра. Неудивительно, что они не воспринимали Принцессу-султан всерьёз, они не воспринимали и войну всерьёз.

Явуз-паша сложил руки за спиной и наклонил голову в сторону Великого Визиря.

— Явуз-паша, — сказал Кадир, как будто Явуз предпринял попытку грандиозной шутки.

— Когда мы проведём это испытание? — спросил Явуз-паша, заработав ещё один мрачный взгляд от Великого Визиря, который, по-видимому, не привык, чтобы другие говорили против него.

— Через три дня? — Макрам предложил первое пришедшее на ум число, чтобы Великий Визирь не перебивал его. — Я и мои люди попытаемся отобрать дворец у командующего Айана и его гвардейцев. Если мы успешно доберёмся до Зала Совета с половиной моих людей, тогда это победа. Верховный Совет рассмотрит условия Султана для заключения союза и отправит их со мной в Саркум, — Макрам поклонился Султану. — Вас это устраивает, Султаним?

Султан долго смотрел на него рассеянными глазами, потирая одной рукой тыльную сторону другой в прерывистом ритме. Он начал кивать, потом нахмурился.

— Султан Эфендим, — сказал Макрам, шагая по проходу и кланяясь ему, — позвольте мне доказать ценность моих людей, чтобы вы убедились, что союз необходим и стоит того.

Султан снова кивнул, его глаза внезапно засияли юмором.

— Горячая кровь, — сказал он. — Хорошо, хорошо. Здесь их не хватает, во всяком случае, таких, как ты.

В ответ Султана резко вздохнула, отводя взгляд от них двоих.

— Мы не обсуждали, что произойдёт, когда вы не сможете занять Зал, — прервал его Великий Визирь. — Отказ от условий альянса кажется справедливым.

Он тупо улыбнулся, когда Макрам выпрямился. Сомнение проникло сквозь уверенность Макрама, как камень в воду. Он искоса взглянул на Принцессу-султан, которая обвиняюще подняла брови.

— Великий Визирь, — предостерёг Явуз-паша.

— Ставки должны быть равны для победы или поражения, как это было бы на войне. И если Агасси не сможет выполнить задачу, тогда я должен усомниться в его способности победить Республику, а силы, которые