Ненужная жена - Анастасия Миллюр

— Наслаждайся прогулкой. А как вернешься в свои покои, немедленно собирай вещи и возвращайся в Токк. В свите кронпринцессы темной империи не может быть опозоренных девиц, — я перевела взгляд на свою горничную, которая хоть и была ошарашена ситуацией, но тем не менее держалась твердо. — И Алья, не забудь несколько раз громко повторить, что леди Аристия наказана за то, что голой пробралась в спальню кронпринца и предала доверие кронпринцессы.

Подталкиваемая служанкой, Аристия на подрагивающих ногах полуголой вышла в коридор. Я же потерла лоб, раздумывая пару мгновений, не переборщила ли с наказанием, но тут же выбросила все мысли из головы и уселась на кресло рядом с Джанетт.

Какое-то время мы просидели в тишине, пока она, наконец, осторожно не произнесла:

— А тебе дорогу лучше не переходить, да?

Я приподняла бровь, посматривая на нее.

— А ты собиралась?

Она фыркнула.

— Нет, но буду иметь в виду. Знаешь, она не была одержима, но и в порядке тоже не была.

Я внимательно посмотрела на девушку.

— Что ты имеешь в виду?

— Кто-то более чувствителен к темной магии, кто-то менее… На кого-то она влияет очень плохо. И мне кажется, что Аристия стала такой под влиянием дворца. Думаю, он не принял ее, и поэтому… — взгляд Джанетт скользнул в сторону двери, и на ее лицо закралось хитрое выражение. Она вдруг засуетилась и буквально подскочила с кресла. — Ох, совершенно забыла, что мне нужно еще успеть договорить с подругой насчет того, чтобы погостить у нее следующую неделю.

Я встала, чтобы выйти вместе с ней, но, развернувшись, столкнулась взглядом с Арменом, привалившимся плечом к косяку двери и наблюдавшим за нами.

Каждый раз его вид вышибал воздух из моих легких. Каждый раз мне снова и снова нужно было привыкать к нему. Я позволила своему взгляду пробежаться по его высокой фигуре, проследить линию его широких плеч и потеряться где-то в его взгляде. От него снова исходило это ощущение - словно все, что было в нем манило и притягивало к себе.

— Ну, я пожалуй пойду! — воскликнула Джанетт и испарилась так быстро, словно ее тут никогда и не было.

Мы остались одни. Я почувствовала это очень остро. И впервые в жизни не знала, что сказать. Я закусила нижнюю губу, обвела взглядом комнату и вздохнула.

Отношения с ним были какой-то непонятной ерундой, с которой мне не очень хотелось разбираться. Слишком сложно. И слишком опасно. Лучше пойду-ка я потренируюсь использовать «воздух» в малом зале. Явно будет полезнее.

— Наверное, мне тоже пора. Доброй ночи, дорогой супруг, — бросила я на ходу, намереваясь пройти мимо него к двери.

Но низкий голос буквально пригвоздил меня к полу.

— Останься.

Каждая клеточка моего тела и каждая толика разума велела мне уйти. Но вместо этого я развернулась, не глядя на него.

— Да, Армен? Ты что-то хотел? — ровно спросила я.

— Что ты здесь делала? — ответил он вопросом на вопрос, пронзая меня взглядом.

Я читала раздражение в его теле. Его челюсти были сведены, массивные плечи - напряжены, а руки - спрятаны в карманы брюк. Я только не понимала, если он злился - зачем остановил меня?

— Я просто дурачилась с Джанетт, — махнула я рукой. — Не думала застать тебя здесь. Извини за беспокойство.

Он молчит, и я полагаю, что разговор исчерпан. Разворачиваюсь, чтобы уйти, но он неожиданно мягко обхватывает мое запястье и приказывает:

— Останься.

Что он от меня хочет? Чувствую движение воздуха и понимаю, что Армен подходит ближе.

— Останься… — тянет он низко, и я с ног до головы покрываюсь мурашками от тембра его голоса.

Дыхание замирает комком где-то в горле, и я оборачиваюсь, сталкиваясь с ним. Мои легкие наполняет его умопомрачительный свежий запах с нотками горечи, но еще я чувствую от него алкоголь. Он пьян.

Еще мгновение я позволяю себе насладиться приятной близостью с ним, на мгновение позволяя обрушиться барьерам, которые я выстраивала вокруг своего сердца. Но затем снова упорно возвожу их, потому что так дела не делались.

У меня было правило - все важные вопросы решать исключительно на трезвую голову. И каждый раз, когда я отступала от этого правила ничего хорошего не происходило. Подписанный контракт с сэром Рейнольдом и ночь в спальне Эдгара - явное тому доказательство. Но с Арменом я не хотела наступать на те же грабли. Я не собиралась играть в эту игру «Сделал по пьяни, а трезвым не помню».

— Армен… — качаю я головой, пытаясь вырывать руку, но его захват становится только сильнее.

Его взгляд прожигает мою кожу и обдает жаром, который устремляется вниз по моему телу. Ни разу он не смотрел на меня так. Исчезло презрение, ненависть, злость… осталось нечто совершенно другое, намного более опасное и разрушительное для меня.

Его рука вдруг ложится на мою щеку и проводит большим пальцем по виску. Это неожиданно приятно, и по телу проходит легкая волна дрожи.

— Ты постоянно отталкиваешь меня, — медленно произносит он низким голосом, продолжая поглаживать висок большим пальцем. — Обычно все так и норовят стать ко мне ближе. Мозолят глаза, как надоедливые мухи. Но ты…

Его вторая рука отпускает мое запястье, и он обнимает мое лицо ладонями, не давая мне отвернуться. Глубокий взгляд Армена проходится по моему лицу, скользит по губам и останавливается на глазах. Его большой палец проводит по моему виску, щеке, носу и касается моего рта. Я прерывисто вздыхаю, он ловит мой взгляд. На мгновение мир исчезает, сужается до нас двоих, стоящих в объятьях друг друга посреди погруженной в полумрак комнаты.

Я смотрю в его глаза, вижу, как постепенно они темнеют, но не хочу его отталкивать. Надо, но я не хочу. Я готова податься ему навстречу, но Армен вдруг резко отстраняется и отступает на пару шагов.

Я наполняю свою грудь воздухом, потому что кажется, не могла нормально дышать все это время. Армен отходит к кровати, и я вижу его напряженную спину. Он раздражен.

— Ты… Ты одариваешь вниманием каждого. Всем раздаешь эти свои чертовы улыбки, будто у тебя их целый запас - Джанетт, Эстесу, фрейлинам, Алоиру или Эдгару, черт бы его побрал.

Он обхватывает столбик кровати с такой силой, что костяшки его пальцев начинают