Дистанция - Луна Мейсон

Стоит еще раз напомнить себе, что не стоит полагаться на мужчину. Я зашла так далеко, полагаясь только на себя, и я чертовски уверена, что не собираюсь меняться сейчас. Я влюбляюсь в Келлера все глубже и глубже. Я знаю, что не должна, но мое сердце ничего не может с этим поделать.

Нам было ясно, что мы оба не хотим отношений, и с каждым днем они все больше и больше напоминают отношения. Если я не с ним, я думаю только о нем. Когда я с ним, мне просто хочется сорвать с себя одежду и позволить ему поглотить каждый дюйм меня. Мы освещаем друг друга сквозь нашу собственную тьму.

Я стою на кухне, постукивая ногой, пока оживает кофеварка, и темная жидкость наполняет мою чашку. Даже простого запаха кофе достаточно, чтобы разбудить меня.

Я открываю стиральную машину, чтобы бросить туда еще белья. Я думала, что упаковала достаточно. Келлер такой пещерный человек, который просто сдирает с меня нижнее белье. Это значит что у меня остались последние две пары атласных черных стрингов. Вытаскивая груду одежды, засунутой в стиральную машину, я швыряю ее на пол. Я дергаю носом, когда какой-то металлический запах атакует мое обоняние.

Собирая каждый черный предмет по кусочку и бросая их внутрь, я замечаю, что кончики моих пальцев покрыты багровым. Что за хуйня? Я пытаюсь сдержать рвоту, подступающую к горлу. Темно-красная жидкость капает на белый мрамор. Дрожащими, покрытыми кровью руками я бросаю промокшую черную толстовку в стиральную машину, когда паника овладевает моим телом. Спотыкаясь, возвращаюсь к раковине и включаю горячую воду, я энергично оттираю красноту с пальцев.

Черт, что, если он ранен, что, если он в больнице, черт, черт, черт, пожалуйста, будь в порядке. Сделав глубокий вдох, я выключаю воду и беру со стойки свою сумочку. Вытряхивая содержимое наружу, я быстро хватаю телефон и набираю его номер.

Келлер отвечает после первого гудка, его глубокий голос гремит из динамика.

— Доброе утро, красавица, ты в порядке? — тихо спрашивает он, явно не подозревая о том, в какой панике я нахожусь.

— Доброе утро! Ты, блядь, серьезно, Келлер? Я думала, ты, блядь, мертв! — я кричу сквозь тяжелое дыхание. Мои руки все еще дрожат.

— Детка, ты беспокоишься обо мне, детка? Мне пришлось встать и выйти на раннюю тренировку. Я оставил тебе записку на тарелке с фруктами в холодильнике. Он хихикает, как будто это был какой-то повод для смеха.

— Келлер, я нашла твою одежду в стиральной машине, всю в крови. Я подумала …. с тобой что-то случилось. Почему ты просто не позвонил мне, как нормальный человек? Ты же знаешь, я не могу завтракать первым делом с утра. — шепчу я в трубку, как будто кто-то может услышать, что я говорю как чересчур бурно реагирующая корова.

На линии наступает тишина. Я слышу, как его дыхание становится тяжелым.

— Все в порядке, Сиенна, успокойся. Я в порядке, обещаю. Вчера вечером я допоздна тренировался с Грейсоном и получил от него небольшую взбучку. — он быстро меняет тему разговора. — Я могу прямо сейчас вернуться и отвезти тебя на работу.

Всего внезапно становится слишком много. Стены смыкаются вокруг меня. Почему мне кажется, что он лжет мне?

— Нет-нет, честно, все в порядке, я все равно опаздываю, а тебе еще нужно на тренировку. Ты не сможешь завоевать все титулы чемпиона мира, не приложив немного усилий. Особенно после всех этих ночных сессий, на которые ты уходишь. — я в бреду, мой мозг работает тысячу раз в секунду. Он не отвечает, поэтому я продолжаю.

— Я… э-э… сказала, что встречусь с Мэдди и Дэвидом сегодня вечером, так что, наверное, я просто останусь у себя. Она скучает по мне. Может быть, будет хорошо, если у нас просто будет немного свободного пространства на пару дней. — мой голос дрожит.

— Нет. Как насчет меня и Грейсона, мы встретимся в клубе позже, тогда мы пойдем домой вместе?

— Встретимся там в 8 вечера. Хорошего дня. — я стараюсь говорить весело и отключаю звонок еще до того, как он успевает ответить.

На экране немедленно появляется текст.

Бог секса Келлер

Еще раз так меня оборвешь, и тебе не понравится наказание. Я увижу тебя сегодня вечером, моя Богиня x x x

Дрожащими пальцами я складываю обратно содержимое своей сумки, разбросанной на стойке, и отправляюсь на работу. Я просто не могу избавиться от чувства, что все рушится вокруг меня. Я знала, что все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это не значит, что это не больно.

Я делаю глубокий вдох и вызываю лифт, вытирая вспотевшие ладони о брюки. Черт, я не могу этого сделать, только не без него.

Я вздыхаю и направляюсь к лестнице. Похоже, сегодня мне снова придется спуститься на восемьдесят шесть пролетов. Отлично.

ГЛАВА 17

СИЕННА

Я поднимаюсь по лестнице в свою квартиру. Сегодня тащилась как сука. Я игнорировала все звонки Келлера. Чем больше я думала об этом сегодня, тем больше меня раздражало то, что он солгал мне.

Может, у нас и нет официальных отношений, но я думал, что мы к этому приближаемся. Теперь, когда он ушел посреди ночи и я обнаружила окровавленную одежду, у меня голова идет кругом, я задаюсь вопросом, основано ли все это на лжи. Я не должна быть шокирована. Еще ни один мужчина не доказал обратное.

Коричневый сверток на пороге моего дома заставляет меня остановиться как вкопанную. Похоже, кто-то разбросал его в кузове грузовика. Поднимая его, я замечаю, что оно адресовано мне дрожащим черным почерком. Запах горящей бумаги заставляет меня затаить дыхание. Он был таким сильным.

Сунув пакет под мышку, я открываю дверь. Свежий аромат эвкалипта ударяет мне в нос. Квартира сияет. Господи, Мэдди, должно быть, скучает без меня, раз затеяла генеральную уборку.

— О Боже мой, ты дома — Мэдди мчится ко мне на полной скорости, врезается в мою неподвижную фигуру, так крепко обнимая меня, что я едва могу дышать.

— Ты скучала по мне или что? — я смеюсь. Это был как раз тот прием, в котором я нуждалася после дерьмового дня.

— Конечно, черт возьми, я так и скучала по тебе. Разве ты не видишь, что все здесь сверкает? Как прошла твоя развратная неделя с самим