Апельсиновый вереск. Дорога возврата - Вайолет Девлин

Она обвела взглядом всадников.

— И это нас возвращает к вопросу рабства, — пробормотал Кевин.

Этери повернулась к Иэну.

— Твои шутки ни к чему, всадник. Я доверяю Элфи, а он всецело доверил мне не только свои тайны, но и ваши. Я знаю, как вам избавиться от метки Черного Легиона. Для начала мы приложим все силы, чтобы вы стали свободными. И если для этого нужно забрать копье у хьенда, мы заберем.

— А если не получится забрать? — тихо спросила Авалона, глядя Этери в глаза.

Ответ на этот вопрос Этери Фэрнсби сама не хотела бы знать.

Но она знала.

— Значит, мы убьем его.

План был прост.

В ночь Созвездия Родственных Душ, когда эрцгерцог Вардан откроет ворота дворца для самых высокопоставленных особ Авалона, Иэн, Кевин и Фейт под видом гостей окажутся на балу. Их задача: разыскать Фонзи и любыми способами раздобыть копье. Этери вместе с Элфи появятся чуть позднее, и в случае непредвиденных обстоятельств, которые могут закончиться кровавой бойней (со слов Элфи) альв посодействует всадникам.

Часть плана лилась из уст Этери, словно мед. Всадники даже не догадывались, что в это время главная цель девушки: младший принц империи. Она очарует его, заставит холодное сердце неприступного эрцгерцога дрогнуть, а потом неожиданно сбежит, пока Элфи прощупывает почву четырех драгоценных камней.

Все просто.

— Но как мы проникнем во дворец незамеченными? — нахмурилась Авалона. Она привалилась спиной к стене, не сводя прямого взгляда с Этери и напрочь игнорируя подмигивания Лейна.

Этери повернулась к алхимику.

— Помнишь, я говорила об услуге?

— А? — Лейн перестал кривляться, состроив невинную мордашку.

— Можешь изготовить какое-нибудь снадобье перекрывающее наши истинные лица?

Эверт задумался.

— Он не сможет, — фыркнула Авалона.

— Ошибаетесь, леди, — оскорбленно отозвался Лейн. — Снадобье, может, и не смогу. Но у меня есть на примете одна идея. Только, — сказал он, заметив облегчение Этери, — эффект долго не продлиться.

— А долго и не нужно, — осклабился Кевин. — Свернуть голову Барраду — секундное дело.

Фейт вздрогнула, а Авалона процедила:

— Мы не будем его убивать.

— Почему? — удивился хэлл. — Он нас предал! Объявил охоту и хочет убить!

— Мы больше не всадники культа Морриган, — отрезала Авалона. — Не нам решать, достоин ли Фонзи жизни.

— В данном случае склонна согласиться с Кевином, — буднично произнесла Этери. — Избавьтесь от него. Живой хьенд — помеха на нашем пути.

— Этери…

Глаза Авалоны широко распахнулись. Она оттолкнулась от стены, подошла к девушке и с силой ухватила ее за плечи.

— Что с тобой происходит? — обеспокоенно спросила она, встряхнув Этери.

— Отпусти меня. Больно, — не глядя на всадницу, выплюнула девушка.

— Ты бы никогда такого не сказала! — закричала Авалона, впиваясь острыми ногтями в ее плечи.

— Отпусти!

— Не отпущу, пока не ответишь мне!

— Все. Достаточно.

Лейн обвил рукой талию хэллы, со всей силы дернув назад. Не смотря на яростное сопротивление, он держал ее крепко.

— Убери от меня свои мерзкие лапы! — заорала она, ударив его под дых.

Парень согнулся пополам, выпуская всадницу из объятий.

— Что с тобой происходит? — Авалона шагнула к Этери, но та покачала головой.

— А чего ты ожидала? — криво усмехнулась Этери. — Чего ты от меня ждала, когда сподвигла на революцию? Что мы постучимся во дворец и попросим по-хорошему вернуть нам королевство? Люди умирают, Авалона. Любой, кто пойдет против нас, умрет. А Фонзи Баррад… — в ее глазах мелькнула жалость, — да, он был твоим другом. Но он предатель, что незамедлительно вонзит копье в твое сердце. Если придется выбирать между тобой и ним, я выберу тебя. Поэтому…

Этери подошла к Кевину и, положив руку ему на плечо, сжала его.

— Я верю в тебя, друг мой.

— Я не подведу, — со всей серьезностью кивнул он.

Иэн выразительно фыркнул, давая понять все, что он думает об этом, но возражать не стал. Зато задал вопрос:

— Очень интересно. Как ты хочешь, чтобы мы забрали копье? Любой, кто схлестнется в схватке с его владельцем, проиграет.

— А ты уверен, что на балу оно будет с Фонзи? — холодно спросила Этери.

— Уверен. Должно быть, Баррад его из рук не выпускает.

— Вот ты и проверишь, — игнорируя насмешку, парировала она. — У вас есть примерные чертежи дворца, не так ли?

— Как ты… — испуганно начала Фейт, но не договорила, уже догадавшись. — Элфи.

— Чтобы этому отродью нечистых пусто было, — выругалась Авалона. — Вечно лезет не в свое дело.

— Так есть или нет? — повторила Этери.

— Есть, — в один голос сказали всадники.

Этери улыбнулась. Какие дружные.

— Значит, вы подозревали, что копье во дворце?

— Уверенности не было, — Фейт прикусила губу. — Предположение, не более. Мы и представить не могли, что копье выкрал Фонзи.

— Спасибо альву, — Иэн издевательски захлопал в ладоши, — Что бы мы без него делали.

— Превратились бы в кучку пепла, — раздался в гостиной веселый голос.

Яркая вспышка бледно-перламутровых лент на миг осветила гостиную. Элфи возник из ниоткуда. Щуря свои лисьи глаза, он поприветствовал собравшихся легким кивком. В нем не было почтительности, скорее тонкая насмешка.

— И так, мои маленькие всадники, ваша цель — копье и голова новоиспеченного хьенда. После смерти Баррад прославиться как вор и тот, кто занимал место хьенда каких-то пару лет, — усмехнулся Элфи, переводя взгляд на Лейна. — Ты тоже свое дело знаешь, малыш.

Лейн Эверт задумчиво качнулся на пятках.

— По рукам, древность.

Элфи услышал и весело рассмеялся.

— А ты мне нравишься. Дальше сами, — он обвел пристальным взглядом всадников, игриво подмигнув Иэну, — я забираю вашу королеву с собой.

Этери не успела понять, что случилось. Вот она стоит посреди гостиной вместе с Элфи и Лейном, а в следующую секунду ее окутывают прохладные ленты, и она сидит в мягком кресле рядом с камине в ресторации на первом этаже.

— Как все прошло? — спросил альв, вольно развалившись в кресле.

— Не делай вид, что не слышал, — сказала девушка, закидывая ногу на ногу и оправляя подол юбки.

— Слышал, но меня интересует твое мнение.

Самоконтроль и выдержка помогли Этери сдержать рвущееся наружу удивление.

— Никогда не поверю, что тебя интересует чье-либо мнение.

— Ты не кто-либо, — голос альва стал тише, более проникновенным. — Ты мой друг.

До этого момента Этери считала, что Элфи не способен быть серьезным. В его интонациях плясали насмешливые нотки, он часто жестоко подшучивал и издевался. Она была уверена, что альв считает ее пешкой. Что он ее использует.

Но фейри не были способны на ложь. Элфи говорил со всей искренностью, на которую только был способен.

— Ты же сама сказала Лейну Эверт, что я