Подарок для Демона - Оксана Говоркова

«Нет, нет, нет… Это не может быть реальностью… Они делают это только для того, чтобы напугать меня, они ведь не посмеют бить его на самом деле… Это дикость! Мы живем в современном мире», — пульсировало у меня в голове.

Вышел палач и одним резким движением разорвал рубаху на спине Саймона, отчего он показался еще более уязвимым. Его тело заметно напряглось, готовясь принять боль.

— Смотри, дитя, — прошептал, склонившись надо мной, демон, — на этом месте должна была быть ты…

При этих словах плеть опустилась на спину моего друга, и я вскрикнула, словно ударили меня. Снова взмах и следующий удар. Саймон молчал, принимая первые десять плетей, лишь вздрагивая, когда кожаный шнур впивался в кожу, оставляя красные полосы. Но каждое последующее касание кнута заставляло кровоточить уже имеющиеся раны, и я почувствовала, как тошнота подступила к горлу. Блондин стойко терпел боль, с силой стиснув зубы, лишь изредка позволяя стонам вырваться из его груди.

Мне казалось, что эта пытка не закончится никогда.

— Двадцать плетей — слишком много, — хриплым голосом проговорила я, пытаясь сдержать рыдания, — сжальтесь, отец… Умоляю…

— Надеюсь, этот урок ты запомнишь надолго, дитя, — спокойно резюмировал он, а я смотрела на него и не могла поверить, откуда в человеке, давшем мне жизнь, может быть столько жестокости.

После двадцатого удара, Саймону развязали руки, и он обессиленно опустился на колени. Площадка быстро опустела. Глазеющая толпа, словно рой тараканов, вмиг разбежалась по щелям. Мне тоже предоставили свободу, и я бросилась к своему другу. Тот громко застонал, когда я опустилась рядом и обняла его за шею.

— Господи, Саймон, зачем ты это сделал? — я больше не могла сдерживать слезы, они против воли катились из глаз.

— Ты хотела бы оказаться на моем месте, принцесса? — грустно усмехнулся он.

— Он не посмел бы так поступить со мной, раз я его дочь.

— Наивная, ты недооцениваешь его…

Отстранившись, увидела кровь на своих руках.

— Тебе нужно к лекарю.

— Не волнуйся, у меня отличная регенерация, через час даже шрамов не останется. Мне не привыкать.

— Тебя уже так наказывали? — изумилась я.

— Да… И не один раз.

Глава 20

Следующие несколько дней занималась исследованием замка. Он был огромный. Километры переплетенных между собой узких и широких коридоров соединяли более тысячи комнат и залов. Обойти все это пространство за день представлялось нереальным. Саймон был моим гидом. Он показал несколько магических переходов, замаскированных под огромные картины в тяжелых резных рамах. Это было удивительным и полезным изобретением, что-то, вроде, небольших стационарных порталов, способных переместить тебя из центрального холла в какое-нибудь дальнее помещение. Например, портрет молодой леди, читающей книгу, вел в библиотеку, пейзаж из цветущих кустов — в зимний сад, а шикарный натюрморт с бокалами искристого напитка и великолепным графином помогал быстро перебраться в винный погребок.

Блондин всегда находился рядом, готовый в любой момент прийти на помощь советом или делом, но при этом соблюдая определенную дистанцию между нами. Я же, делая вид, что продолжаю сердиться на своего друга, в душе давно простила его предательство. Такое самопожертвование, проявленное Саймоном, не могло оставить мое сердце равнодушным, была безгранично благодарна и рада его компании.

Зато все это время старалась всячески избегать встречи с хозяином замка. Никак не могла привыкнуть называть жесткого Господина отцом. Этот монстр вселял в меня лишь ужас, особенно после случая с наказанием. Наряду с этим чувством, в моей душе поселилась обида: любящий родитель не поступил бы так с родной дочерью, а, значит, я нужна ему лишь для определенных целей.

Господин-демон, в свою очередь, тоже не горел желанием меня видеть. Отныне, я даже не удосуживалась приглашения в столовую. Еду мне подавали прямо в спальню. Саймону было запрещено кушать вместе со мной, а потому приходилось трапезничать в гордом одиночестве.

Столько лет я мечтала иметь семью. Пыталась представить своих родителей, которых никогда не видела и с горечью оплакивала, считая погибшими. И, вот, когда, наконец, обрела отца, поняла, что не испытываю радости.

«Что ж, хотя бы теперь знаю, что (как минимум наполовину) я — демон. Узнать бы еще, кем была моя мать…»

— Я помню ее, — задумчиво проговорил красавец-блондин, подходя ближе и опускаясь на пол у моих ног.

Опершись спиной о софу и закинув голову, он внимательно следил через цветное окно за летающей снаружи птицей.

— Снова читаешь мои мысли? — проворчала недовольно.

Удобно расположившись на мягком ложе, я сидела с книжкой в руках и смотрела поверх страниц на витражные стекла. Библиотека стала одним из любимых уголков замка, здесь было много солнца и пахло многовековыми знаниями из-за собрания множества древних фолиантов.

— Не могу устоять, — улыбнулся он, — ты снова забыла закрыться, моя принцесса.

— Так, что ты там говорил про мою мать? — перевела разговор в интересующее меня русло.

— Это целая история. Расскажу, если хочешь.

— Конечно хочу! — ответила я, с готовностью откладывая в сторону сборник старых легенд.

— Союз твоих родителей был очень необычным, — начал Саймон свой рассказ. — Он — темный, она — светлая, такие браки, как ты знаешь, запрещены, потому что есть большая вероятность не получить потомства. А, если у таких родителей и рождаются дети, то не доживают до зрелого возраста из-за внутреннего конфликта светлого и темного начала, — я согласно кивнула (все это были прописные истины, которые мы проходили в Академии). — Твою мать звали Элоизой. Твой отец привез ее издалека, когда был еще молод и любил путешествовать. Он наплевал на все запреты, потому как был Королем и сам устанавливал законы в своем королевстве. Она была необычайно красивой девушкой и невероятно сильной чародейкой, женщиной-магом, которых из всех миров наберутся лишь единицы. Я назвал бы ее ангелом, если бы у нас существовала такая раса, — тут он замолчал и только через минуту продолжил: — Твой отец был ею одержим, и, к сожалению, не он один. Любой мужчина, находящийся рядом, незамедлительно терял голову. Близкий друг Короля, Бельфедор Уллас, влюбился в нее тоже, начал домогаться и всячески преследовать. Элоиза боялась рассказать об этом своему мужу, а потому терпела притязания, как могла. Не получив желаемого, Бельфедор оговорил твою мать, в надежде, что Король изгонит ее, и он сможет прибрать красавицу к своим рукам. Он заявил, что Королева пыталась его соблазнить, и к всеобщему удивлению, твой отец поверил своему другу, а не ей, обвинив Элоизу в измене. Он всегда был вспыльчив и горяч, и часто принимал необдуманные решения. Когда опомнился, было уже поздно. Королева не