Волчья ягодка - Диана Дурман

Вельт попытался в отместку укусить меня за палец, но я отдёрнула руку и принялась негромко рассуждать:

– Альфа волчат не так прост. Я видела, как он общается с их куратором, и это было не слишком типичное отношение ученика к наставнику. – В памяти всплыл момент в раздевалке, и я уверенно продолжила: – Он вёл себя так, будто выше куратора по положению настолько, что может игнорировать их разницу в возрасте. Да и внешность Кириана наталкивает на определенные мысли…

– Кириан? – удивился Вельт, прерывая меня. – С каких пор тебе интересны имена блохастых?

Забавно, что его больше всего взбудоражил именно этот момент. Пришлось, поморщившись ответить:

– Они мне не интересны, но вот конкретно их вожак будоражит моё любопытство. – Вспоминая сейчас свою встречу со всей стаей, лишь утвердилась в мыслях об слишком выделяющемся оборотне. – Цвет зверя этого клана волков – белый, но это никак не отражается на внешности почти всех приехавших к нам в гости. А вот молодой альфа, словно воплощение первых анимагов сумевших призвать вторую ипостась.

На этот раз Вельт дослушал и даже призадумался. А затем из его уст прозвучало недоверчивое:

– Думаешь, царь Дамресской долины стал бы отправлять своего единственного наследника к нам? В город, кишащий элетари настолько враждебными к оборотням? – очень верно подметил Вельт, и я разделяла его сомнения.

– Нет, – покачав головой, заметила, как среди мыльных пузырей спешно передвигается знакомая фигура. С Дамианом мы не виделись после бурной ночи, и сейчас мне очень захотелось оказаться внизу, чтобы посмотреть, как он себя поведёт. Но бежать по лестнице сломя голову из любопытства, было откровенно лень, и потому я вернулась к разговору с Вельтом: – Насколько мне известно, даже правящая семья не имеет таких отличительных черт как белые волосы и голубые глаза. Но что-то в этом оборотне есть странное.

Пришлось умолчать о парочке моментов, которые мне самой ещё предстоит прояснить. Оказалось мало того, что Кириан как-то способен блокировать магию, этот мутный оборотень, кажется, умудрился вылечить мою гематому на боку. Когда я вечером полезла сменить примочку, с удивлением обнаружила чистую кожу без намёка на синяк. И, конечно же, я сразу вспомнила о том, как прохладные пальцы нежно гладили кожу вокруг примочки. Иных причин резко выздоровления просто нет.

Наверное, что-то слишком интимное проскользнуло на моём лице, потому что Вельт обеспокоенно произнёс:

– Если твой интерес как-то связан с желанием затащить его в постель, то брось это дело. – Я озадаченно покосилась друга и наткнулась на слишком серьезный взгляд. – Они никогда не поймут нас, и в лучшем случае ты будешь несчастной недолго, а в худшем станешь как магистр Лирия. Любить всю свою жизнь одного, но быть вынужденным спать с кучей других, то ещё удовольствие.

Трудно с этим не согласиться. Тем более, когда по академии бродит живой пример такого отвратительного чувства как настоящая любовь. Магистра Лирию угораздило не просто влюбиться, а найти свою вторую половинку. Правда тот мужчина не выдержал даже не частых отлучек жены направленных исключительно на балансировку магии и в итоге бросил её. Теперь она только и делает, что пропадает в целительском крыле, стараясь работой заглушить свои чувства. Но проблема в том, что мы чувствуем гораздо острее людей, отчего та же любовь становится чуть ли не губительной.

– Спасибо, что волнуешься, – поблагодарила Вельта, а затем немного резко бросила, – но я большая девочка. Сама разберусь.

Друг побуравил меня взглядом, но я упорно смотрела вниз на адептов, добровольно лопающих пузыри с галлюциногеном.

– Раз так, – смирившись, вздохнул Вельт, – то хватит думать о ком попало. Пора уже выдвигаться в сторону охотничьего комплекса.

Тут он был прав. Времени до практических занятий оставалось всё меньше и лучше там подождать, чем получить нагоняй от сурового разводчика нечести и по совместительству ещё одного нашего преподавателя.

Переодеваться не пришлось потому что, что я, что Вельт уже были в полном полевом обмундировании. Даже ножны с мечом покоились у бедра. Так что мы сразу направились к мрачному царству монстров под специальным куполом, где нам придётся в который раз доказывать, что мы не просто по шабашам мотались все шесть лет проведенные в академии, а хоть чего-то да стоим.

Едва мы прошли сквозь специальные врата, как услышали:

– Ох, ребят, ну почему вы не погуляли ещё пять минуточек.

Голос Марики я узнала сразу, но вот чтобы рассмотреть её потребовалось время. Зрение Вельта адаптировалось быстрее и он, кажется, немного обиженно фыркнул:

– И чего мы там не видели? Одевайтесь уже спокойно.

Аловолосая ведьмочка показала Вельту язык и поспешно натянула штаны. Рядом с Марикой обнаружились потрёпанные Димер и Коррин, с весьма довольными выражениями на лицах.

– Вельт, лапочка, – промурлыкала Марика, – правило присутствия никто не отменял. Вас не было, когда мы решили улучшить качество нашей магии, значит, вы не должны подглядывать.

– Совсем совесть потеряли, – буркнул из-за моей спины только появившийся Рикки. – Обязательно это делать мало того что перед занятием, так ещё и едва ли не на пороге охотничьих угодий?

– Ой, Рикки, не бухти, – простонал Коррин, раздраженно сдувая со лба рыжую челку. – Профессор Харди ещё не пришёл, вот мы и решили по-быстрому помочь друг другу. Лично мне не хочется словить сбой магии в тот момент, когда у меня на шее будет смыкаться пасть упыря.

Больше спорить не стали, потому что едва Марика с парнями успела привести себя в порядок, появился профессор Харди. Немного всклокоченный, но неизменно мрачный и суровый, он обвёл нас тяжелым взглядом. Поздоровавшись без особого энтузиазма, любитель нечести задумчиво погладил свою бородку с проседью и поманил нас за собой вглубь искусственного леса.

Здесь всегда царила тьма для того чтобы приучить нас сражаться с врагом в самое опасное время суток. Изломанные силуэты деревьев заполняли всё пространство, пока на их голых ветках трепетала паутина. Она слегка светилась и “плакала” флуоресцентными каплями заполняющими тьму слабым потусторонним светом. Когда-то это место нагоняло на нас такой жути, что многие сразу после занятий отправлялись к целителям за успокоительным. Или же к зельеварам за чем-то чуть более крепким для лечения нервов.

Теперь же нас всего семеро, не считая преподавателя, а страха нет. Есть лишь предвкушение и настороженность, помогающая не ставить свои стопы, куда не