Излечи мою душу - Кэрри Лейтон

– Друзья моего отца тоже состояли в этом братстве, – сказала Стелла.

– Правда? – спросили мы с Алексом одновременно.

Стелла кивнула.

– Не может быть! – удивился Виктор. – Имя Чад Митчелл тебе о чем-нибудь говорит?

– Конечно! Этот парень гений. Он смог пробраться в центральный сервер университета и изменить учебную программу. Создал такой хаос, что пришлось отменить занятия.

Мы рассмеялись.

– Чад легенда. Он работает с моим отцом, в офисе его любят и боятся одновременно, – призналась Стелла и сделала глоток вина.

– С Чадом всегда так!

– А я нигде не состою, – вернула я внимание к себе. – Слишком много ограничений. Но вступила в университетский книжный клуб и подумываю начать писать статьи.

Мама уронила вилку.

– Извините, я такая неуклюжая, – она резко встала и пошла на кухню за чистыми приборами.

– Хочешь стать журналисткой? – поинтересовался Виктор.

– Не знаю, пытаюсь понять. Я мечтаю писать, но пока жду вдохновения и надеюсь попасть в университетскую газету. Да, она отличается от настоящей газеты, но там можно получить опыт. Хороший опыт.

– Безусловно, но в этой сфере сложно прыгнуть выше головы, понимаешь?

Я кивнула.

– Не многим писателям и журналистам удается превратить хобби в работу с доходом, который обеспечит хороший уровень жизни.

Не удивил.

Я пожала плечами и дернула уголком губ:

– Я все это знаю.

Мама ничего на это не сказала и перевела разговор в другое русло:

– Милый, как жаль, что ты не познакомился с Трэвисом, парнем Ванессы. Он из уважаемой семьи, ей очень повезло.

В этот раз уронила приборы я. Только не на пол, а в тарелку. Алекс с горечью посмотрел на меня. Возникло жгучее желание испортить ужин рассказом о том, что мамин драгоценный Трэвис – мудак мирового класса.

Интересно, как мама отреагирует, если узнает, что парень, которого она так идеализировала, оказался придурком? Наверняка в обморок упадет. Но все равно не отречется от Трэвиса. Скорее отречется от меня. За то, что посмела бросить самого богатого папенькиного сынка в Орегоне.

Я уже открыла рот, чтобы все рассказать, но Алекс не позволил: стукнул меня по ноге под столом и покачал головой. Видимо, мысли мои прочитал.

В итоге я промолчала. Алекс прав: сейчас не самый подходящий момент для признаний.

– Да, жаль. Но Трэвис вечно занят, – соврала я.

– Не страшно. У Виктора еще будет возможность познакомиться с ним. Может, на следующей неделе? – прощебетала мама.

– Вряд ли.

– Почему?

Алекс и Стелла замерли.

– Потому что у Трэвиса в последнее время нет ни одной свободной минуты.

– Между вами все в порядке, не так ли?

Я кивнула и фальшиво улыбнулась.

– Конечно, мам, все замечательно.

– Слава богу, а то я испугалась, – она театрально поднесла одну руку к груди, другой сжала ладонь Виктора. – Отец Трэвиса, Эдвард Бейкер, генеральный директор нефтяной компании.

Опять?! Она опять восхваляет семью Трэвиса?

Я неловко откинулась на спинку стула и бросила взгляд на бутылку вина. Выпить бы ее всю. Но желудку эта идея не понравилась.

Мама же как ни в чем не бывало продолжала петь дифирамбы Бейкерам:

– У них много недвижимости в штате Орегон и еще в нескольких странах. Отец Трэвиса человек важный, поэтому постоянно в командировках. Трэвис планирует пойти по его стопам.

– Похоже, Трэвис умный парень, – сказал Виктор.

– Мам, пожалуйста, давай перестанем говорить о Трэвисе.

– Ты права, милая. Нехорошо говорить о том, кого нет рядом.

С подачи Алекса мы переключились на обсуждение работы его матери. Жаль, что мою, похоже, интересуют только деньги и карьера.

После ужина мама убрала со стола, отказавшись от помощи Виктора. Она настояла на том, чтобы он чувствовал себя гостем и присоединился к Алексу и Стелле в гостиной.

Я загружала посудомоечную машину, поэтому не услышала, как мама вошла.

– Милая.

– Мама! Ты меня напугала! – я вздрогнула.

– Тсс! Не шуми.

– Почему ты шепчешь?

– Не хочу, чтобы нас услышали. Ну же, скажи мне… тебе нравится Виктор? – мама украдкой посмотрела на своего избранника.

– Виктор?

Мама нетерпеливо кивнула.

– Он… кажется, он хороший человек.

Она обняла меня.

– Я знала, что он тебе понравится! Иди к друзьям, я сама закончу уборку.

Алекс и Стелла собирались завтра в Национальный заповедник Сиусло[4].

– Поедешь с нами? – спросила Стелла.

– Нет, спасибо. Хочу немного побыть одна.

– Уверена?

Я кивнула.

– Мы обязательно погуляем с вами в другой раз.

– Ты в порядке? – уточнил Алекс.

– Не волнуйся. Со мной все будет хорошо.

Уже на пороге Алекс взъерошил мои волосы, а Стелла меня обняла. Она оказалась именно такой, какой я ее представляла: сдержанной, милой и легкой в общении. Идеальная пара для Алекса!

– Спокойной ночи, ребята, и спасибо, что пришли, – попрощалась я.

Алекс переплел пальцы со Стеллиными, улыбнулся мне напоследок, и они удалились.

Из-за пасмурной погоды воскресенье я провела дома, закрывшись в комнате с книгами. После обеда позвонила Тиффани, но настроения болтать не было, так что я сослалась на учебные дела. За докладами на следующую неделю остаток дня пролетел незаметно.

После ужина мама и Виктор предложили прогуляться вместе с ними, но я отказалась: не хотелось быть третьим лишним. Тем более что мне до сих пор было странно видеть Виктора у нас дома. Они ушли, и я осталась одна. В тишине.

Пойти спать? Время только половина восьмого – все равно ведь не усну. Последний раз так рано ложилась лет в семь. Может, хоть попробовать? Парочка лишних часов сна точно пойдет на пользу.

Я уставилась в потолок и стала ждать Морфея, но беспокойные мысли прогоняли сон, не давали расслабиться.

Меньше чем за неделю моя жизнь полностью изменилась. Сегодня я могла поехать с Трэвисом на концерт в Олбани и петь там до хрипоты, а вместо этого ворочаюсь в постели в поисках удобного положения и пытаюсь выбросить из головы Томаса.

Рядом с ним я была растеряна, и в то же время мне было как никогда хорошо. Я считала нашу ночь ошибкой, но совсем не по тем причинам, о которых подумал Томас: между нами возникла связь. А какой здравомыслящий человек захочет связываться с Томасом Коллинзом?

Как бы ни старалась, разум отказывался стирать воспоминания о прикосновении его губ к моим; о теплоте рук, ласкающих мое тело; о мягкости волос, аромате духов и о том, как он произносил мое имя, заставляя сердце биться быстрее.

Я оттолкнула ногами одеяло и спустилась в кухню. Раз не получилось заснуть, устрою марафон «Бесстыжих» с попкорном и колой под флисовым пледом.

Спустя несколько серий татуированный гомункул все еще не выходил из