Сиротка в Академии Драконов – 2 - Оксана Гринберга

Это возмутило Веледу: она ведь не прятала тот факт, что призвала сразу двух — и морского, и воздушного. Наоборот, втайне гордилась этим и считала, что это знак Богов и ее ждут великие свершения.

Однажды она сделает нечто такое, о чем в Арвене не забудут никогда. Поэтому ей нужно быть безупречной — как в поступках, так и мыслях. Держаться со всеми ровно, быть приветливой.

Но как это сделать, если этот птичий тип ее… беспокоил?

Как-то она пожаловалась на него парням, и те втихомолку решили устроить Ларге «темную». По очереди вызвали того на поединок, собираясь объяснить, что тому стоит оставить Веледу в покое.

Потому что она — не для него.

Знали, что на Физическую подготовку тот ходил неохотно, предпочитая проводить время в библиотеке или же, окруженный воронами, сидеть на лавочке и рисовать в своем альбоме.

Ну что же, оказалось, Ларге обладал невероятной силой, а еще был гибок и увертлив, так что Бруно и Джеффа он разделал на три счета. С Саймоном поединок закончился вничью, на что Веледа, узнав о причине произошедшего, разъярилась не на шутку и приказала парням оставить Ларге в покое.

С тех пор она старательно его избегала, обходила стороной, отводила глаза, тогда как он просто на нее смотрел.

Еще через несколько месяцев он попытался с ней заговорить, но Веледа лишь покачала головой и пошла своей дорогой.

Затем он стал ее преследовать. Появляться там, где его быть не должно, но в непосредственной близости от нее.

Как, например, сегодня, в свободное воскресенье, когда все либо разъехались из академии по домам, либо отсыпались в своих комнатах в общежитиях, а они с парнями решили перекусить и отправиться на немного опасную… Хорошо, на опасную, а еще довольно безрассудную вылазку.

Но Ларге тоже был здесь. Сидел в столовой и привычно смотрел в ее сторону.

— Не обращай на него внимания, Вел! — произнес вернувшийся с кофе Саймон. — Или, если ты хочешь, я могу…

— Не хочу, — отозвалась она. — Я поговорю с ним сама. Узнаю, зачем он решил за мной шпионить и почему думает, что такое сойдет ему с рук.

Затем решительно поднялась со стула и двинулась в сторону Ларге. Но чем ближе она подходила, тем слабее становилась ее решимость.

Поймав себя на этой мысли, Веледа рассердилась.

Он просто мой однокурсник, сказала себе, причем довольно назойливый и слегка странный. С чего бы мне его бояться?

— Приве… — начала она, а затем ее взгляд упал на лист на его столе, и Веледа не договорила.

Это был ее портрет.

Причем выполненный настолько искусно, что все резкие слова, которые она собиралась произнести — поинтересоваться, по какой причине он ее преследует, вечно таскаясь следом, и запретить это делать, — вылетели у нее из головы.

— Ты меня нарисовал, — произнесла она беспомощно.

— Нарисовал, — согласился он хрипловатым голосом. — Возьми, — и протянул ей портрет.

— Но…

— Бери, у меня таких еще много. Твоих рисунков, — усмехнулся он. — Несколько альбомов.

— Но… почему? — шепотом спросила она.

Впрочем, он мог и не отвечать, и Ларге не ответил. Просто промолчал. А затем спросил:

— Неужели вы собираетесь достать тот упавший в море артефакт? — чем подтвердил мысли Веледы о том, что он за ними шпионил.

…Тут что-то произошло уже с моим сном. Тот словно подернулся рябью, после чего стал распадаться на куски.

Столовая начала исчезать, как и Ларге Крейген и Веледа Веллард, державшая в руках свой портрет. Последнее, что я увидела, — это как моя прапрапра… очень много прабабка повернула голову.

Посмотрела на меня, а затем произнесла:

— Ты ведь хочешь узнать всю эту историю, Шани? Увидеть, что было дальше?

— Хочу, — собиралась сказать ей, но вместо этого окончательно проснулась.

Потому что звенел будильник, означавший, что пора вставать и собираться на занятия. А еще ко мне, позевывая, явилась Лина и спросила, удалось ли мне заснуть и не буду ли я сегодня ходить как лунь.

Но, несмотря на то, что я дала подруге обещание и ответственно укладывалась спать каждый раз еще до полуночи, ожидая продолжения сна-яви про Веледу Веллард и Ларге Крейгена, я его так и не увидела.

Поэтому просыпалась каждое утро с сожалением, что оставила мою прапрапра… бабку, растерянно стоявшую посреди столовой со своим портретом в руке. И Ларге Крейгена, смотревшего ей прямиком в глаза.

В библиотечной книге, кстати, была довольно точная копия этого портрета, которую я старательно перерисовала и теперь носила сложенной в кармашке.

А еще ответственно ходила на занятия, получила несколько отличных оценок, сдала все рефераты и поразила воображение магистра Энвара тем, что у меня стало хоть что-то получаться на его занятиях по практической магии.

Зато я провалила все попытки заново призвать своих дракониц.

Уж и не знаю, как все было у Веледы Веллард с ее призывом (в книге об этом не упоминалось), но у меня ничего путного не выходило.

Кайрен на это ничего не сказал (хотя про вторую драконицу он до сих пор не знал), да и поговорить у нас толком не выходило. Он почему-то меня сторонился, а если мы оказывались в непосредственной близости, то держался как строгий учитель с нерадивой ученицей, советуя мне запастись терпением, а заодно продолжать призывы.

Не выдержав, я подкараулила его возле столовой — как раз была пятница, последний учебный день, и мне не хотелось отправляться на выходные, терзаемой самыми недобрыми предчувствиями.

Поэтому я в лоб спросила, в чем дело и почему он держится со мной так, словно в нашем прошлом не было ни грота на Найрене, ни побега из Карассы и ни нашего поцелуя…

Но память ко мне вернулась, и я помню, что все это происходило.

Хотя причин, конечно же, для такого его поведения у него имелось предостаточно — выбирай любую.

Особенно внушительной выглядела та, которая с посохом, и зовут его Владыка нари.

— Боюсь, мне придется оставить тебя раньше, чем я думал, — произнес Кайрен, и в его глазах промелькнуло что-то такое, из-за чего мое сердце забилось быстро-быстро. — Но до этого момента нам стоит сохранять дистанцию на людях. Я не хочу подставить под удар еще и тебя с твоим дядей.

— То есть твой отец все же настаивает?..

— Это не отец, Шани! Мне принесли новости верные люди. Власти Керна подозревают,