Я тебя нагадала - Татьяна Ма

— Кажется?

— Она не видела нападавшего, — ответил полицейский. — Напали на нее сзади, повалили и стали наносить удары. Но потерпевшая говорит, что перед тем, как потерять сознание, она видела склонившегося над ней Дмитрия Хворостова.

— О господи, — пробормотала Соня, переглянувшись с Михаилом. Они ведь тоже подумали об этом, когда Никита рассказал, что отец угрожал Миле и Алевтине Сергеевне ножом.

— Что теперь будет? — спросил Михаил.

— Будем подавать в розыск. Постараемся найти его.

После разговора с полицейским Соня вошла к Миле. Они долго молчали, взявшись за руки. Все было и так сказано без слов.

Вечером Соне позвонили из полиции и сообщили, что нашли отца Никиты.

Глава 31

Михаил внимательно наблюдал за Соней, которая мерила шагами кухню в его доме. Вот уже несколько часов она металась, ходила из угла в угол, сжав губы в тонкую полоску. Хмурила лоб, то и дело поправляла волосы и о чем-то думала. Сначала Михаил решил, что Соня просто слишком переволновалась. Еще бы! То к ней врывается в дом пьяный мужчина, требует денег и бьет, то она бежит вместе с ребенком, чтобы спрятаться от него, а то вдруг узнает, что того нашли убитым. Однако уже прошло достаточно времени, чтобы осознать произошедшее. Да и не из-за чего Соне было так себя накручивать. Дмитрий ведь никто ей. Да, умер страшной смертью — его окоченелый труп выловили в Скитских прудах. На теле обнаружены многочисленные ножевые ранения. Но почему это так взволновало Соню? Приехав из больницы от Милы, она была в хорошем настроении, позвонила учительнице, объяснила, почему Никита пропустил школу, узнала домашнее задание, а потом весь вечер помогала Никите решать примеры и читать. Михаил приготовил ужин, пока Соня занималась с мальчиком. А уже когда Никиту уложили спать, позвонили из полиции, сообщили, что нашли Дмитрия. Когда узнали подробности его смерти, Соня стала сама не своя. И вот уже сколько времени все металась и металась по дому.

Михаил не выдержал и, взяв Соню за руку, спросил:

— Софья, что с тобой?

— А? — вздрогнула она.

— Ты сама не своя с тех пор, как намсообщили о смерти Дмитрия. Почему ты так переживаешь?

Соня посмотрелаМихаилу в глаза, судорожно втянула воздух и прошептала:

— Ох, Миш, если б ты только знал.

— Чего я не знаю?

— Да так… ерунда, — повела она плечом. — Не обращай на меня внимания.

— Нет уж. А ну-ка, сядь, — мягко сказал Михаил и потянул Соню на диван. Соня поддалась и, сунув ладони между колен, села. — Говори, что тебя беспокоит?

Соня посмотрела на Михаила испуганными глазами и пробормотала:

— Знаешь, я ведь во сне видела его смерть.

Михаил замер.

— Как это?

— Мне приснился сон, — тихо заговорила Соня, решившаяся признаться во всем и поведать Мише все-все детали своего ночного кошмара. — Будто я сижу на берегу какой-то реки, бросаю в воду камни, вода бурлит, а потом к берегу прибивает какой-то предмет. Я вижу израненного человека, делаю шаг назад в испуге, а кто-то меня толкает на утопленника. И я просыпаюсь. — Соня во все глаза смотрела на Михаила. — Я узнала в утопленнике отца Никиты и видела раны от ножа на его лице и теле, Миш.

— Вещий сон? — растерянно спросил Михаил.

— А знаешь, что самое ужасное? — не слыша его вопроса, испуганно пробормотала Соня.

— Что?

— Я вижу эти сны постоянно.

— Постоянно? — не сдержал удивления Михаил.

— Да-да, они повторяются и повторяются. Сначала мне снилось, что я убиваю Вадима, ну, моего бывшего мужа. Эти сны были такими реальными, что порой казались вовсе не снами. Они меня пугали и буквально сводили с ума, — призналась Соня. — После развода все прекратилось, но ненадолго. Вскоре мне начала сниться женщина в ванне, тоже изрезанная, и будто это я ее убиваю. И видишь, что случилось? На Милу напали. А накануне смерти Алевтины Сергеевны мне приснился похоронный звон колоколов. А теперь вот это! — Соня вскочила с дивана и с отчаянием взглянула на Михаила. — Я сумасшедшая, да? Или, может, я и правда кого-то убила?

— Нет, конечно. — Михаил встал и взял Соню за руку, крепко сжал ее ладонь. — Мало ли, кому что снится. Может, ты ясновидящая?

— Скажешь тоже, — краешками губ улыбнулась Соня. — Иногда мне и правда кажется, что я сошла с ума.

— Сны — это сны, — возразил Михаил. — Отражение наших волнений, а может, предчувствие. Ты же говорила, что умеешь гадать на кофейной гуще?

— Умею, — кивнула она.

— Так может, ты и другое умеешь.

— Видеть будущее? Не думала, что такой большой бородатый дядька, как ты, верит в экстрасенсорику.

— Значит, вот кто я для тебя? — улыбнулся Михаил. — Большой бородатый дядька?

Соня улыбнулась в ответ, а потом рассмеялась. Напряжение ушло, и страх схлынул.

— Ну вот ты и смеешься, — подмигнул ей Михаил. — Отлегло?

— Да, отпустило чуть-чуть.

— Ну и слава богу. А по поводу снов твоих… Думаю, ты привыкла держать эмоции в себе. И страхи тоже. Вот и результат перенапряжения.

— Только результат этот меняет реальность.

— Думаю, ты и правда способна к предвидению, и это выражается в снах. Так что никакую реальность ты не меняешь, Соф, если не считать тех изменений, что ты привносишь в собственную жизнь.

— Ты имеешь в виду кафе?

Он кивнул.

— И кафе, и заботу о Никите и Миле. Наши поступки меняют реальность, а не какие-то там сны.

Соне очень хотелось верить в слова Михаила. Наверное, она просто паникерша. Сомневающаяся в себе паникерша, которая быстрее поверит в плохое, чем во что-то хорошее.

Они еще некоторое время обсуждали Сонины видения, и разговор с Михаилом действительно заставил Соню почувствовать, как груз с ее души уходит, дышать становится легче.

— Можно мы еще денек поживем у тебя? — попросила Соня. — Пока я полностью не приду в себя.

— Живите, сколько хотите. — Он чмокнул Соню в лоб и пожелал спокойной ночи.

Соня с Никитой оставались у Михаила еще два дня, но потом вернулись в ее квартиру: отсюда было проще добираться до школы и до кофейни. Да и в больницу к Миле было ближе. Мила шла на поправку. Врачи обещали выписать ее в ближайшую неделю, но пока ей требовался строжайший покой и никакой активной деятельности.

Соне придется и заботу о Миле взять на себя, когда она окажется дома. Видимо, нужно будет временно перебраться в их старую квартиру — в однокомнатной Сониной разместиться с ребенком и Милой не представлялось возможным.

Отведя Никиту в школу, Соня забежала к себе, чтобы прихватить чистящие и моющие