Дело не в размере - Мэг Кэбот

– Да. Но я все равно не должен был отдавать ей ключ, – не успокаивался Мануэль. – Она была такой милой и такой красивой. Все ее любили. Не могу поверить, что ключ понадобился ей для чего-то плохого. Она сказала, что это очень важно… что это чужое. Они разозлятся, говорила она.

Я почувствовала, что кровь в моих венах внезапно похолодела. Иначе как объяснить, что меня затрясло от озноба.

– Она не сказала, кто?

Мануэль покачал головой.

– А она точно сказала «они», во множественном числе? Она имела в виду, что их несколько?

Он кивнул.

– И тогда ты отдал ей ключ, – закончила я.

Он с несчастным видом кивнул.

– Она сказала, что принесет его обратно. Подойдет к приемной в 10 утра и отдаст мне ключ. И я ждал. Я ждал ее даже тогда, когда приехала полиция. Никто не говорил мне, что случилось. Они просто проходили мимо меня. Я ждал, а она была уже мертва!

Мануэль внезапно замолчал. Он разволновался и плакал… Один из подключенных к нему аппаратов вдруг запищал. Женщина, которую я приняла за мать, встрепенулась.

– Если бы… – проговорил Мануэль. – Если бы…

– Мануэль, тебе нельзя говорить, – перебила я его.

Женщине, которая уже окончательно проснулась, я сказала:

– Позовите сестру. – Она выбежала из комнаты.

– Если… – продолжал говорить Мануэль.

– Мануэль, не нужно говорить, – просила я.

Хулио тоже проснулся и что-то залопотал племяннику по-испански.

Но Мануэль не успокаивался.

– Если бы я не был виноват, – наконец удалось произнести ему, – они бы не пытались меня убить.

– Наверное, они думали, что ты знаешь их имена, – сказала я. – Люди, которые убили Линдси, решили, что ты можешь их опознать. Значит, Линдси сказала тебе нечто такое, что заставило их так думать. Так, Мануэль? Постарайся вспомнить.

– Она сказала… она говорила о ком-то, его зовут…

– Даг? – закричала я. – Его зовут Даг? Или Марк?

Аппарат запищал громче, и в палату прибежали две сестры и доктор, за ними – мать Мануэля… и два детектива.

– Нет, – ответил Мануэль.

Его голос стал совсем слабым.

– По-моему, Стив. Она сказала, что Стив сойдет с ума от злости.

– Стив? Кто такой Стив?

Веки Мануэля опустились.

– Дайте пройти! – на всю палату рявкнул доктор.

Я отпрыгнула в сторону. Доктор стал поправлять какие-то трубки. Слава богу, писк прекратился. Доктор вздохнул с облегчением. Мануэль провалился в сон.

– Все выйдите отсюда, – сказала одна из сестер, махнув рукой в сторону двери. – Ему нужно отдохнуть.

– Но я его мать, – возразила пожилая женщина.

– Вы можете остаться, – смягчилась сестра. – Остальные – вон отсюда.

Я чувствовала себя ужасно. Вслед за детективами я побрела из палаты, а Хулио и женщина остались с Мануэлем.

– Что с ним случилось? – спросил молодой детектив, когда мы вышли в коридор.

И я ему рассказала, я ему рассказала все, что сказал мне Мануэль. Особенно про Стива. Они опять поскучнели.

– Мы все это знаем, – с некоторым осуждением, как будто я специально отвлекла их от чего-то важного, сказал тот, что постарше.

– Нет, не знаете. – Я была протрясена.

– Знаем-знаем, – поддакнул младший своему партнеру. – Все это было в рапорте. Он все это уже говорил вчера вечером. Про ключ.

– Но не про Стива, – возразила я.

– Уверен, что в докладе он упоминался, – сказал старший.

– Стив, – сказал молодой. – Или Джон.

– Не было никакого Джона, – не унималась я. – Только Даг. Или Марк. Марк – это юноша, с которым встречалась убитая. А еще она встречалась с неким Дагом. А теперь вот выяснилось, что был еще и Стив. Только я не знаю никакого Стива.

– Нам все это уже известно, – раздраженно повторил молодой.

Я гневно посмотрела на них.

– Где детектив Канаван?

– Он не смог попасть в город, – сказал пожилой. – Все дороги завалило снегом.

– Прекрасно, – кивнула я. – Тогда, может, вы позвоните ему и расскажете о Стиве? Или мне самой это сделать?

Тот, что помоложе, сказал:

– Повторяю, мисс, нам все это уже давно известно…

– Конечно, мы ему позвоним, – перебил его пожилой.

Молодой удивленно воскликнул:

– Но, Марти…

– Мы позвоним ему, – снова повторил пожилой, подмигнув молодому.

До того дошло.

– А, ну, да-да, конечно. Мы ему позвоним.

Я стояла и смотрела на них. Было очевидно, что детектив Канаван уже говорил им обо мне. А еще было очевидно, что ничего хорошего он обо мне не сообщил.

– Знаете, – в ярости заявила я, – у меня есть номер его мобильного, я могу сама ему позвонить.

– Почему бы и нет? – сказал пожилой, тот, которого звали Марти. – Уверен, он будет счастлив услышать вас.

Молодой прыснул от смеха.

Я покраснела. Неужели для детектива Канавана я и правда как заноза в мягком месте? То есть я, конечно, в курсе, что так оно и есть. Но вот уж не думала, что он будет жаловаться на меня остальным детективам. Я что, притча во языцех всего шестого участка?

Возможно.

– Прекрасно, – сказала я. – Тогда я пойду.

– Подождите минутку, вы – миссис Уэллс?

Я оглянулась. Молодой достал из сумки ручку и блокнот.

– Простите, мисс Уэллс, я совсем забыл. – Он говорил абсолютно серьезно. – Не могли бы вы дать мне автограф?

Я прищурилась. Это еще что за шутки?

– Серьезно, – проговорил он. – Я рассказал своей младшей сестренке, что вы часто бываете у нас в участке, и она попросила взять у вас автограф.

Он говорил абсолютно искренне. Я взяла ручку и блокнот, чувствуя себя страшно неловко, из-за того что злилась на этого парня.

– Конечно, – сказала я. – Как зовут вашу сестру?

– О, ей просто нужно, чтобы вы расписались, – сказал детектив. – Она сказала, что персональные автографы не так хорошо продаются в Интернете.

Я замерла.

– Она хочет получить мой автограф, чтобы потом его продать?

– Ну да, – сказал детектив с таким видом, будто и представить не мог, что я подумаю что-то другое. – А что ей, по-вашему, делать со всеми вашими старыми дисками? Она сказала, что с вашим автографом у нее появится хоть какой-то шанс их продать. Поскольку это даст ей преимущество перед миллионами других ваших бывших поклонников, которые жаждут избавиться от ваших дисков.