Чудо любви - Николас Спаркс

Вечером, когда вокруг Лоусон-Плантейшн сгустился туман, в особняк стали съезжаться гости. Родни Хоппер с недовольством смотрел на все, что творилось вокруг: сумятица была такая, будто здесь должен был выступать сам Барри Манилоу.

Последние двадцать минут Родни руководил парковкой машин возле особняка и с изумлением наблюдал за непрекращающимся потоком прибывавших гостей. Среди них Родни заметил докторов Бенсона и Трикета, дантиста Альберта, восемь членов городского совета, включая Тулли и Джеда, мэра и служащих торговой палаты. Здесь были также девять уполномоченных правления округа, школьный совет в полном составе, представители исторического общества, три бухгалтера, весь персонал «Гербса», бармен из «Эй, я тебя люблю!», парикмахер и даже Тоби, который, хотя и занимался очисткой канализационных резервуаров, всегда выглядел настоящим франтом. Столько народу в Лоусон-Плантейшн не собиралось, наверное, даже перед Рождеством, в первую пятницу декабря, когда вход в празднично украшенный особняк был открыт для всех желающих.

И что, собственно, стало причиной столпотворения? Сегодня люди пришли сюда не для того, чтобы пообщаться с друзьями накануне большого праздника. Это был вечер в честь человека, который не сделал для города ровным счетом ничего хорошего и которому вообще на все здесь было наплевать. Родни внезапно пожалел о том, что, отправляясь сюда, погладил рубашку и почистил туфли: пусть он и был приглашен как лицо официальное, едва ли стоило так прихорашиваться – ведь вряд ли Лекси это заметит.

Ему все уже было известно. После визита в библиотеку мэр заехал в ресторан к Дорис, которая готовила угощение для ужина, и рассказал про Джереми и Лекси, а Рейчел сразу же позвонила ему, чтобы сообщить ужасную новость. Рейчел и этом отношении была молодец – она всегда держала его в курсе. Она знала о его чувствах к Лекси, но никогда его не поддразнивала, как другие. Впрочем, ему показалось, она была не очень взволнована известием о том, что Джереми приедет на ужин с Лекси. Рейчел хорошо умела скрывать свои чувства, чего Родни не мог сказать о себе. Сейчас он проклинал себя за то, что пошел на поводу у мэра и согласился приехать. Его вообще жутко раздражала суета, связанная с чествованием журналиста.

Насколько он помнил, такого ажиотажа в Бун-Крике не было со времени приезда сюда корреспондента из «Роли ньюс энд обсервер», собиравшегося написать статью о Джампи Уолтоне. Этот Джампи растрезвонил всем, что занимается изготовлением копии легендарного самолета братьев Райт, чтобы совершить полет на праздновании столетия авиации в Китти-Хок. Джампи, у которого явно не хватало винтиков в голове, уже давно объявил о том, что изготовление самолета близится к завершению, но когда он с гордостью распахнул двери сарая, чтобы продемонстрировать свое детище, корреспондент понял: сенсации не получится. В сарае стоял не самолет, а какая-то гигантская курица из фанеры, обмотанная колючей проволокой.

А теперь все в городе были помешаны на привидениях и питали надежды на то, что, когда журналист напишет о них, весь мир обратит внимание на Бун-Крик. Однако Родни сильно в этом сомневался. Да и, собственно, ему не нужен был весь мир – ему нужна была Лекси.

Выйдя на террасу, Лекси увидела Джереми, идущего по дорожке к дому с букетом полевых цветов. «Как мило», – подумала она и приветливо улыбнулась.

Как все-таки трудно быть женщиной – вечно приходится решать какие-нибудь головоломные задачи. Во-первых, она до сих пор не могла ответить на вопрос, правомерно ли назвать свиданием предстоящую встречу с Джереми. Конечно, это больше походило на свидание, чем тот обеденный перерыв, который они провели вместе, однако и сейчас им предстоял не романтический ужин вдвоем (да и неизвестно еще, согласилась ли бы она на романтический ужин). И потом, нужно было решить, что надеть, ведь ее увидит не только Джереми, но и все, кто придет на вечеринку. С одной стороны, заявиться туда в джинсах, в которых она всегда чувствовала себя отлично, на этот раз было нельзя, но, с другой стороны, вечернее декольтированное платье тоже неуместно. Лекси долго ломала над этим голову и в конце концов остановилась на строгом стиле, выбрав коричневый брючный костюм с кремовой блузкой.

А Джереми, похоже, не слишком задумывался над тем, как он будет выглядеть, и беззаботно шагал сейчас по дорожке в своем костюме а-ля Джонни Кэш.

– Вы долго искали мой дом? – спросила Лекси.

– Да нет, это было совсем не трудно, – ответил Джереми. – Вы ведь показывали мне его, когда мы были на холме, помните? – Он протянул ей цветы: – Вот. Это вам.