Вязание по пятницам - Кейт Джейкобc

Два поп-корна, содовая и бутылка воды. Может, лучше было взять пирожные? Или сандвичи с золотистой корочкой? Наверняка они понравились бы Аните. Или все-таки ему следовало купить шоколад вместо воды?

Господи! Они знакомы десять лет, но до сих пор он не имел представления о ее вкусах.

Марти взял всю эту снедь и направился в зал, где, осторожно пробираясь в темноте, на ощупь определил ряд Аниты. Вот они, их кресла.

— Была длинная очередь, — сказал он ей, подавая поп-корн и содовую.

— О, Марти, я совсем не хочу есть. Давайте я просто возьму у вас все, чтобы вы сели.

Он не знал, куда деваться от смущения: купить поп-корн в их первое свидание! К счастью, он взял самый маленький пакетик. Ему не хотелось выглядеть вульгарным перед Анитой. Он почувствовал, как его лицо заливает краска стыда: ну почему он даже еду правильно выбрать не сумел? Совершенно растерявшись, Марти сунул коробочку с конфетами в карман и замер с поп-корном в руках, не зная, как быть дальше.

— Ну не расстраивайтесь, я очень рада, что вы обо мне позаботились, — подбодрила его Анита. — Просто я не ем поп-корн уже очень давно, но когда-то очень любила. — Чтобы успокоить спутника, она взяла несколько хлопьев и положила в рот.

Марти наконец уселся рядом с ней. Случись их встреча раньше, когда он был молод, он извелся бы, думая, когда можно будет обнять Аниту. Но с годами к нему пришла мудрость: он понимал, что женщину не следует торопить. Поэтому, не думая ни о чем, Марти старался сконцентрироваться на представлении, решив, что просто предложит ей руку при выходе из зала.

— Я провожу вас до Сан-Ремо, — сказал он.

— Конечно, — ответила Анита, позволяя ему помочь надеть плащ. Она так давно не ощущала рядом тепло и силу мужских рук, которые бы поддерживали ее и оберегали, и теперь это казалось совсем непривычным. Они шли мимо стоянки автомобилей, и Марти рассказывал ей то об одной марке, то о другой. Он знал о них все. А она улыбалась и думала, что весь вечер краешком глаза наблюдала за ним, за выражением его лица: он был красив, этот мужчина, идущий с ней рядом.

Телефон зазвонил, когда Анита подходила к дому. Она торопливо вытащила его из кармана плаща, думая, что Марти решил перезвонить ей и проверить, все ли в порядке и добралась ли она до дома.

— Привет. — Она произнесла это очень тихо, стараясь не выдать волнения.

— Мама? Ты простыла? У тебя что-то с голосом. — Это оказался Натан, звонивший из Атланты. С тех пор как они переехали, он всегда очень волновался, спрашивал, все ли у нее хорошо, не нужна ли помощь.

— Нет, Натан, я здорова.

— Я весь вечер тебе звонил, но ты, наверное, телефон отключила. Что там у тебя случилось?

— Натан, я просто провела вечер не дома.

— Мама, скажи, у тебя правда все в порядке? Мне кажется, ты опять переживаешь из-за проблем с Джорджией.

— Нет, вовсе нет.

— Я знаю, ты любишь ее и Дакоту.

Натан был ее младшим сыном, он знал о ее жизни больше старших сыновей. Так, например, средний его брат, Дэвид, отстраненный и сдержанный, никогда не вникал в подробности отношений матери с друзьями. Казалось странным, что их отец — Стэн, ее любимый супруг. Братья слишком не похожи друг на друга. Они уже все выросли. Дэвид работал в Цюрихе, в организации здравоохранения, Натан женился и переехал в Атланту. Анита даже не заметила, как они отдалились от нее и стали самостоятельными, взрослыми людьми… Ей казалось, это произошло очень быстро.

— Послушай, нельзя взваливать на себя чужие проблемы. Я все понимаю: они очень дороги тебе, но ты не должна так изводить себя, — продолжал Натан. — И Рея страшно обижается, что ты не приезжаешь к нам.

Анита нахмурилась, услышав имя своей невестки, которая требовала намного больше терпения и терпимости, чем все остальные ее новоприобретенные родственники.

— Наган, ты же знаешь, я никого не люблю обижать, но и заседания клуба вязания не могу пропускать, тем более в этот вечер, поскольку Джорджии требовалась моя помощь. Передай Рее, пусть она не обижается понапрасну. — Анита открыла дверь и, вступив в прихожую, посмотрелась в зеркало. Ее взгляд упал на обручальное кольцо.

«Да… возможно, я кого-то и обидела… Рея права».

— Я поговорил с Дэвидом и Бенджамином. — Анита улыбнулась при упоминании Бена, самого беспроблемного и легкого в общении из троих ее детей. Она с трудом представляла, чтобы он позволил Натану грузить себя подробностями ее отношений с Джорджией — для этого он слишком занят своими делами и бизнесом в Израиле. — И мы считаем, ты чересчур много работаешь. Мы понимаем, тебе надо чем-то заниматься после смерти папы, но все-таки у Джорджии своя жизнь и она сама должна справляться с проблемами, а не вешать их на тебя.

— Я не так уж много с ними общаюсь, Натан, не преувеличивай, пожалуйста.

— Ну вот и хорошо. И еще. Мы с Реей решили, что тебе лучше переехать к нам, мы будем жить все вместе.

— Что вы решили?

— Я не говорю, будто это надо сделать немедленно. Дэвид и Бенджамин меня поддержали. Зачем тебе оставаться одной в Нью-Йорке?

— Одной? И поэтому я должна ехать в Атланту и стать там обузой для всех?

— Мама, — его тон стал нетерпеливым и раздраженным, как бывало в детстве, — не говори ерунду. Какая обуза?! Мы будем счастливы, если ты согласишься жить с нами. У нас большой дом, в крайнем случае можно найти жилье поблизости.

Она снова посмотрела на поблескивавшее в зеркале отражение кольца. Теперь она выглядела такой же пожилой женщиной с седыми волосами, какой она запомнила свою мать. И собственный сын так же не понимает ее, как когда-то она своих родителей. Это карма.