Колючка и богатырь - Натализа Кофф

— Мужской не смотрел, — ответил Федор.

— А я смотрела, — сообщила Вика, — знаешь, они там очень эротишшшно двигаются. Пластично. Грациозно.

— Не буду я смотреть мужской стриптиз, — проворчал Федор, — И ты тоже, кстати.

— Оу, правда? — горько вздохнула Вика, — Тогда сбацай сам.

— Уверена? — с сомнением полюбопытствовал богатырь, — у меня две левые ноги и полное отсутствие чувства ритма.

— Врешь ты все, — засмеялась Вика, — Я прекрасно слышала, как ты пел в душе полчаса назад.

— Это последствия пережитых ощущений, — упорствовал парень, продолжая лежать, не открывая глаз.

— Ну, Федь, — уговаривала Виктория, — Ну что тебе стоит? Давай, а? Кнопочка хочет стриптиз.

— Уверена? — повторил Федька, понимая, что Виктория не отстанет, пока не увидит развязный танец в его исполнении.

— А то! — Вика радостно потерла ладошки в предвкушении незабываемых ощущений.

— Тогда двигай на кухню, ставь чайник, а я пока реквизит подготовлю, — сдался Федька.

Виктория, натянув домашние шорты и футболку, поскакала на кухню, а Федька остался в спальне. Напялил пресловутые кожаные брюки и жилет на голое тело. Порылся в шкафу и отыскал бабочку. Подумал минутку, поглядел на свое отражение в зеркале, вздохнул.

По пути на кухню задержался в гостиной, выбрал наиболее подходящий трек и врубил аудио-систему. По квартире полилась медленная музыка, а Федька, так и не включая света, потопал на кухню.

— Держись за штаны, кнопка! — прокричал парень, появляясь на пороге кухни, причем спиной, и, медленно вращая бедрами, раскинул руки в стороны.

— Держусь, Федька, — просипела Вика, — держусь, мой мальчик.

— Кто заказывал стриптиз? — развязно поинтересовался парень, в прыжке повернулся к Вике лицом, да так и замер на месте.

— Ну, ты, Мелкий, прям сразил, — лениво протянул новый неучтенный зритель.

— А ты не скалься, Чертик, — вздохнула Тереза, — Я между прочим тоже так хочу. Глянь, все как надо, брючки, бабочка. Федька, а ты на завтра дашь шмотки погонять? Как представлю своего Чертика в таком наряде, моментально завожусь.

— Федь, а ты чего замер? Продолжай, — восторженно попросила Вика, любуясь своим великаном в облегающей коже, босого и с галстуком-бабочкой на массивной шее.

— Ага, продолжай, — подбодрил Черт и торопливо вынул телефон, собираясь сфотографировать великана в кожаных штанишках.

— Ну вас, — махнул Федор рукой, чопорно поправляя бабочку, — Весь кайф обломали.

И как ни в чем не бывало, подошел к закипевшему чайнику и влил кипяток в приготовленные кружки. Вынул из холодильника молоко, поставил перед гостями вазочки с печеньем, конфетами, и сам уселся около Вики.

— Федь, я тебя обожаю, — шепнула Виктория, скользя рукой по бедру, затянутому в кожу, — А ты там как? Без белья?

— Угумс, — Федька методично жевал печенье, запивая чаем.

— Ага, — Виктория встала, и за руку потянула богатыря за собой, — Гости дорогие, дверь захлопните. А то чего добру пропадать? Когда еще мне стриптиз перепадет?

— Вик, я вообще-то чай пью, — обиженно засопел богатырь.

— Потом допьешь, — пообещала Вика, — Чего сидим? Кого ждем? — и уже сестре с зятем, — Мы это… мы дома посидим, в клуб без нас езжайте…. У меня голова болит…. Нам печенье перебрать нужно… в общем дел по горло…

— Какое печенье? — смеялся Федька, послушно идя следом за кнопкой в сторону спальни.

— Левое налево, правое направо, — с серьезным видом пояснила Вика, — а ты мне зубы не заговаривай. Даешь стриптиз народу!

— Ты ж мой домашний тиран, — ласково сообщил Федор.

И как только за хихикающей Терезой и улыбающимся Чертом закрылась дверь, Федор выключил и Викин мобильник. Изменив направление со спальни на гостиную, парень усадил Колючку на диван, а сам, сделав музыку погромче, качая в такт головой, вышел на середину комнаты.

Федька начал танцевать и Виктория поняла две вещи. Первое — ее любимый безбожно врал, когда жаловался на две левые ноги. Двигался он изумительно, несмотря на свой немалый рост. И второе — оказывается, на первый взгляд невинный танец может превратиться в изощренную пытку. Особенно, когда запрещено касаться руками желанного тела. А это самое тело соблазнительно крутит любимым задом перед глазами. И да, когда на теле, кроме бабочки ничего нет.

Обо всем этом Виктории Яковлевне подумалось значительно позже, а пока она сидела на диване и во все глаза практически с маниакальным желанием добраться до танцующего тела смотрела на своего богатыря.

В нее прилетел кожаный жилет, немного отрезвив и приведя в чувства.

— Федька! — протяжно выдохнула Вика.

— Но-но, — погрозил парень пальцем, — Сиди смирно, Кнопка.

И Кнопка послушно сидела, сжимая вспотевшими ладонями предмет гардероба.

Руки богатыря замерли на пуговице брюк, томный взгляд ярко-синих глаз игриво пленил, завораживал и не отпускал темно-шоколадный взор.

Ловкие пальцы слегка потянули молнию, открывая жадным глазам Вики темно-медные кудряшки. Нарочито медленно богатырь приблизился к Вике. Ее руки сами, непроизвольно, потянулись к могучим плечам.

— Без рук, — лукаво улыбнулся парень и ловко поднял девушку на ноги.

Развернув безвольное и послушное тело к себе спиной, Федька прошелся носом по тонкой бархатистой шее.

— Просила отвязный танец, кнопка? — шептали губы на ухо, прикусив мочку.

— Федька! — выдохнула Вика, когда горячие ладони скользнули под футболку, нырнули под резинку домашних спортивок.

Вика отчаянно хотела вцепиться руками в эти кудри, в широкие плечи, в бедра, чтобы прижать ближе, или хотя бы чтобы не упасть. Не позволил. Продолжая двигаться в такт музыке, парень сдернул одним движением спортивные брючки Вики, оставив ее в одной футболке.

Нежная горяча кожа терлась о кожаные брюки, попка прижималась к расстегнутой ширинке. Но Федька не торопился снимать свою одежду. Горячая ладонь заскользила по внутренней стороне бедра. Задержалась на треугольнике темных, почти черных коротких волосков.

— Ооох! — выдохнула Вика, закрывая глаза и откидывая голову на плечо парня.

Вторая рука Федьки скользнула под тонкую ткань футболки. Легла на живот, чуть погладила и скользнула выше, накрывая грудь. Федька кайфовал от того, как ладно ее грудь помещается в его ладони. Как его Колючка постанывает, прерывисто и томно, когда его пальцы скользят глубже, лаская сокровенное местечко, поглаживая, надавливая. А потом палец скользнул дальше, туда, где Вика была совсем влажной.

Федька сам задержал дыхание, и ртом прижался к округлому плечу. Он все еще замирал, каждый раз, когда проникал в нее. Когда чувствовал ее жар, ее влагу. Когда чувствовал, как она сжимается, обхватывает его плотно.