Версальская история - Даниэла Стил

В семь часов, когда Куп и Алекс сели ужинать, Марк и Джиммирешили заняться барбекю. Как и в прошлый раз, они использовали мангал,найденный во флигеле; приготовленные на нем бифштексы оказались очень вкусными,и в этот раз они решили попробовать поджарить сосиски для гамбургеров. Все шлоотлично до тех пор, пока Марк не плеснул на угли слишком много жидкости длярастопки.

Пламя мгновенно взвилось буквально до небес, и погасить егоне было никакой возможности.

— Черт побери, я, кажется, позабыл, как этоделается! — выругался Марк. Он попытался сбить огонь и спасти их ужин, нов этот момент в мангале что-то треснуло, и пламя окончательно вышло из-подконтроля.

Когда раздался взрыв. Куп и Алекс только что прикончили уткупо-пекински и приступили к спагетти с салатом из помидоров и хлебом домашнейвыпечки.

— Что случилось? — встревожилась Алекс.

— Должно быть, арабские террористы. — Куп беспечнопожал плечами и продолжал жевать. — Не обращай внимания, вероятно, моигости случайно взорвали гостевое крыло.

Но Алекс все же поднялась из-за стола и подошла к окну.

Она увидела поднимавшийся над деревьями столб густого дыма.За дымом появилось и пламя — это загорелись ограждавшие лужайку кусты живойизгороди.

— Господи, Куп! По-моему, у тебя в усадьбе начинаетсяпожар.

Куп снова собирался сказать, что все это пустяки, но увидевдым, решил, что ситуация может оказаться совсем не безобидной.

— Надо отнести им огнетушитель, — сказал он,откладывая в сторону салфетку. Правда, Куп не знал, есть ли в домеогнетушитель, и если есть, то где его искать, однако он не мог бездействовать.

— Позвоним в «Службу спасения», — предложила Алекси, достав из сумочки сотовый телефон, быстро набрала 911.

Куп вышел из дома, чтобы посмотреть, что происходит.

Живая изгородь пылала. Марк и Джимми пытались сбить огоньполотенцами, но все их усилия были тщетны. К тому моменту, когда десять минутспустя пожарные машины въехали в главные ворота, сосиски безвозвратно погибли,а вместе с ними — добрая половина живой изгороди, которой Куп так гордился.Алекс была в ужасе, Куп волновался о доме, но пожарным понадобилось всегонесколько минут, чтобы справиться с огнем. Кроме изгороди и одного-двухдеревьев, кроны которых были слегка опалены, ничто больше не пострадало, ноМарк все равно ожидал серьезного выговора от хозяина. Но тут пожарные узналиКупа, и в течение добрых четверти часа он был занят тем, что раздавал автографыи рассказывал о том, как много лет назад сам был членом добровольной пожарнойбригады в Малибу.

Потом Куп предложил пожарным по бокалу вина, они тактичноотказались, но уезжать не спешили. Прошло еще пятнадцать минут, а они всеразговаривали, когда пейджер Алекс разразился назойливой трелью. Отойдя всторону, она достала из сумочки сотовый телефон и позвонила в больницу, чтобыузнать, в чем дело. Алекс знала, что в интенсивной терапии находятся тринедоношенных младенца, чье состояние внушало серьезные опасения. Теперьдежурный врач сказал, что двое из них находятся в критическом состоянии и имсрочно нужна ее помощь. Третий ребенок умер, и спасти его не удалось. Крометого, в больницу уже везли из роддома еще одного малыша с гидроцефалией.

Бросив взгляд на часы, Алекс пообещала быть в клинике минутчерез десять и, выключив телефон, вернулась на лужайку. Тут к ней подошелДжимми.

— На чем вы специализируетесь? — негромко спросилон, пока Куп продолжал развлекать пожарных. Он не обратил внимания на сигнал еепейджера и не заметил, что Алекс отходила. Но Джимми, внимательно за ней наблюдавший,слышал часть разговора и был заинтригован еще больше.

— На неонатологии. Я работаю в клинике Калифорнийскогоуниверситета.

— Это, должно быть, очень интересно, — заметилДжимми.

Алекс покачала головой.

— Не очень, когда умирают дети, — ответила она ипошла сказать Купу, что ей надо срочно уезжать.

— Неужели эти двое поджигателей тебя такнапугали? — спросил Куп и с насмешкой покосился на смущенного Марка. Онвоспринял весь инцидент на удивление спокойно, и Алекс почувствовала, как ееуважение к нему растет.

Окажись на месте Купа ее отец, и громкого скандала было неминовать.

— Нисколько, — ответила она. — Когда я была вскаутах, мы с друзьями часто устраивали вечеринки у костра. Дело не в этом. Я…Мне только что звонили из больницы. Я должна срочно вернуться на работу.

— Звонили? Когда?! — удивился Куп. — Почему яничего не слышал?

— Ты был занят. Я обещала, что приеду через десятьминут. Извини, что так вышло… — Алекс предупреждала, что ее могут вызвать влюбой момент, и все равно она чувствовала себя неловко. Кроме того, онапрекрасно провела время, и ей жаль было уезжать.

— Может быть, ты все-таки успеешь немногопоесть? — заботливо спросил Куп. — Такой хороший ужин пропадает!

Он был явно огорчен, как, впрочем, и сама Алекс, но ей былоне привыкать.

— Увы, что делать? — Алекс покачалаголовой. — Мне правда хотелось бы остаться, но я не могу. У нас тринеотложных случая, и дежурный врач один не справится. Для этого и нужен резервна телефоне. Я им действительно нужна.

Ей и так повезло, что она провела в «Версале» почти тричаса. Для Алекс, когда она находилась в «телефонном резерве», это был почтирекорд. Попрощавшись с Джимми и Марком, она пошла к своей машине. Куп провожалее, и Алекс обещала позвонить ему, когда будет свободна. Пожарные тем временемскатали брандспойты и погрузились в машины. Вскоре они тронулись, и Алекс,махнув на прощание Купу рукой, поехала следом.

— Что ж, ничто хорошее не может длиться вечно, —философски заметил Куп, возвращаясь на лужайку к своим гостям. Он действительносчитал Марка и Джимми гостями, а они не только успели привыкнуть к тому, что оних так называет, но и почти поверили, что гостят у звезды, а не арендуют жилье.

— Удивительно милая женщина! — с восхищениемзаметил Марк. В глубине души он даже завидовал Купу — какая женщина принадлежитему (у Марка, во всяком случае, сложилось именно такое впечатление), и сожалело том, что с ней нельзя познакомиться поближе. Правда, для Марка Алекс быласлишком молода, но ведь Куп еще старше! Как и большинству девиц, с которыми онвстречался. Куп годился ей в отцы или даже в деды.

— Не будете ли вы так любезны отужинать со мной,джентльмены? — неожиданно предложил Куп Джимми и Марку, чей ужинпревратился в пепел и золу. — Вольфганг Пак прислал очень приличную пиццу,а я терпеть не могу есть в одиночестве.

«Гости» ответили единодушным согласием, и через полчаса онинаслаждались спагетти и пиццей с лососиной, а Куп снова потчевал их забавнымиисториями, которых знал великое множество. Он щедро угощал их вином изсобственного погреба, и к десяти часам вечера Джимми и Марк почувствовали, чтов лице Купа они обрели нового друга.