Легенда - Джуд Деверо

– Что за чертовщина здесь происходит? – зарычал Коул.

Ответа он не получил, но в глубине послышался какой-то шум.

В салуне была задняя комната, в которой обычно хранились полные бутылки и бочонки. Сейчас почти все полки оказались пусты. Люк в подпол, о существовании которого Коул даже не подозревал, был откинут, и внизу Коул заметил огонек. Не теряя времени, он спустился по ступенькам и увидел Нэда, который метался между пустыми деревянными бочками и с каждой секундой все больше приходил в отчаяние.

– Это была последняя, – сердито заключил Нэд. – Ну что теперь будет делать Кэди? Сегодня день пасты, и она хотела приготовить соус из пива и сметаны. Как, черт побери, она теперь это сделает?

Нэд прервал свои причитания и уставился на Коула так, словно тот совершил смертный грех.

– Думаю, мне придется ей все объяснить, – недовольно проворчал Нэд и пошел мимо Коула к лестнице.

Коул, пораженный настолько, что не мог пошевелиться, смотрел на лестницу не мигая.

– Что за чертовщина эта «паста»? – Выдохнул он, схватил фонарь, который оставил Нэд, и тоже полез наверх.

Он догнал Нэда на выходе из задней двери салуна.

– Клянусь всеми святыми, Уоллес, если ты не скажешь, что здесь происходит, я…

– Что ты? – со злостью поинтересовался Нэд. – Заставишь меня пропустить день пасты? Сладкий мескит уже готов, и я отвечаю за то, чтобы варить в сахаре фиалки, а Хуан говорит, что я еще должен сегодня следить за тем, как второй раз поднимается тесто для сдобных булочек, и…

Он замолчал, потому что Коул прижал его к стене и приставил к горлу нож.

– Никуда ты не пойдешь. Ты сейчас же сядешь и все мне расскажешь. Ты меня понял? Если хочешь еще когда-нибудь увидеть этого Пасту, делай, что я тебе говорю.

Нэд с недовольством посмотрел на Коула, потом пробормотал что-то про то, что паста вовсе не человек, а Коул, вероятно, не в состоянии отличить слоеное тесто от сдобного, но все-таки вернулся в салун и сел. Вынув из большого кармана часы, он раскрыл их и положил перед собой на стол.

– Десять минут, больше уделить не могу.

– Ты можешь уделить мне столько времени, сколько будет необходимо. Я хочу знать все, что здесь происходит. И для начала скажи мне, куда все делись.

Нэд хотел было подняться.

– А почему бы тебе не пойти к Кэди и не посмотреть самому? Таким образом мы не будем больше терять времени.

Коулу пришлось сосчитать до десяти, чтобы взять себя в руки, прежде чем он смог говорить.

– А «к Кэди» – это куда?

– На ранчо Джорданов, знаешь это… – Нэд замолчал, потому что только что, похоже, осознал, с кем разговаривает. Снова сев, он тяжело вздохнул. – За те дни, что тебя не было, кое-что произошло.

– Я почему-то так и подумал, когда минут двадцать назад въехал в город. Итак, ты расскажешь мне, что именно произошло? – Коул решил, что, если Кэди грозит опасность, лучше знать, какая именно, чтобы спланировать, как ее спасти. С того момента, когда он въехал в город, Коул готовил себя ко всему: природной катастрофе, болезни, резне и даже к тому, что вернулась египетская чума. Однако он оказался совершенно не готов услышать историю, которую поведал ему Нэд Уоллес, сначала напряженно, а потом со все возрастающим удовольствием, наблюдая за тем, как изменялось выражение лица Коула, как расширялись его глаза и как все шире и шире открывался у него рот с каждым новым словом Нэда.

Нэд оказался не слишком хорошим рассказчиком, начал откуда-то с середины, то и дело отвлекался, возвращался назад и перескакивал с одного на другое. «Словно паутину плетет», – подумал Коул, пытаясь сложить воедино кусочки мозаики из рассказа Нэда.

Похоже, Кэди решила найти себе занятие на время отсутствия мужа и настряпать еды на весь город. Услышав это впервые, он добродушно улыбнулся, но по мере того, как история продолжалась, он услышал такое, что ему вовсе не понравилось.

– Кого она поцеловала? – переспросил Коул.

– Хови-вонючку, – уточнил Нэд, сунув в рот трубку и с удовольствием затягиваясь дымом.

Коул пришел в ужас.

– Но он ведь предлагал двести долларов любой из девочек Леса, если она решится его поцеловать, и ни одна не стала этого делать! Всем известно, что из пасти этого человека воняет так, что жеребца с ног сбивает!

– Кэди это, кажется, не смутило. По крайней мере тогда, когда он содрал парусину с фургона, а там оказалось полно горшков и сковородок!

Выяснилось, что три дня спустя после отъезда Коула Кэди наняла пятерых возниц с фургонами, чтобы они съездили в Денвер и прикупили для нее кухонные принадлежности.

– Такие вещи, о которых прежде никто и не слыхивал, – сообщил Нэд тоном, словно Кэди закупала ингредиенты для колдовского зелья. – Но теперь мы, конечно, все знаем, что к чему, – самодовольно произнес он, потом замолчал, чтобы убедиться, что Коул внимательно его слушает. – И еще ей нужны были манная крупа, оливковое масло и зернышки аниса.

Коул склонился к Нэду, глаза его сузились.

– Ты хочешь сказать, что моя жена поцеловала вонючку Хови?

– Я к этому подхожу, не торопи меня. – Нэд снова глубоко затянулся. Хозяин города был в полной его власти – об этом можно было только мечтать! – Кэди приказала возницам привезти такие продукты, о которых они и слыхом не слыхивали. Если им попадалась итальянская семья или китайцы, или люди любой другой расы или религии, они должны были заплатить очень высокую цену за…

– Почему высокую цену? – перебил его Коул.

– Кэди сказала, что национальной экономике пойдет на пользу, если ты поделишься своим богатством с другими людьми вместо того, чтобы хранить его в кубышке, – с сияющим взглядом сообщил Нэд.

– Продолжай, – великодушно позволил Коул.

– Кэди велела возницам покупать любые продукты, название которых покажется им странным, все, о чем они ни разу в жизни не слышали. И еще она вручила каждому список предметов, которые хотела бы приобрести, и их количество. Там же были оливковое масло и большие бочки с мукой. Ты знаешь, что ржаная мука с отрубями гораздо полезнее, чем белая мука?

Коул удивленно уставился на него.

– Ладно, наберись терпения. Кэди дала вонючке Хови задание найти какие-то замечательные кухонные принадлежности. Видел бы ты его! Кое-кто из нас пытался предупредить Кэди, что Хови нельзя доверять, но она не стала слушать. Она вложила ему в руку мешок с золотом и сказала, что все теперь зависит от него. Мы думали, Хови растает от удовольствия, и были уверены, что никогда его больше не увидим.

Нэд сделал еще одну глубокую затяжку.

– Но он всех нас надул! На следующий день он явился и рассказал невероятную историю. Похоже, кто-то в Денвере решил открыть французский ресторан и пригласил трех французских шеф-поваров прямо из Парижа, из Франции, а они заявились со своими сундуками, полными медных котелков. – Нэд серьезно взглянул на Коула. – Медь гораздо лучше проводит тепло, чем любой другой металл, кроме серебра. Ты знаешь про это?