Недотрога и негодяй - Мария Геррер

- Приятного аппетита, - заискивающе пожелал мне Егор. - Так вот, эта подвеска очень понравилась моей маме.

- Хорошо, - кивнула я. – Кажется, вспомнила, о чем ты. В сапфире белая звезда. И бриллианты вокруг. Красиво.

- Да, именно она. Хочу подарить маме это украшение.

- Идея хорошая. Только дизайн у подвески старомодный. Завод производит много современных изделий. С платиной и бриллиантами. Тоже очень красиво. Мне даже больше нравится. Есть, например, диадема, имитирующая императорскую корону. Твоей маме очень подойдет. Можно надевать на работу, и все моментально поймут, кто тут хозяин.

- Прекрати, - снова попросил Егор. Думаю, он с удовольствием наорал бы на меня за такие шуточки, но теперь вынужден терпеть.

- Ладно, - милостиво произнесла я. – Больше острить не буду.

- Моя мама очень любит винтаж.

- Я за нее рада. Винтаж нынче в моде. А от меня-то ты чего хочешь?

- Поговори с Марком Анатольевичем. Пусть он продаст мне подвеску.

- Сам и поговори. Что тебе мешает это сделать? – я принялась за жаркое. – Кстати, очень приличная говядина. Тает во рту. Может, и ты пообедаешь? Одним чаем сыт не будешь? Я угощаю.

- Спасибо, не голоден, - буркнул Егор. – Я уже говорил с ним. Предложил хорошие деньги. Он отказался. Сказал, это экспонат его музея на заводе.

- Ну, значит, он подвеску не продаст, - равнодушно пожала я плечами.

- Так уговори его.

- С чего бы Полонскому меня слушать?

- Я предполагаю, вы крепко сдружились. Ходят слухи, вы в последнее время очень сблизились.

- Может, и сблизились. Тебе-то что? – удивилась я. – Или ревновать вздумал? Так тебя моя личная жизнь теперь не касается.

- В принципе да, это не мое дело. Но ты сможешь уговорить Марка Анатольевича, если приложишь некоторые усилия.

- Усилия какого рода? – усмехнулась я.

- Мне без разницы. Я тебя осуждать в любом случае не буду. Главное, уговори его продать мне подвеску.

- Вот и возникает вопрос. На шута мне это делать?

- Я заплачу тебе отличные комиссионные.

- Сколько? Хочу знать, ради чего мне стараться и лезть Полонскому в глаза.

Егор назвал сумму.

- Ты смеешься? – возмутилась я. – Может, я и не разбираюсь в ювелирке, но предполагаю, что подвеска стоит недешево. Крупный сапфир, немелкие бриллианты… А на те гроши, что ты предлагаешь, мне даже приличного белья в бутике не купить.

- Ты стала ходить по бутикам? Раньше считала это расточительностью, - скривился Егор.

- Времена поменялись, - отрезала я. – Итак, я поговорю с Марком. А ты заплатишь мне пять процентов от сделки. На меньшее я не согласна.

- Это ж бешеные деньги! - возмутился Егор.

- Не нравится – ищи другой подарок маме, - я допила чай. – Все, мне пора на работу. Обед заканчивается, а опаздывать недопустимо. Полонский этого не любит. Даже мне поблажек не делает.

- Да подожди ты, - Егор взял меня за руку и усадил на место. – Я тебя подвезу.

- Не надо, - отказалась я. – Без тебя прекрасно доберусь.

- Давай уменьшим твое вознаграждение до разумных размеров.

- Оно более чем разумно. И достойно меня. Не нравится - ищи других, кто будет говорить с Полонским на эту тему.

- Ладно, признаюсь, я уже пробовал через других. Ничего не получилось. Нет на него выхода. Но пять процентов это очень много. Просто грабеж. Давай хотя бы два с половиной.

- Четыре. И это только в память о наших трогательных отношениях.

Попросила у официанта счет.

- Пусть будет ни вашим, ни нашим – три, - любит Егор поторговаться.

Но и я теперь уже себе цену знаю:

- Четыре. Это мое окончательное решение, - я расплатилась и поднялась из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

- Ладно, договорились, - кивнул Егор. – Когда поговоришь с Полонским? Мне надо быстрее.

- Позвони мне завтра перед обедом, скажу, получилось или нет. А что, у мамы юбилей нагрянул неожиданно?

Егор замялся, но быстро нашелся, что ответить:

- Да, я протянул с подарком. Работы очень много. От клиентов отбоя нет. Теперь вот приходится крутиться, искать, что выбрать для мамы.

Я сделала вид, что поверила:

- Постараюсь помочь. Деньги лишними не бывают.

* * *

Вечером мы с Марком снова сидели на террасе его роскошной квартиры. Пили «Вдову Клико» и веселились.

- Ты чудо, - Полонский посмотрел на меня через бокал. – За удачу! И за то, чтобы она нам не изменила.

В фужере серебристые пузырьки игриво поднимались к поверхности, пенились с легким шипением.

Тонко зазвенели бокалы.

- Думаю, Егор ничего не заподозрил, - я начала привыкать к изысканным напиткам. «Вдова» - это нечто! Какой аромат! Это не «Златогорское игристое».

- Уверен, все будет идти по плану. Он уже в предвкушении большого куша. А теперь хватит о нем. Иди ко мне, - Марк похлопал себя по коленям. – Я страшно соскучился. А ты, моя Недотрога?

Я села ему на колени, обняла за плечи.

- Какая же я теперь Недотрога?

- Самая настоящая. Кстати, а как ты назвала меня при нашей первой встрече?

- Никак, - смутилась я.

- Да ладно, наверняка дала мне какую-нибудь кличку. Мерзавец, например. Или гад ползучий? А может, похотливый кобель?

- Негодяй, - рассмеялась я. – К счастью, ты оказался очаровательным негодяем.

- Так меня еще никто не называл. Дай мне отхлебнуть из твоего бокала - мой уже пуст. А подняться я не могу.

- Давай, я налью.

- Нет, не вставай. И я хочу знать все твои потаенные мысли. Моя бабушка говорила, что это помогает. А моя бабушка была настоящей цыганкой.

- Да? – удивилась я.

- Дед выкупил ее из табора. Или выкрал. История об этом умалчивает, - он пригубил шампанского и вернул бокал мне.

- Так вот откуда в тебе эта склонность к авантюризму?

- Видимо, да. Но у тебя это откуда? Родители – положительные учителя, пример для подражания. В кого же ты такая пошла?

- Понятия не имею. Возможно, тоже без авантюристов в роду не обошлось.

Марк крепче обнял меня за талию.

- Ну что, моя очаровательная помощница-плутовка, что-то стало прохладно. Хочу, чтобы ты меня немного согрела.

Он забрал бокал, поставил его на пол. Погладил мое бедро. Прикосновения Марка волновали до умопомрачения. Что он делает со мной? Почему я позволяю ему это? Давно пора остановиться, сохранить только деловые отношения. Вообще не надо было начинать…