Берег мечты - Сьюзен Виггз

— Последнее не годится для гостиных.

— А разве мы не хотим, чтобы брак наших гостей был гигиеничным?

— Мы не хотим, чтобы они думали о подобных вещах.

Из книги о собаках выпала старая фотография. Судя по одежде семейства, снимок был сделан в 1920-х, рядом с семьей сидели три Лабрадора.

— Привидения прошлого.

— Ты боишься привидений? — Он взял фото и отложил в сторону.

— Привидения не помешают имиджу нашей гостиницы. Это место хранит память о прошлом. И не стоит превращать ее в современный безликий отель. — Она отвернулась, недовольная собой. Что за сентиментальная выходка.

— Я и не собирался.

— Если ты не возражаешь, я возьму эту книгу для Сонет. — Она показала на «Гигиену». — Она посмеется.

— Ты, наверное, очень скучаешь без нее.

— Больше, чем ожидала.

— И гордишься ею.

Неужели она уловила нотку зависти в его голосе?

— Каждый день я спрашиваю себя, чем заслужила такую дочь? — призналась Нина. Это было правдой. Конечно, и с Сонет возникали определенные трудности в воспитании, но она всегда была любящей дочерью. Она всегда хорошо училась, в школе ее выбирали старостой класса, она выигрывала конкурсы и получала стипендию. Сейчас проходит практику в Европе. — Мне без нее очень тоскливо.

— Какая ирония судьбы. Твоя покинула гнездо, а моя высиживает птенца.

Она вгляделась в его лицо, плохо освещенное тусклым светом из пыльного чердачного окна.

— Напуган?

— Еще как.

Она почувствовала, как между ними протянулась ниточка полного понимания, но не хотела развивать тему дальше.

— Интуиция подсказывает мне, что у обеих все будет хорошо. — И добавила, чтобы окончательно нарушить возникшую близость: — Все будет замечательно.

— Надеюсь, ты права.

— За это ты мне платишь высокую зарплату. — Она поколебалась, прежде чем спросить. — Послушай, давно хотела тебе сказать. Как ты отнесешься к тому, что Сонет нанесет короткий визит в Гаагу?

Гаага в двух часах езды на поезде от Брюсселя. Там действовали всевозможные суды, включая Международный трибунал, где работала Софи.

Он складывал ненужные книги в ящик.

— И ты хочешь знать…

— Дэзи сказала Сонет, чтобы она позвонила Софи, и Сонет собирается с ней встретиться.

— Софи будет прекрасным гидом, покажет ей Гаагу. Хорошая возможность для Сонет.

— Просто хотела знать твое отношение.

— Что касается меня — я не возражаю. — Он отнес ящик к лестнице и поставил со стуком, подняв столб пыли.

«Все ясно».

— Мне неудобно, что я об этом заговорила.

— Все в порядке. Слушай, я могу с тобой быть откровенен. Мы ведь друзья?

— Конечно.

— Мы с Софи прожили вместе семнадцать лет. Это громадный кусок жизни, и я солгал бы, сказав, что у нас всегда все было плохо. У нас были хорошие времена, мы вместе воспитывали детей.

— Я понимаю. И дети замечательные.

Насчет хороших времен она готова поверить, но почему-то сомневалась.

— Мы поженились в силу непредвиденных обстоятельств, — добавил он.

— Я знаю. — Неужели он забыл, как она стала свидетелем его ярости и отчаяния в день свадьбы?

— Мы не собирались жениться. Мы пошли на это ради Дэзи, и какое-то время все шло гладко, мы оба старались. Постепенно начали отдаляться друг от друга, пропасть возрастала, мы не замечали, сосредоточившись каждый на своей на карьере, и постепенно стали чужими людьми.

Нина чувствовала, как у нее горят щеки от этой откровенности.

— Почему ты мне все это рассказываешь?

Он рассмеялся:

— Прости. Сам не знаю.

Он иногда был неотразим, особенно когда вот так, по-мальчишески, смеялся. Нина вновь почувствовала к нему непреодолимое физическое влечение. Какой ужас. Надо немедленно убираться отсюда.

— Мне пора. — Она вспомнила, что ей надо приготовиться к сегодняшнему свиданию. — Скоро вечер, надо принять душ, переодеться.

— О, я вспомнил, у тебя сегодня встреча с этим… Как бишь его зовут?

— Нильс. — Ее удивил его иронический тон. — Прости, что оставляю тебя одного. Надо бы еще раз пробежаться по списку, обсудить оставшиеся проблемы.

— Не волнуйся. Ты оставила мне список, я посмотрю.

— Если ты хочешь, чтобы я осталась…

— Я же сказал — не беспокойся. Я справлюсь.