Рождество каждый день - Милли Джонсон

– Оглядываясь назад, я понимаю, что был фитилем, который ждал, когда к нему поднесут спичку. И это, друг мой, в итоге сделала язвительная болтовня Бридж.

«Ох, как же объяснить, почему все пошло не так?» – подумала Бридж.

– Мы не верили друг в друга. Я смеялась над Люком за то, что он хотел стать лидером в мире еды. Он смеялся надо мной, когда я сказал, что хочу покупать и продавать недвижимость. Слишком серьезные планы для той, кому пришлось заложить обручальное кольцо, чтобы оплатить счет за электричество.

Она вспомнила насмешливый тон женщины в ломбарде, когда та предложила ей за кольцо обидную сумму денег. «Если бы у меня была достаточно сильная лупа, чтобы разглядеть бриллиант, о котором вы говорите, я бы дала вам пятерку сверху».

– Тогда я бы не назвала себя хорошим человеком, – продолжила Бридж. – Я была испорченной, агрессивной и пыталась защитить себя. И я изводила Люка, пытаясь заставить его измениться. Не помню, сколько посуды я швырнула в стены в отчаянии, но соседи, наверное, думали, что у нас в квартире каждую ночь проходит греческая свадьба. А потом я объявила, что хочу от него ребенка. И пала духом, когда узнала, что не могу иметь детей. Слава богу, правда. Я была бы дерьмовой матерью.

– Мне очень жаль слышать это, Бридж. Наверно, вам было тяжело. И я уверена, что ты не была бы плохой матерью.

– В том, что мы не смогли завести детей, была виновата только я. Тебе очень повезло получить грамотное воспитание, Мэри. Я даже не думаю, что у меня вообще было детство.

– Ни одна работа не подходила и не интересовала меня. Я перескакивал с одной на другую, как неблагополучная лягушка между кувшинками. Я был счастлив жить от зарплаты до зарплаты, но Бридж хотелось всего: большую машину, большой банковский счет, большой дом, гардеробные, бассейн, карпов кои… – объяснял Люк Джеку. – В то время она работала на аукционе недвижимости, и ей это нравилось, она была в восторге, намереваясь в конце концов возглавить его. Я думал, у нее нет шансов. Кстати, в итоге она не только управляла им, но и стала его владелицей.

Он сел, потому что даже краткая версия этой части истории наверняка затянется.

– В общем, она увидела объявление о вакансии в «Замороженных продуктах Калвера»^[44] в отделе разработки продуктов и сказала мне, что если я не подам заявление, то она меня бросит. Я думал, что я возненавижу это место – справедливое предположение, ведь я король трудоголиков, но это оказалось не так. Компания была отличной, с оживленной атмосферой, и там работали люди, которые по-настоящему любили смешивать ингредиенты, постоянно пытаясь усовершенствовать рецепты. Мне понравилось ходить туда каждое утро, я даже оставался там вечерами и иногда приходил в выходные. На самом деле я бывал там так часто, что Бридж подумала, будто у меня роман, и это спровоцировало новые ссоры. Но роман у меня был только с самим собой. Не знаю, что со мной там произошло, но я открыл для себя место, которое мне подходило. Меня захлестнул энтузиазм. Но этого было недостаточно. Я хотел работать на себя, а не на кого-то другого, но не мог придумать, как. Потом Бридж потащила меня на офисный обед, и все люди, выбравшие вегетарианский вариант, жаловались на него. Бридж сказала мне что-то вроде того, какой огромный неиспользованный потенциал на рынке вегетарианских продуктов… И это было похоже на бомбу, взорвавшуюся в моей голове. Я сбежал с работы на следующий день, чтобы обойти супермаркеты и накупить сумок и пакетов вегетарианских продуктов, которые мы не могли себе позволить, для необходимых исследований. В то время у нас было много долгов, поэтому она бросила в меня брокколи, а вместе с ней и оскорбление – «Мальчик-саженец».

– Тебе повезло, что это была только брокколи.

– Я не уверен, что к тому моменту у нас осталась хоть какая-то посуда. В общем, из самого ленивого в мире человека я превратился в одержимого. Я знал, что «Мальчик-саженец» будет большим, не спрашивай меня, как, но я не мог избавиться от этого чувства. Примерно в это же время Бридж узнала, что не может иметь детей. В подростковом возрасте она перенесла операцию, которая прошла неудачно, но она даже не знала, насколько. Она отчаянно хотела ребенка, и у нее разрывалось сердце от мысли, что она никогда не сможет его выносить.

– Вы не думали об усыновлении?

– Бридж не хотела идти по этому пути. Ей хотела пройти весь путь сама – от оплодотворенной яйцеклетки до родов; она хотела убедиться, что ребенок накормлен, любим и защищен с самого начала. Полагаю, это связано с ее прошлым, хотя тогда я этого не понимал – каким же бесчувственным болваном я был. Это одна из многих вещей, которые я понял за последние несколько лет… – Его голос оборвался, как будто он попал в сети сожаления. – Я не хотел детей, не хотел ответственности. Бридж же решила сдать анализы, ничего не сказав мне об этом, и когда она получила результаты, у нее случился нервный срыв. Меня не было рядом с ней.

Он так и не смог простить себя за то, каким эгоистичным он был.

– Но сейчас, когда ты нашел новую девушку, ты чувствуешь себя по-другому? – спросил Джек.

– Да, – сказал Люк. – Иначе и быть не могло.

Джек не мог этого видеть, но он почувствовал тепло улыбки Люка в темноте.

– Я не могла иметь детей, потому что в четырнадцать лет я сделала неудачный аборт, который полностью разрушил мои внутренности.

Мэри поднесла руку ко рту.

– О, Бридж, это ужасно. Я не знаю, что сказать…

– Не надо ничего говорить, Мэри. Люк все равно не хотел детей. Иронично, потому что я думаю, что он был бы отличным отцом. Он бы справился, я знаю. Ребенок спас бы нас. Я знаю, что это неправильная причина забеременеть, можешь мне это не говорить. Но где-то в параллельной вселенной живет счастливая Бридж с ребенком, все еще замужем за Люком, который решил прекратить сачковать и сделал «Мальчика-саженца» из любви, а не из ненависти. В наших отношениях было так много ненависти под конец. Это похоже на обратную сторону медали, ведь мы так сильно любили друг друга в начале. Я бы сделала для него все. Все, что угодно.

– Компания «Мальчик-саженец» начинала всего с одного продукта: бургеров с брокколи. Я сделал их правильно. Они были хороши, действительно хороши, и я сперва продавал их в вегетарианские рестораны в округе, а затем они разошлись по всей стране, – рассказывал Люк. – Мой приятель был журналистом, он написал статью о том, как я преуспел, и о том, что со мной связался гигант супермаркетов. Сплошной дым в глаза и ложь. Затем владелец того самого гиганта прочитал эту статью и действительно связался с нами, потому что хотел быть первым. Я занял деньги, чтобы арендовать самую маленькую фабрику на планете с кухнями и наемными рабочими. Мы не могли готовить бургеры достаточно быстро. К тому времени я работал над фальшивым стейком-филе. Я нанял бывшего шеф-повара, который сидел в тюрьме и нуждался в передышке. То, что он не знал о еде и питании, даже не стоило упоминания.