Я тебя ненавижу - Екатерина Орлова

– Я когда-нибудь говорил, что ты красивая?

– Говорил, —сипло ответила я, чувствуя жар на щеках от голодного взгляда Эмиля.

– Тогда повторю. Ты – моя красивая девочка. Моя идеальная Полечка. Люблю тебя до звезд в глазах.

– Ты поплыл, Тарханов, – попыталась отшутиться дрожащим голосом. От его слов сердце колотилось где-то в горле.

– Из-за тебя можно и поплыть, Полина, – прошептал он мне в губы. – Впервые в жизни я не боюсь показаться слабаком.

– Ты таким и не кажешься, – прошептала я, глядя в его дьявольски красивые глаза.

А потом все вокруг перестало иметь значение, потому что наши губы встретились в нежном, легком поцелуе, от которого волоски по всему телу становились дыбом. Я задрожала в руках Эмиля, когда он, схватив меня за затылок, углубил поцелуй, ворвавшись языком в мой рот. У меня кружилась голова и грохотало сердце, когда Тарханов, прижав меня к своему телу, блуждал здоровой рукой по моим бедрам, переходя на спину, а потом сжимая ягодицы. Он подхватил меня, и я подпрыгнула, обвив ногами его талию, чувствуя, как твердый член вжимается в мою промежность. По телу разлился жар, и я сильнее вцепилась в волосы Эмиля, сгорая от желания быть растерзанной им. Хотела вжаться в него настолько сильно, чтобы можно было слиться в единое целое.

Эмиль занес меня в кабинку и поставил на кафельный пол. Я дрожала, все тело вибрировало от возбуждения.

– Замерзла? – негромко спросил Эмиль, открывая вентиль и настраивая воду.

– Нет.

Он бросил на меня игривый, но понимающий взгляд, а я рассматривала его профиль, медленно дойдя до свидетельства его возбуждения. Сглотнула слюну и, решившись, опустилась на колени. Глаза Эмиля расширились, и он тяжело сглотнул.

– Ты что делаешь? – спросил хриплым шепотом.

– Сама не знаю, – ответила я. – Никогда не делала этого, но с тобой хочу попробовать.

– Ох, Поля, – выдохнул он, разворачиваясь ко мне. Напряженное выражение лица свидетельствовало о том, что идея пришлась Эмилю по душе. Он обхватил мой подбородок, провел большим пальцем по скуле, а потом по нижней губе. – Попробуй.

– Ты скажешь, как нужно?

– Пиздец, Кукла, – вымученно произнес он. – Ну вот что ты со мной делаешь?

Я не понимала. Ничего такого я еще не делала, даже не прикоснулась, а он уже смотрел на меня так, будто я разрушила его мир.

– Не надо? – спросила я.

– Издеваешься? – Эмиль усмехнулся и придвинулся ближе так, что его член оказался перед моим лицом. – Возьми его в руку. Вот так. Сожми крепче. Проведи вперед-назад. Блядь, Полечка. – Я подняла голову и посмотрела на Эмиля. Он закрыл глаза и навис надо мной, упершись ладонью в стену. Сжав челюсти, поиграл желваками, а потом посмотрел прямо на меня. – Лизни. Только головку. Медленно. Высунь язык и… – он застонал, как только я сделала, как он просил, и, вдохновленная реакцией, повторила действие.

А потом осмелела и вобрала в рот головку. Ощутив чуть солоноватый привкус, я не отстранилась, хотя ожидала, что испытаю нечто похожее на отвращение. Напротив, мне даже понравилось. Может быть, не сам процесс, а то, как Тарханова накрывало от каждого моего движения.

– Глубже, – простонал он. – Поля, возьми глубже. Ох, твою мать. Еще. Так глубоко, как сможешь. Да, вот та-а-ак. Как же горячо у тебя во рту.

Я снова посмотрела на него. Эмиль выпрямился и впился в меня настолько горящим взглядом, что я почувствовала, как вспыхиваю до кончиков волос. Очень-очень жарко, просто как в огне. И тут я начала двигать вверх-вниз не только рукой, но и головой, наслаждаясь тихими стонами и проклятиями Эмиля. Я вела себя все более раскованно, безошибочно считывая его реакцию по издаваемым звукам и наслаждению, написанному у него на лице.

– Поля, – выдохнул он. – Девочка, остановись. Все, хватит.

Он сделал шаг назад и подхватил меня за локоть, поднимая к себе. Я встала на дрожащие ноги, и Эмиль тут же набросился на мой рот. Он терзал его губами, языком, зубами, пока я плыла в этой грубой ласке. Настолько жадной, словно он мог умереть, если бы не сделал этого.

– Скажи, что ты влажная, – прошептал он в мои губы, и накрыл их своими, даже не дав возможности ответить.

А потом его пальцы пробрались мне между ног, выводя довольно резкие круги, рисуя только ему известные узоры, от которых мои ноги подкашивались. Затем Эмиль ввел в меня палец и довольно прорычал:

– Как я и думал. Моя отзывчивая красивая девочка. Лицом к стене, Полина.

Каждый его приказ, смешанный с ласковыми словами, сводил меня с ума, заставляя трепетать перед Эмилем. Чувства, клокочущие в груди, разливались по всему телу, омывая его горячими волнами, а кончики пальцев покалывало от переполняющих меня ощущений. Я развернулась к стене и уперлась в нее ладонями. Эмиль шумно выдохнул и провел рукой по моей попке.

– Прогни поясницу. Наклонись вперед. Еще немного. Вот так. Ноги шире.

Я выполняла каждый его приказ, дрожа в ожидании нашего секса. Я знала, что он будет горячим и нетерпеливым, как всегда бывало с Эмилем. Немного жестким, с легкой примесью боли, которая, как пикантная приправа, добавляла блюду остроты. Эмиль медленно, но на всю длину погрузился в меня. В ответ я непроизвольно ссутулилась и наклонилась вперед, тем самым пытаясь облегчить небольшую боль от вторжения.

– Тише, Полечка, – произнес Эмиль, практически задыхаясь. —Я не буду жестить. Ну же, расслабься и выгни спину. Слишком глубоко?

– Мгм.

– Я буду аккуратен. Давай, детка, выгни спинку.

Я сделала глубокий вдох и, расслабив бедра, снова выгнулась, давая Эмилю возможность входить так глубоко, как он сам того захочет. Я могла потерпеть, но совсем не хотела, чтобы все это заканчивалось. Во время секса я особенно остро чувствовала его эмоции, как будто напитывалась ими. Они пробирались сквозь поры, попадая в вены, а затем неслись по моему телу, позволяя Эмилю глубже проникать в меня.

С каждым его толчком из меня вырывались громкие стоны. Сначала медленные, размеренные. Он растягивал меня, а мои внутренние мышцы обволакивали его, словно перчатка. А потом Эмиль ускорился. Одной рукой ухватившись за мое бедро, он начал входить резче и грубее, но теперь я не чувствовала боли. Только тяжесть внизу живота, которая томительными волнами пульсировала, заставляя глаза закатываться, а дыхание – сбиваться. Я потерялась во времени и пространстве, когда раз за разом меня омывало теплыми волнами в преддверии оргазма. И совсем не хотела думать об опыте Эмиля, благодаря которому он знал каждую чувствительную точку на моем теле. Блуждающая рука сжимала в правильном месте, обостряя ощущения, кружила по горошинке клитора, обхватывала соски под аккомпанемент моих стонов и тихого, мужественного рычания Эмиля. В основании позвоночника начала зарождаться дрожь, заставляющая тело вибрировать и содрогаться от ярких ощущений. И меня наконец накрыл оргазм, он оказался таким мощным, что я едва не сорвала голос, выкрикивая имя Тарханова. Никогда раньше я не кричала имя партнера во время оргазма, а в этот раз оно само вырвалось из меня, резонируя от кафельных стен ванной. Я почувствовала теплую жидкость на бедрах и услышала приглушенный стон Эмиля, пока сама шумно дышала, пытаясь восстановить дыхание. Это было… очень ярко.