Не свободен! - Аврора Майер

— Виолетта, какая же вы молодец! Лучшего подарка вы и не могли мне преподнести.

Я слегка улыбнулась. Мы сидели друг напротив друга так близко, что я могла рассмотреть каждую деталь на его лице. И это было потрясающее, фантастическое чувство. Будто происходит что-то нереальное. Я впервые не боялась его рассматривать. За три года уже забыла, насколько этот человек идеален во всём. Мой взгляд скользнул невзначай на руку, кольца не было.

— Я распорядился, чтобы ваши вещи перенесли в другой номер, надеюсь, он вам понравится. Вдруг вам ещё захочется здесь побыть. Хотя от души советую отдохнуть у Алисы, там просто отлично.

И он положил карточку с номером 312 на стол.

— Спасибо. У Алисы я уже отдохнула…

Вокруг Романа Валерьевича уже кружились официантки, накрывая поляну продуктами, не имеющими никакого отношения к шведскому столу отеля.

— Путешествуете, значит?

— Можно и так сказать. Очень рада вас видеть!

— И я.

Сидела и улыбалась как дура.

И мне было всё равно, что он подумает. Даже если у нас сложатся отношения, он должен знать, с кем связался.

— Как у вас дела? Вы по-прежнему живёте там же? Как родители?

— Из старой квартиры я переехала. Родители умерли год назад. В остальном неплохо, нашла любимую работу.

— Жаль, что так вышло с родителями. Тяжело терять близких людей. Оставайтесь ещё на пару дней. Вечером можно куда-нибудь сходить.

Я слышала то, о чём и не мечтала, но разобраться в своих чувствах не могла. Пока это встреча двух друзей, возможно, близких по духу. Или просто настолько далёких друг от друга, что нет поводов для ссор между ними.

— Как там на Мальдивах? — уклонилась я от прямого ответа.

— Хорошо, но дома лучше. Виолетта, вы там женихом не обзавелись за это время?

— Как сказать… Был пару дней назад жених, а сегодня его уже нет.

— Ничего, бывает… Все ссорятся.

И в этот момент мне стало обидно. Все ссорятся, а у нас с Владом и не было никогда серьёзных размолвок. Это первая ситуация.

— А вы не обзавелись женой?

— Не-ет! Вы знаете, после отношений с нашей общей знакомой я совершенно точно понял, что семейная жизнь не для меня. Душно мне под контролем женщины.

— Может, женщины не те встречались?

— Виолетта, поверьте, их было так много, даже стыдно признаться. Но намерения мои были благими.

Мы вместе засмеялись.

— Ясно. Ну, у каждого свой путь.

— Это точно. Я решил перепрыгнуть эту незадавшуюся тему с женитьбой и второй половинкой. Усыновил близнецов из детского дома, у которых умерла мать и не осталось родственников. Поэтому можно сказать, что моя жизнь — полная чаша.

Если до этого я пребывала в каком-то блаженном вялотекущем состоянии, то сейчас удивление накрыло с головой, и видимо, на моём лице это отчётливо читалось. Он опять засмеялся.

— Вот это да! Умеете вы удивлять.

— Да. Но к слову сказать, у меня целый дом помощников. Няньки, домработницы и повара. Так что не могу сказать, что разделяю все тяготы отцовства, скорее получаю удовольствие.

— Я думаю, от этого союза все только выиграли. И сколько же вашим малышам?

— Третий год пошёл. Марк и Антон. Я их обожаю!

— Не сомневаюсь.

— Хотите в гости? Давайте вечером. Приглашаю, а то, если честно, соскучился по своим сорванцам, дела замучили. Мальдивы эти совсем некстати, не люблю в сезон уезжать.

Я смеялась в голос.

— Спасибо за приглашение. Не смогу, вечером буду уже в другом месте. Но в любом случае очень рада за вас и спасибо за приглашение. Фото покажете?

— Конечно.

Роман Валерьевич открыл целую папку с детскими фото и видео и, комментируя, листал их минут десять, как типичный папочка.

— Виолетта, вот мой номер. Звоните без стеснения, если будете где-то рядом. А может, всё же зайдёте сегодня в гости?..

— Не знаю, как получится. Я и так вас почти два дня ждала здесь, весь лимит времени исчерпан. Приезжайте лучше вы в Москву.

— Это, кстати, хорошая идея, давненько я там не был. Сезон закончится, надо обязательно съездить.

— Вам, наверное, пора, вы только с дороги.

— Да. Приятно было пообщаться. До скорой встречи.

— До скорой.

И я с застывшей улыбкой на лице пошла в свой новый номер. На душе было легко. Я знала, что делать, я знала, кого люблю, и гордилась тем, что прошла этот тяжёлый путь, который, возможно, понятен не всем.