Варвар-пришелец - Руби Диксон

– Тогда почему эта чертова штука все еще вибрирует, когда я рядом с Раахошем?

Губы Джорджи расплываются в легкой улыбке.

– Потому что ты возбуждена? Я полагаю, ему нравятся эндорфины секса так же сильно, как и всем нам.

Ее слова не лишены смысла. Я вздыхаю, уставившись на стену.

– Итак, я беременна.

– Я тоже. Ты не одинока, – она улыбается. – Вектал так взволнован.

Представляю себе выражение лица Раахоша, когда скажу ему, что у меня под сердцем маленький синий пришелец. Я касаюсь живота. Он будет… счастлив, но напуган. Я помню историю его родителей… с нами этого не случится. Я обещаю синему малышу, что все будет хорошо.

Я перевожу взгляд на Джорджи.

– Раахош тоже взволнован всей этой историей с резонансом. Он очень хочет семью.

Ее улыбка немного тускнеет.

– Он причинил тебе боль?

Я качаю головой.

– Пару раз он был немного резок, но я держала ситуацию под контролем. Когда мы наконец сошлись, это было моим осознанным решением, – я намеренно опускаю тот факт, что это было настойчивым требованием паразита, чувствуя, что Джорджи со мной не согласится. Она без ума от Вектала так же, как и я от Раахоша, и я намерена защищать его, даже если это разведет нас по разные стороны.

По неведомой причине я чувствую непреодолимое желание защищаться. Что-то во всем происходящем кажется неправильным, но я не могу понять, что именно.

Следующие слова Джорджи выбивают почву у меня из-под ног.

– Устраивайся поудобнее, ожидание будет длительным. Как оказалось, женщины-са-кхуйи вынашивают ребенка в течение трех лет или около того.

У меня перехватывает дыхание.

– Какого хрена?

Я в ужасе. Девять месяцев раздутого живота и опухших лодыжек представляются адом, а три года беременности – просто садистская пытка.

Джорджи морщится.

– Знаю. Судя по всему, са-кхуйи вынашивают детей дольше, чем люди. Майлак говорит про тридцать пять лун, но трудно сказать, как долго длятся их лунные фазы в сравнении с нашими, потому что ни у кого здесь нет ни часов, ни календаря…

Я стону.

– Значит, мы будем беременны от девяти месяцев до трех лет? Пристрели меня сейчас же.

– Если тебе станет легче, то ты восприняла эти новости куда лучше, чем Ариана.

– Дай угадаю – она плакала.

– Бинго.

Майлак с любопытством смотрит то на меня, то на мою подругу, и поэтому Джорджи переводит наш разговор. Пока она это делает, мне на ум приходит еще один вопрос.

– А кто еще забеременел?

– Давай посчитаем – Ариана, я, ты, Марлен, Нора, Стейси. Пока все.

– Кира не встретила резонансную пару? – я вспоминаю, как Аехако флиртовал с ней. – Джози? Тифф?

– Нет. Майлак говорит, что иногда резонанс возникает позже, но так как большинство из нас нашли отклик с первых минут, то даже не знаю, – ее голос становится тише. – Некоторые остались разочарованы.

Как ни странно, я их понимаю. Как будто паразиты не сочли их пригодными для инопланетных младенцев. А поскольку племя отчаянно нуждается в потомстве, это должно ранить.

– Это произойдет. Или… не произойдет. Быть может, их паразиты не готовы стать мамочками.

Джорджи смеется.

– Возможно, они еще не готовы.

– Какие-нибудь следы маленьких зеленых человечков? – я потираю место на руке, куда несколько недель назад был вживлен датчик слежения, который мы вырезали, покидая грузовой отсек.

Она качает головой.

– Все спокойно…

«Кроме тебя» – недоговаривает Джорджи.

Она пытается защитить меня от моего похитителя. Я не могу ненавидеть ее за это.

– Я в порядке, Джорджи. Правда.

Она прикусывает губу, а затем вздыхает.

– Вектал не на шутку зол на Раахоша, – она смотрит на меня с тревогой. – Он рассказывал тебе историю своей семьи?

– Я узнала от Аехако. Но наш случай отличается.

– Возможно, для тебя и Раахоша, но не для Вектала. В племени очень строги к подобным выходкам, Лиз, – она качает головой. – Просто будь готова к шторму, это все, что я хочу сказать.

– Начинайте шторм, – отвечаю я ей. – Я готова.

* * *

Майлак наконец отпускает нас с Джорджи, заключив, что со мной все в полном порядке. От моего взора не ускользает то, как они эмоционально обмениваются парой фраз на инопланетном языке, когда мы уходим, а также обеспокоенный взгляд Майлак. Я не слепа. С момента возвращения меня не покидает зловещее предчувствие, и я знаю, что оно не сулит ничего хорошего.

В центре пещеры на высеченных в камне ступенях сидит Вектал. Несмотря на непринужденную позу, он выглядит напряженным. И даже рассерженным. Аехако и Хэйден что-то говорят ему, Раахоша нигде не видно. Остальные мужчины стоят вокруг, и когда мы с Джорджи подходим, все внимание обращается на нас.

Вектал поднимается и смотрит мимо меня. Я оборачиваюсь и вижу Майлак в нескольких шагах позади. Он говорит что-то на инопланетном, и я слышу свое имя. Нетрудно уловить «Лизх» из всей этой тарабарщины.

Я начинаю раздражаться. Все вокруг только и делают, что говорят обо мне, но не со мной. Я щелкаю пальцами перед лицом Вектала.

– Эй, я стою перед тобой. Не говори так, будто меня здесь нет.

Я слышу, как Аехако тихонько хихикает, и Вектал переводит на меня ошеломленный взгляд.

– Что ты делаешь?

– Похоже, что я щелкаю пальцами в такт? Стараюсь привлечь твое внимание, – меня достало, что все вокруг болтают, игнорируя меня. Я хочу иметь право голоса, черт возьми. Мной слишком долго помыкали, и я не позволю еще одному большому синему пришельцу с рогами распоряжаться моей судьбой только потому, что он здесь главный. – Я прямо перед тобой. Ты можешь поговорить со мной о моей самой любимой теме – обо мне.

Он хмурится и бросает на меня свирепый взгляд.

– Я жду подтверждения от целительницы.

– Того, что я беременна? Ты бы мог спросить меня. Да, мои яичники оплодотворены инопланетной спермой, – я скрещиваю руки на груди. – Где Раахош? Я хочу своего партнера.

– Лиз, – бормочет Джорджи, пытаясь успокоить.

– Если вы не хотите увидеть шоу гормонов беременной дамочки, то верните Раахоша, и прямо сейчас, – я практически перехожу на крик и указываю на землю. – Я понимаю, ты считаешь все это возмутительным, но я еще даже не начала. Я стану самой большой занозой в твоей заднице, если ты не отдашь мне моего мужчину, немедленно.

Не понимаю, зачем они держат нас порознь? Чувство того, что «что-то не так», только усиливается.

– Мы у них дома, Лиз, – говорит Джорджи.

– А я-то думала, что мы теперь одна большая команда. Этот дом стал и моим, поэтому хочу своего гребаного мужчину.

Джорджи смотрит на Вектала,