Игра - Виктория Анкай

Перевела дух…

— М-макс видел, что они в н-него стреляли, и о-он упал… Его только ранили, да?! — я подняла голову, с отчаянием заглядывая Саше в глаза. — Не смертельно?

Он не отвёл взгляд, но скорее только потому, что сам с интересом наблюдал за моей реакцией. Ни жалости, ни сочувствия, ни сожаления — в его глазах не было ничего…

— Всё будет хорошо, Ин, — отвечать на мой вопрос он тоже явно не собирался.

Я медленно опустила руки, оттолкнувшись от его груди. В ушах шумело после непродолжительной истерики, в голове тупой болью звенела пустота. Мне в принципе всё равно, что там с Ромой, главное — он жив. Глупо, наверное, верить Саше на самом деле… Но я верю. Мне просто хочется верить…

— Держи, — Саша вложил мне в ладонь пачку сигарет. — И просто будь осторожнее, Ин…

Он привычно поправил ремень, улыбнулся своей обаятельной улыбкой. Шагнул в сторону, обходя меня сбоку и направляясь за угол, откуда недавно вышла я…

Я не оглянулась. Стояла, судорожно всхлипывая и опустив голову, прислушиваясь к широким шагам за спиной. Лишь после того, как они окончательно стихли, я бросилась следом за Сашей, но за поворотом уже никого не было. Грустно усмехнулась — ожидаемо почему-то… Одна. Горестно, однако, осознавать, как скоротечно улетучивается ощущение иллюзорной безопасности…

Вытерла лицо рукавом.

От обилия выплаканных слёз действительно полегчало, лишь глубоко внутри лёгким осадком осело тихое сожаление, а на сердце осталась чуть колючая щемящая тоска. Но эти ощущения казались вполне терпимыми, ибо подобные эмоции не рвут душу на части и не прессуют остальные чувства. Да и к Сане тёплое чувство благодарности осталось… Сволочь он всё-таки. Но я искренне рада, что он не совсем чужой для меня в этом мире…

Я осторожно приблизилась к котятам, присела на корточки, аккуратно протянула руку — они меня совсем не знают, могут испугаться…

Но зверёныши даже не подумали бояться — с любопытством потыкались мокрыми носами мне в ладонь, повисели на рукаве, потёрлись об кроссовки, при этом попеременно то мяукая, то громко мурлыча и наступая друг на друга…

В голове не укладывается, как эта детвора может жить здесь и чувствовать себя в безопасности…

Даже кошка подошла ближе, обнюхала мои пальцы и, убедившись, что я не собираюсь её угощать, вернулась обратно на обочину, пытаясь поймать пушистым боком последние лучи заходящего солнца.

Интересно, где они обитают — в этом проходе только глухие стены… Может, у них там поесть чего есть? Я бы сейчас и кошачьего корма с удовольствием пожевала бы… Впрочем, эта территория наверняка просматривается, и отбирать еду у питомцев охраны — такое себе занятие, да. Жаль…

Я побрела прямо по улице. Скоро начнёт темнеть, а я так и не определилась с тем, где провести ночь… Больше всего хотелось вернуться в медпункт — там даже дверь относительно целая, и можно частично закрыться для успокоения нервов. Но мне казалось сомнительным плюсом расположение строения в центре одной из основных проходных дорог, что автоматом делало это уютное здание в некотором роде небезопасным — любой, кто пройдёт мимо, может выбрать именно его для той же ночёвки…

Да и сейчас, после встречи с Сашей, наверное, надо попробовать вернуться на склад в поисках своих. Может, я зря так испугалась их отсутствия? Они просто делали вылазку за яблоками и давным давно вернулись…

Сошла с дороги, свернула вправо. По тропинке, заросшей высокой травой, вышла на знакомую улицу. Невольно бросила взгляд влево — где-то там остались ворота, через которые мы впервые попали на эту территорию, две будки охраны… Костя по возвращении упоминал о том, что после того, как его избили, он попробовал сунуться сюда, но его спугнул лай собак. Тогда я не обратила внимания на его короткий рассказ, но теперь захотелось самой посмотреть хоть одним глазком… Но точно не сейчас.

На этот раз я вышла к складам по улице, не рискнув иди по железнодорожным путям — в конце концов, меня тоже видно издалека на свободном пространстве. Ни к чему…

Здесь, в районе старых ветхих строений, зачастую прилегающих слишком плотно друг к другу, уже царили предзакатные сумерки, пахнущие неприятной сыростью и тиной. С этой стороны складские помещения и вовсе нависали друг над другом, и между ними в канавках, пробитых в почве стекающим с крыш дождём, роились тучи насекомых, воняло плесенью, а земля практически никогда не просыхала, ни разу за много лет не встретившись даже с лучиком солнца. Бр-р…

В сердце теплилась надежда, когда я подходила к нашему складу с задней стороны. Однако она вновь не оправдалась — уже обходя здание, я почему-то знала, что внутри пусто…

Потопталась на пороге, прошла внутрь. Уселась на свою полку…

Наверное, на ночь лучше всего и правда остаться здесь, хотя Костик и был изначально против ночёвки в этом месте. До медпункта слишком далеко, а в темноте лазить между домов — то ещё сомнительное удовольствие. Правда, спать пока совсем не хочется — я действительно неплохо выспалась днём, но попытаться, наверное, всё-таки стоит…

***

Попытки оказались не сильно удачными. Через пару часов, когда спина затекла на неудобной твёрдой поверхности, а глаза начали слезиться от бесконечного вглядывания в темноту, вернулся страх, а за ним и отчаяние. Наверное, иначе и быть не могло, слишком уж медленно тянулось время…

Мне чудились какие-то шорохи, чьи-то шаги, которые непременно замирали перед входом, шёпот и голоса, даже чьё-то дыхание… Однако стоило только тряхнуть головой — всё исчезало, кроме звенящей трескотни кузнечиков и порывов лёгкого ветра в ближайших кустах. Но потом наползало вновь с новой силой, взвинчивая и без того натянутые нервы до предела…

В какой-то момент кошмар стал реальностью. В тёмном проходе застыла отчётливая чёрная фигура…

Страх достиг апогея, и я лишь тихо захрипела на выдохе, стуча зубами, как-то внезапно осознав всю бессмысленность попыток спастись в замкнутом пространстве склада и сожалея только о том, что я не умею падать в обморок — сейчас было бы идеально вырубиться и ничего не чувствовать…

Чиркнула зажигалка, высокое пламя осветило глаза…

В первый момент человек показался реальным выходцем из моих кошмаров…

Лишь спустя секунду я узнала это избитое лицо. Тьфу-ты…

— Блять, Костя… — выдохнула, почти не испытывая облегчения, ибо эти несколько мгновений пережитого чудовищного ужаса полностью истощили эмоциональную реакцию и выжгли до тла способность ощущать какие-либо чувства…

*20*

— М-м… Тут, значит… Явилась? — уже по голосу стало понятно, что он не в