Рубин II - Даниэль Зеа Рэй

— Ты как всегда слишком прямолинейна.

— Зато не молчу, как Изумруд, — Сапфир отошла на несколько шагов и тяжело вздохнула. — Так и будешь рот зажимать? — не оборачиваясь к младшей сестре, спросила громко.

— Она просто испугалась, да Изумруд? — Рубин шагнула к ней.

Та отняла ладонь от лица и вытянулась в струну.

— Это можно исправить? — прошептала, едва шевеля губами.

— Конечно, — слукавила Рубин. — Но нужно время. И терпение.

Изумруд опустила плечи и сгорбила спину. «Расслабилась» — подумала Рубин, ласково глядя на сестру.

— Хочешь меня обнять? — она раскинула руки по сторонам.

— Нет, — пробурчала Изумруд и села. — Я не обнимаю врунишек.

— И в чем же я соврала?

— Когда мана берет свое — назад пути не бывает.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Рубин.

— Из книг, — Изумруд отвернулась.

— Ты опять влезла в библиотеку отца? — пытливо прищурилась Рубин.

— Да, — подтвердила Сапфир, — и влетело ей по полной.

Рубин подошла к Изумруд и обняла ее.

— Одни науки в голове.

Изумруд опустила голову на плечо Рубин и всхлипнула.

— Не плачь, дорогая. Все будет хорошо, — успокаивала Рубин.

— Ты в это веришь? — спросила Сапфир.

— Только это мне и остается.

— А какой у тебя дар? — Изумруд заискивающе заглянула в лицо Рубин.

— Я целительница.

— Правда, что ли? — покосилась на нее Сапфир. — Так чего ты нас никогда не лечила?

— Я не знала, что у меня есть дар. Так бы, конечно, я вас лечила.

Рубин обняла обеих сестер сразу и снова тяжело вздохнула.

— Может, и мы с Изумруд обладаем даром?! — воскликнула Сапфир. — Вдруг мы тоже целительницы!

—  Нет у вас дара, — с камнем на сердце ответила Рубин.

— Рассказывай, как ты о своем-то таланте узнала? — Сапфир взяла ее за руку.

— Ну-у-у, — протянула Рубин, — для этого мне пришлось умереть.

Глава 10

Рубин

Ордерион не появился ни во время завтрака, ни в обед. Галлахер заверил Рубин, что с братом все в порядке и он ест в своих покоях, но уверенности в его голосе Рубин не расслышала.

Во время ужина Ордериона снова не было. Рубин поймала отца за руку в коридоре и засыпала вопросами. Дарроу терпеливо выслушал претензии дочери к тому, что король намеренно прячет от нее принца Орде, и согласно кивнул, ничего не объясняя.

— Так где он? — взмолилась Рубин.

— В моей лаборатории. Туда ему приносят еду и питье. Он изучает книги древних, чтобы подготовиться к нашему визиту в Небесный замок. И ты не должна его отвлекать, Рубин.

Принцесса знала, что в лабораторию ей ходу нет. Что где-то там, в одной из комнат в подвале есть железная дверь, а за ней — черные следы от стоп матери.

—  Папа, что на самом деле случилось с мамой? — Рубин подняла глаза на отца.

— Она пыталась меня убить и погибла, — отрезал отец и развернулся, чтобы уйти.

— Я знаю, что она была ворожеей. Что сошла с ума от своего дара. И я помню, почему ты испепелил ее у меня на глазах, — отчеканила Рубин в спину отца. — Мать желала с моей помощью излечиться? Об этом она просила тебя?

Отец обернулся и произнес:

— В здравом уме твоя мама никогда бы не потребовала подобного. Она любила тебя, Рубин. Но болезни разума потому и жестоки, что способны изменить человека до неузнаваемости. Я запер ту комнату, где погибла твоя мама, а вместе с ней и тот день. Не ломись в закрытую дверь, Рубин. За ней ничего, кроме боли, нет.

Дарроу ушел, а Рубин беспомощно прислонилась к стене. Сколько кошмаров в прошлом и вопросов о том, почему мать сошла с ума? Расскажи отец ей всю правду о даре, о повелителях силы маны, о мире вокруг нее, стала бы Рубин более подготовленной к жизни? Безусловно. Но он поступил так, как считал нужным. Так же, как и Галлахер, когда умолчал о даре Хейди, так же, как и Хейди, что готова была расстаться с мужем из-за своего секрета, так же, как сегодня поступила Рубин, утаив от сестер, что те вполне могут обладать даром к управлению маной.

В стороне сошла марь, и появился Гронидел. Зальтийский принц лениво подпирал плечом стену и всезнающе ухмылялся. Увидев его, Рубин сдержала крик и отступила.

— Да не пугайся ты так, — Гронидел снова навел марь и исчез. — Я всего-то создаю отражения объектов вокруг себя. И это позволяет становиться невидимым.

— Серебряное Зеркало, — Рубин остановилась. — Тебя называют так за твой дар.

— Правда? — он появился вновь. — А я столько лет разгадывал значение своего второго имени!

— Не дерзи! — предупредила Рубин.

— А не то что? — Гронидел усмехнулся. — Не поднимешь меня из могилы, когда помру?

— Совершенно верно, — Рубин вскинула подбородок.

— Ладно, ближе к делу, — Гронидел отклеился от стены и подошел к Рубин. — Я знаю, где находятся покои Ордериона. Могу к двери провести.

— А взамен что? — Рубин пытливо вскинула бровь.

— Познакомь меня со своими сестрами.

Рубин от подобной наглости вспыхнула.

— Ты в своем уме?! — воскликнула она.

— Спроси себя, чего опасается твой отец, скрывая их от меня? — Гронидел сложил руки на груди.

— Мои сестры — незамужние юные девы, которым положено держаться от всяких сомнительных принцев подальше!

— Меня как девы они не интересуют. Я желаю узнать, что у них за дар. Мана — не игрушка. Над тобой верх она уже взяла.

— Допустим, у них есть дар, — Рубин настороженно прищурилась. — Ты о нем узнаешь. Дальше что?

— Мое любопытство будет удовлетворено, — заявил Гронидел.

— Безусловно, — кивнула Рубин. — А еще ты получишь рычаг воздействия на моего отца, который пожелал оставить все в секрете и не отправлять дочерей на обучение в орден Повелителей силы.

— То есть дар у них имеется, — кивнул Гронидел.

— Мне это неизвестно, — покачала головой Рубин.

— Сама