Проклятый мир. Путь на Дагар - Лилита Край

Улыбалась, мечтая о том, как мы с Рэнди, так же, будем лежать вдвоем на травке, смотреть на небо, слушая веселые гулянья людей.

— Какие расы живут на Дагар?

— Разные. Такие же как в Исвэль и других мирах. Но есть и такие, кого считают вымершими или мифами. В замке, огромная библиотека. Там можно будет все изучить о населении Дагар. Всех и не упомнишь.

— Я ведь не знаю, как там все устроено. Какие манеры и поведение присущи, как правильно быть Саэйни? Вдруг, я Рэнди перед его народом опозорю?!

— Не опозоришь, ты умная, все на лету схватываешь. А остальному, тебя научат, если захочешь.

— Конечно хочу. Еще хочу, там большое агентство открыть. Ты сказал, что там много тех, кто не могут избавиться от проклятий.

— Это так, думаю Рэндал поддержит твою идею, — прошипел он, потираясь мордочкой о траву, — Юльда пришла, пойдем?

— Да, — решительно поднялась с земли, и быстрым шагом шла к дому. Наки запрыгнул на мое плечо, и его молчание показалось мне нервным.

Глава 17. Разозлить камень?

Юльда была в не лучшем расположении духа. Молча взяла меня за руку и увела в комнату, прикрыв плотно дверцу.

— Послушай, нам нельзя вместе в эти воспоминания, — нервно теребила волосы, что спадали на хрупкие плечи.

— Почему? — без нее, мне страшно погружаться. Оба раза, я чувствовала себя уверенно, осознавая, что она рядом.

— Можем застрять, так Каин сказал. Но не расстраивайся, выход есть, — затараторила она, отмеряя шагами комнату, — одна пойдешь. Мы сделаем акцент на чувствах дочери к матери.

— И какие это чувства? Юльда, я не знаю, что значит быть дочерью! — эмоционально высказалась, о чем тут же пожалела. Юльда плакала опять. Какая же она ранимая.

— Влада, именно о этих чувствах я и говорю. Что ты чувствуешь, когда думаешь о Надине?

— Я уже говорила, злость и ненависть.

— За что ты ненавидишь ее?

— За то, что прокляла Рэндала и меня, за то, что пострадал целый мир, за то, что была безжалостной тварью! — не было слез, был только гнев и неисчерпаемое желание оживить ее, и убить собственными руками. Нет у меня жалости к той, что ради зависти, погубила столько жизней! У меня нет матери, у меня есть, лишь воспоминания о бабушке, и даже их, Надина испортила проклятьем.

— Влада, вот все, что ты сейчас чувствуешь, это и поможет тебе найти нужные воспоминания, — Юльда подошла, и притянула меня к себе, — девочка моя, теперь у тебя есть мы. Я не заменю тебе мать, но я могу стать для тебя подругой. У тебя есть Каин, он с легкостью заменит тебе отца, безоговорочно. Рэндал, он подарит свою любовь, и станет для тебя опорой и поддержкой во всем. Нужно только узнать, что пожелала ему Надина. И ты сделаешь это, я знаю!

— Спасибо! Это важные слова для меня.

— Усиливать твои эмоции, я в этот раз не буду. Они и так чрезмерны. Ты сама говорила, все у нас в голове. Как бы ты не скрывала, поступок матери, оставил значительный след на твоем сердце. Сейчас ванная, там все готово. И в путь! — поддержала меня, поцеловала в лоб, — я варить отвар, а ты пока занимайся подготовкой.

Я лишь кивнула, проводив ее взглядом. Что я сейчас чувствую? Я чувствую, что могу взорваться от душевной боли. Юльда знала, что нужно сказать чтобы вытянуть с меня то, что я спрятала, как только сняла печать.

Наки остался в комнате, а я поплелась на расслабляющий сеанс. Набрала ванную, разделась и погрузилась в воду, оставляя на поверхности, лишь нос и глаза. Смотрела в ветвистый потолок, где кажется для меня, распускались желтые цветочки, мелкие как звездочки на небе.

А я все сдерживала себя, пытаясь не думать на тему, как бы мне хотелось чтобы у меня была мама и папа. Я думаю, этого хочет каждый ребенок. С другой стороны, мамой, мне стала ба. Она любила меня, воспитывала, дарила ласку и заботу. Как бы не было, Рэнди воспитывал меня, даря внимание и отцовскую любовь. Да, я воспринимала его иначе, но он был в моей жизни, и есть сейчас. Мужчина, которому не безразлична. Зачем тогда думать о тех, кому я была не нужна? Я их и не помню совсем, я просто знаю, они были. И моя ненависть к Надине, не как к матери, а именно как к той, кто испортила нам жизнь. Наверное, внутри меня, все равно есть некое сожаление и непонимание, как можно так поступить с собственным ребенком.

Не помню, как оказалась в кровати. Очнулась, когда Юльда поила меня вкусным и теплым отваром. Наки был рядом, убеждая, что он будет рядом со мной, даже во сне. Постепенно, меня уносило в глубокий сон, где меня ждали новые воспоминания. Я жду, но ничего не вижу. Просто сплю, и мне ничего не снится, но отчетливо понимаю, что я заблудилась в собственных чувствах. Что это? Нежелание признавать, что мне больно? Но я это признаю. Что тогда? Как мне увидеть то, что так необходимо? Наки! Помоги! Веди меня, по любым воспоминаниям, что связаны с матерью! Покажи, все, что сможешь вытащить из моей головы! — кричала навзрыд, но ничего не менялось. Я ничего о ней не помню? Странно. Но я помню ба! Я помню, как она ругалась на нее, но не помню лица Надины. И пусть! Значит, я буду искать через другие воспоминания! Через те, что вложила в меня ба!

Я по прежнему в темноте, но слышу голоса. Отдаленные, с трудом различимые, но я слышу.

— Не моя дочь….это он припер ее…воспитывайте, — незнакомый голос для меня. Это Надина? О чем она говорит?

— Уходи! — громкий крик ба, я слышала отчетливо. Еще, мне нужно еще!

— Не просто…не так просто, — раскатистый, мерзкий женский смех, и ненавистный крик, — она забрала у меня все! Она никогда не полюбит его! Никогда!

Уже близко, я точно знаю, близко. Но голоса стихли, тишина оглушает, мне холодно. Резкая вспышка, до рези в глазах. Я слышу снова голоса, что приближаются ко мне.

— Почему ты? От куда ты взялась? — ядовитый голос, злобный.

Я наконец могу открыть глаза. Все расплывается, лишь силуэт женщины мелькает передо мной.

— Ты же вообще ничья! Зачем он припер тебя!

Да кто припер то? Наконец то, я вижу ее. Рыжая, волосы кудрявые,