Его невинная жертва - Валерия Иванова

– Налей мне вискаря в стакан, иначе сойду с ума, – сквозь зубы от боли говорит друг.

Подхожу к бару и наливаю два бокала – себе и ему. Вит залпом осушает алкоголь и ставит пустой бокал на тумбу около себя.

– Влад, ты же понимаешь, что терпение Амирхана не резиновое. Главное – не переиграть, – снова начинает поучать меня. – Он любит сестру – это факт. Но она находится слишком долго у нас.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю, допивая виски.

– А то ты сам не понимаешь! Каждый день Абрамов думает, что ты делаешь с его малышкой сестрой, как извращаешься. День за днём. И он начинает сомневаться, нужна ли ему она обратно. У их семьи же имидж. Нахер им паршивая овца, которая столько стоит?

– Он никогда так не поступит. Ему гордость не позволит её оставить.

– Это ты так думаешь. Он прострелил ногу своему брату-гандону. Даже если мы вернём девчонку, как он поступит с ней? Думаешь, он будет относиться к ней, как прежде? Она – прямое напоминание о его неудаче. Не знаю, Влад, – Вит качает головой и тяжело вздыхает.

Я сжимаю челюсти так сильно, что ещё немного и послышится хруст.

Виталик озвучил всё то, что крутилось в моей голове. Я и сам об этом думал постоянно. Пора возвращать Камиллу домой.

***

Домой приезжаю глубокой ночью. Впервые за неделю. В доме стоит тишина. Распускаю охрану и сразу же иду в комнату Абрамовой. При моём появлении собаки сразу же насторораживаются, но когда понимают, что опасности нет, продолжают спать возле Камиллы.

Подхожу ближе к кровати, где спит девушка и просто смотрю на неё. Она так красива, словно ангел. Кончики пальцев начинает ломить от желания дотронуться до её нежной кожи, провести пальцем по пухлым губкам и дальше вниз.

Не отказываю себе в удовольствии – провожу рукой по щеке Камиллы. Ресницы девушки тут же начинают дрожать, и она открывает глаза. Пугается, но затем понимает, что бояться нечего.

– Влад? – сонно протягивает.

Такая беззащитная, домашняя. Моя.

Хоть и обещал себе больше её не трогать, но не могу. Наклоняюсь и целую. Без слов, просто накидываюсь, словно голодный зверь. Рычу ей в губы, кусаю то верхнюю, то нижнюю, проникаю языком. Сминаю грудь сквозь тонкую ткань маечки. Сладкая невыносимо. Хочу вылизать каждый миллиметр кожи и трахать до беспамятства. Ладони кладу на бёдра, сжимаю, вдавливаю в себя. Чувствую, что Камилла сопротивляется, бьёт кулачками, сцепляет зубы.

Отрываюсь от неё, чтобы посмотреть и совсем не ожидаю, что она ударит меня по лицу.

– Не смей меня трогать, животное! – кричит девчонка и, пользуясь моей заминкой, вскакивает с кровати.

– Ты думаешь, что можешь пропасть на неделю, а потом прийти как ни в чём не бывало и начать меня зажимать в кровати? Я не одна из твоих шлюх, тебе понятно? Не потерплю такого отношения к себе.

Я чувствую, как злость начинает нестись по венам. Медленно встаю с кровати и поворачиваюсь к Камилле. Она стоит и сжимает руки в кулаки, её грудь быстро поднимается и опадает.

– Ты права. Ты не моя шлюха. Ты – пленница. И, кажется, ты начала это забывать.

– Забывать? Разве ты позволишь?

Чтобы не натворить ничего, о чём буду жалеть, я просто выхожу из её комнаты и иду к себе. Я устал не по-детски, мне нужен сон.

Захожу внутрь и слышу шаги позади себя.

– Ты что думаешь, что можешь просто взять и уйти?!

Я снимаю кожаную куртку и кидаю её на пол, затем кобуру и отправляю туда же. Поворачиваюсь к Камилле, я намеренно с ней груб:

– Если ты пришла сюда не для того, чтобы встать на колени и отсосать мне, тогда пошла вон отсюда.

Вижу, что мои слова её задели. Она стоит открывает и закрывает рот. Мой взгляд падает на кровать, и я понимаю, что никто, блять, за неделю не сменил бельё! На ней всё те же простыни, что были в ночь, когда я лишил Ками девственности. Девушка, проследив за моим взглядом, краснеет, видимо, вспомнив всё, что творилось на этой постели. Подхожу ближе и провожу пальцами по засохшему пятнышку крови. Неопровержимое доказательство, что Камилла Абрамова стала моей в ту ночь.

– Не говори со мной в таком тоне, Влад. И не делай вид, что тебе всё равно! Мы можем просто поговорить, м? Без твоих альфа-замашек? Просто, блин, поговорить! Обсудить всё.

– Я не хочу ни о чём разговаривать и что-то обсуждать.

– Ну, а я хочу!

– Да мне похрен, что ты хочешь, малышка. Это жизнь, и мы не получаем того, что хотим, – резко отвечаю.

Поговорить она хочет. Мы не будем разговаривать. Не сейчас. Потому что могу лишнего сказать.

– Влад…

– Как думаешь, если отправить эту простынь твоему брату, как он отреагирует? – спрашиваю, только чтобы её заткнуть, хотя я предпочёл бы другой способ.

Отворачиваюсь от Камиллы и расстегиваю рубашку. Я хочу спать. С ней. Просто спать. А завтра мы поговорим.

Собираюсь предложить это девушке, когда слышу какой-то шорох.

А затем звук взводимого курка.

Медленно поворачиваюсь.

В двух шагах от меня стоит Камилла и держит меня на прицеле.

Её глаза полны решимости.

Я вижу в них свой приговор.