Стихийный мир. Дракон-вампир - Сильвия Лайм

— Тогда нам надо поторопиться, — выдохнула я нервно. — Переодеться там, помыться…

Ал выскользнул из шатра, а я еще пару раз глубоко подышала и пошла за ним. Однако, когда шторка опустилась за моей спиной, оказалось, что уже поздно исполняться всем моим планам.

На улице что-то кричали, люди падали на колени и опускали головы. А прямо посреди площади, задрав голову вверх, сидел огромный, красный как кровь дракон. Увидев меня, он громко зарычал, раскрыл пасть, полную громадных зубов, и в небо к солнцу из его горла понесся столб огня.

Пахнуло жаром и пеплом. Мои руки задрожали сами собой. Казалось, столько огня я не видела никогда в жизни.

Как я падала — уже не помню. Чернота, слава богу, заволокла собой даже смертоносное пламя.

Глава 13. Цвет: золотой

Я открыла глаза в комнате, в которой мне уже однажды довелось побывать. И перепутать ее с чем-нибудь после этого было совершенно невозможно.

Это была спальня Красного дожа. Первый раз сюда меня привел «зов», теперь же… я помнила смутно. Взгляд уперся в темно-синий балдахин, усыпанный серебряными звездами, а затем плавно переместился на черное гладкое постельное белье, с которого пошел блуждать дальше — по просторному сумрачному помещению.

Как и в прошлый раз, по периметру спальни горели жаровни на золоченых ножках, тяжелые шторы на окнах были плотно задвинуты.

Создавалось впечатление, что, кроме меня, тут никого нет. Более того, чуть-чуть задумавшись, я поняла, что не ошибаюсь. Ощущение призрачной «нити» внутри отзывалось глухо и слабо. Если бы дож оказался рядом, сердце бы уже заходилось в груди, стучало, рвало грудную клетку.

Сейчас же там была лишь тишина.

Удостоверившись в этом и испытав даже легкое разочарование, я спрыгнула с постели и решила изучить комнату, в которой проводил так много времени повелитель Огненной империи.

Я потратила не меньше получаса на то, чтобы рассмотреть диковинное оружие на стенах, мебель и статуэтки, и даже кое-где свисающие с потолка волшебные композиции из цветов и птиц. Последние летали вокруг первых и щебетали, создавая ощущение настоящей жизни. Однако, приблизившись, я поняла, что они полупрозрачны и на самом деле не существуют, словно голограмма.

Забавно, ведь мне говорили, что иллюзий или чего-то подобного в этом мире не существует. И якобы на них способен лишь Красный дож. Может быть, тогда передо мной одно из его творений? Удивительно было бы узнать, что правитель целого государства, жестокий военачальник, что когда-то дыханием сжег целую армию, и мужчина, что казнил одну из собственных жен, при этом занимается вот такой красивой бытовой магией…

Но ответить на мои вопросы было некому, и я двигалась дальше. Ровно до тех пор, пока не завернула за угол, обнаружив приоткрытую дверь в соседнюю комнату. А там…

— Опять ты! — пискнула раздраженно девчонка с кудрявыми черными волосами и огромным бантом сзади.

— Анаис, — выдохнула я, сперва испытав не меньшее раздражение, чем мелкая пискля. А потом замерла.

Огромные красные глаза с черной каймой были наполнены слезами. Красивое лицо дочери Красного дожа было все опухшее и мокрое.

Увидев меня, Анаис надула губы и отвернулась, прижимая к груди какую-то тряпку.

— Уходи отсюда! — буркнула она. — Надоела!

— Ой, да я с удовольствием, — фыркнула я в ответ. Но как раз в этот момент вдруг вспомнилось все то, что предшествовало моему появлению в этих покоях.

Я оглядела себя с ног до головы и поняла, что крови и грязи больше не было. Я оказалась чисто вымыта и приодета в великолепное платье, уже почти не напоминающее пеньюар. Декольте было все еще крупным, но разрезов на юбке уже не наблюдалось, ткань не просвечивала. Да и вообще весь наряд сверкал мелкими, но ужасно красивыми камнями. Глаз не оторвать!

Вот знает этот дож, чем девушек брать, чесслово!

— Только, в общем, вряд ли твоему папане понравится, если я самовольно свалю, — добавила я задумчиво. — Или мне сказать потом, что ты меня прогнала?

Девочка на миг замерла, напрягшись, а потом, не поворачиваясь ко мне, замотала головой.

— Не надо, я сама уйду, — бросила она, шмыгнув носом. А затем поднялась с колен и направилась прямо в мою сторону.

В этот момент я наконец поняла, что именно она сжимает в руках. Это был красный дракон, с которым она так любовно играла совсем недавно. Только теперь он был нещадно порван. В клочья.

Прежде, чем я остановила свой длинный язык, с губ сорвался вопрос:

— Что сделалось с твоей куклой?

Анаис опустила глаза к дракону, остановилась… и разрыдалась еще громче.

Прошла, кажется, целая вечность, прежде чем девчонка немного успокоилась и, размазывая слезы по лицу, надув губы, бросила:

— Не знаю.

— Ну так, может, стоит попросить новую куклу? Наверняка по одному твоему слову рии принесут столько плюшевых драконов, что в них утонуть можно будет, — немного лениво предположила я. — Ты же маленькая принцесса, так?

Девочка насупилась ещё сильнее.

— Мне не нужны другие, — выдохнула она раздражённо. — Эминея мне также сказала. Она глупая и ты глупая.

Анаис сжала цветные лоскутки пальцами и отвернулась. Мне тоже захотелось отвернуться и забыть о девчонке как о страшном сне про детей-чудовищ. Я как нянька вообще не очень, а уж для трудных детей — тем более. Но все же в последний момент вздохнула и решила ещё чуточку потерпеть. Все же ребенок не виноват, что его так ужасно воспитывали, правда? Это Сициану за такое ремня бы дать, но от этой мысли у меня только ноги от страха начинали подгибаться.

— Любимая кукла, значит, да? — почти сквозь зубы процедила я.

Анаис кивнула. Ее губы грустно дрогнули.

— Это же папа… как вы все не понимаете? — вдруг снова завыла она. — Он не может порваться! И нельзя его ничем заменить!

Крупные слезы покатились из красивых глаз. Анаис упала на колени и закрыла лицо остатками куклы.

В этот момент в груди у меня все же что-то дрогнуло.

— Ты рассказала кому-нибудь о случившемся? — спросила я тихо и осторожно подошла поближе к девочке.

Анаис покачала головой. А я шагнула еще на пару шагов и опустилась на мягкий ковер возле нее. Принцесса подняла на меня подозрительный и недовольный взгляд, но прогонять не стала.

— Ты знаешь, кто так подшутил над твоим… папой?

Едва я задала этот вопрос, вобщем-то случайно, как в голове поселилось подозрение, что акт вандализма и впрямь может быть нарочным. Кто-то не просто случайно порвал куклу-дракона, кто-то мог целенаправленно изуродовать именно эту