Венец судьбы - Амелия Хатчинс

хлеба. Мы не мешали им, просто были свидетелями глупости, а лагерь окружил нас, чтобы понаблюдать за реакцией. Все были предупреждены о том, что произойдёт, если кто-то подерётся, и эти люди добровольно нарушили закон. Когда один из них вытащил кинжал, вмешался Райдер, магией бросив мужчину на землю, и его сила разлетелась по округе.

— Ваше величество, — сказал один из них, склонив темноволосую голову.

— Мы боремся за выживание, а вы сражаетесь из-за хлеба? — потребовал Райдер убийственным тоном, его сила душила тех, кто стоял близко и чувствовал, как она исходит от него. — Встань и сразись со мной, если тебе нужно с кем-то сразиться. — Весь двор погрузился в тишину, когда Райдер бросил вызов. Оба мужчины упали на колени перед своим королём. Райдер наколдовал меч и приставил к шее самого крупного мужчины. Он не причинил ему вреда, но молчаливая угроза была громче, чем любое насилие. — Сражайся или умри, Григорий, что выбираешь? — Райдер впился взглядом в мужчину, чьи тёмные, мутноватые глаза, в которых плескался гнев, встретились с глазами Райдера.

— Я выбираю сражаться на твоей стороне против наших врагов, мой король.

— Отличный выбор, — фыркнул Райдер, убирая меч.

В тот момент, когда Райдер опустил клинок, Григорий бросился на него, но Райдер оказался быстрее — поднял руку, и Григорий одним движением превратился в тонкую струйку крови, окрасив нас в багровый цвет. Я фыркнула от липкости крови, поворачиваясь к Райдеру. Он развернулся по кругу, нахмурившись на остальных, которые, разинув рты, смотрели на нас, пока мы стояли, все в крови самого крупного мужчины, вздумавшего бросить вызов своему королю.

— Кто-нибудь ещё хочет сегодня предаться предательству? — спросил Райдер, выгнув тёмную бровь и повернувшись лицом к орде.

Я посмотрела на Короля Кошмаров, который молча наблюдал за нами, отметив, что нам ещё предстоит магией убрать кровь, капающую с наших тел.

Никто не сделал шаг вперёд и не произнёс ни единого слова, пока Райдер гордо стоял, позволяя своей мощной силе угрожающе пульсировать в закрытом дворе в молчаливом вызове.

— Нет? Неужели никто больше не хочет выступить против меня? Следующий мудак, который подерётся из-за еды, будет иметь дело со мной, поняли? Здесь полно еды, которой вы сможете полакомиться, и столько мёда, что весь двор напьётся дважды. Я не допущу, чтобы вы дрались между собой, когда Царство Фейри находится под огнём наших врагов. Они пытаются сломить вас, а вы позволяешь им. Ешьте, занимайтесь сексом и напивайтесь. Не деритесь в моём доме. Вы здесь гости, но если не можете соблюдать правила, можете уйти или умереть. Выбор за вами

— А то что? Выгонишь нас? — фыркнул другой мужчина. — Или пошлёшь свою сучку сражаться с нами? — Он холодно улыбнулся, и я ответила ему тем же, медленно подходя, покачивая бёдрами, а Райдер подошёл ко мне, чтобы от его силы мои соски болезненно затвердели от желания.

— Ну, его сучке очень нравится убивать людей. — Я усмехнулась, проведя пальцем по щеке мужчины. Он взвыл, согнувшись пополам, и его тело превратилось в кашу и закипело на земле, оставив после себя лишь груду костей и запёкшейся крови.

Я отступила в объятья Райдера, который поцеловал меня в горло и хрипло зарычал, уставившись на орду, которая в ужасе таращилась на нас.

— Грязновато, но мне нравится, — усмехнулся он, прикусывая моё ухо. — Я безумно возбудился, женщина.

— Хорошо, потому что я планирую покататься на тебе, — пробормотала я, глядя на толпу, которая ловила каждое наше слово. — Кто-нибудь ещё хочет высказаться или оскорбить своего короля или королеву? Если нет, мне нужно оседлать член и распланировать нападения. Итак, если вы намерены вывести нас из себя, вперёд.

Король Кошмаров ухмыльнулся и не дрогнул, когда я встретила его взгляд. Калиин сказала, что он нужен, и это меня беспокоило. Меня беспокоило, что её заставляли видеть будущее, но она, казалось, нисколько не беспокоилась. И я не упустила из виду кивок Райдера Киллиану, когда мы вошли во внутренний двор.

— Может, вместе накормить наших людей, милая? — спросил Райдер, и я повернулась к нему с удивлением.

— Нашей силой?

— Вместе, женщина. Ты и я, прямо сейчас, — ухмыльнулся он, и я отступила, раскрывая крылья, а он сделал то же самое.

— Вместе? Ты ведь понимаешь, что я всё ещё злюсь на тебя, верно?

— Ты моя жена. С тобой всё нелегко. Поэтому ты моя. Мне хватит мужественности, понять, когда отступить, а когда надавить. Я знаю твои недостатки, и люблю каждый из них, чёрт возьми. Я люблю тебя. Ты меня слышишь? Я люблю тебя, женщина, и мне плевать, кто об этом знает, — заявил он, не обращая внимания на то, что весь двор ловил каждое слово и каждое действие.

— Стоит ли нам? — Он с трудом сглотнул, когда я встала перед ним, прижимая руки к его и переплетая пальцы. Наша сила росла, и метки начали светиться. Серебряные и золотые оттенки сияли по двору, пока удушающий импульс пьянящей, знойной магии не пронёсся по народу, вызывая вздохи шока и стоны удовольствия. Я шагнула ближе, прижимаясь к губам Райдера, одновременно подпитывая орду и каждую касту магией, заставляя их разжигать голод к войне. Райдер жадно заявлял на меня права.

Его рычание щекотало губы, и я возбудилась от прикосновений. Он усмехнулся и отстранился, прижавшись своим лбом к моему. Чёрные глаза сверкали звёздами моего мира, и я целиком окунулась в эти галактики. Он поднял руку, обхватив мою щеку, и мы вместе излучали необузданную силу в массы, слушая, как люди стонали и кончали.

Я прекрасно понимала, что он только что сделал. Райдер объявил нас неофициальными Верховным Королём и Верховной Королевой Царства Фейри, и продемонстрировал это так, что не осталось сомнений в нашей абсолютной совместной силе.

Он не отстранился, не посмотрел, заметил ли кто-то, что он делает, потому что в этот момент существовали только Райдер и я, и к чёрту всех остальных. Мы снова работали вместе, и всё в мире было правильно. Я прижалась к Райдеру, который усмехнулся, и мы исчезли со двора. Мы появились в нашей спальне, срывая одежду друг с друга. Прежде чем мы полностью разделись, Райдер очистил нас от крови, затем поднял меня и насадил на член.

— Быстрее, — потребовала я.

Он мрачно рассмеялся, прижимая меня к стене, и его сила расцеловала мою плоть. Ощущения перенесли меня через край, и я прокричала его имя, вторя, высоко взлетая в экстазе.

— Ах ты, шалунья, порочная шлюшка, — прорычал он.

— Ты меня шлюхой назвал? Мудак, двигайся! Нужно снова искать богиню-шпионку? Мне же