Дом Драконов - К. А. Линде

— Это не часть сделки. Это просто… чтобы помочь тебе жить дальше.

— Ты хочешь помочь полукровке жить?

— Ты хочешь мою помощь или нет? — рявкнул он.

— Да, — быстро сказала она. Она видела, как он бился с убийцей и на тренировочной площадке. Он был талантливым. И она примет его помощь, даже если просто нужно доказать, что она не так слаба, как он думал.

— Тогда начнем на рассвете, — сказал он и пропал в ночи, не оглянувшись.

Принц Фордхэм Оливе был не таким, как она ожидала.

* * *

Керриган могла проспать все утро и до вечера. Если бы она могла решать, она так и сделала бы. Она ворочалась всю ночь. Сны об убийце, пронзающей ее, повторялись снова и снова.

Но Фордхэм постучал в ее дверь на рассвете.

На рассвете.

Она знала, что он так и сказал ночью, но не хотела думать, что он был серьезен. Особенно, когда они часть ночи провели в городе.

Каждая часть нее кричала игнорировать его и погрузиться в сон без сновидений, но сегодня был первый день ее тренировки. И она встала, надела любимые черные штаны, тщательно перевязала грудь — она научилась делать это давно перед каждым боем — и набросила сверху свободную тунику. Она заплела волосы в кудрявую косу, жалея, что рядом не было волшебных пальцев Дарби, а потом вышла в коридор. Она выглядела ужасно, а Фордхэм выглядел как… принц.

Было нечестно, что он мог так выглядеть, поспав пару часов. Его черно — серебряный наряд Дома Теней был чистым. Спина была прямой, подбородок — поднят, плечи — расправлены. О том, что он не был рад раннему пробуждению, говорили только синяки — полумесяцы под глазами, говорящие, что он спал не лучше нее.

— Утро, — отчеканил он.

— Фу, — простонала она в ответ.

Он кивнул на коридор, и она пошла за ним из горы. Он остановился в небольшой роще у города. Солнце еще не поднялось, и сине — черная ночь пропадала в тумане утра на горизонте. Фордхэм бросил ей немного хлеба и флягу.

— Тебе это понадобится, — сказал он. — Так что все не выпивай.

Она отсалютовала в насмешке, пока запивала хлеб водой.

— Что мы делаем сегодня? Бой на мечах, рукопашный бой или на стихиях?

— Мы начнем с разминки и посмотрим, на каком ты уровне.

— Ладно. Что за разминка?

— Бег пять миль, а потом силовые упражнения.

Ее глаза выпучились.

— Пять миль?

— Для начала. Мы сможем потом увеличить твои нагрузки.

— Или нет. Я бегаю, только если за мной гонятся.

— С твоими ночными приключениями можно подумать, что такое происходит часто, — отметил он. — Тебе нужно улучшить физическую форму, если хочешь выжить в бою. И если Дозан выяснит, кто убийца, я не хочу нести весь бой на себе.

Она закатила глаза.

— Будто ты намного лучше меня, потому что можешь бегать.

— Тебе нужна дисциплина, — сказал он, расправил плечи и посмотрел ей в глаза. — Ты ленивая и не сосредоточенная. Будь у тебя хоть половина доблести из уличных боев, как ты хвалишься, ты одолела бы ту убийцу с лёгкостью.

— Ладно, князек. Мне нужна дисциплина. А бег зачем? — скептически спросила она.

— Знаешь, что? Уберем это, — Фордхэм снял плащ и опустил его на траву. — Давай, нападали на меня.

— На тебя? — сказала она. — Хочешь драться? — она огляделась. — Тут?

— Тебя не устраивает место?

— Редкие знают, как много у меня магии, — призналась она, коснувшись своих ушей.

— Это хорошо. Тогда они недооценивают тебя, — он стал шагать вокруг нее.

Волоски на ее шее встали дыбом. Он медленно и уверенно крался вокруг нее, как вокруг добычи. Магия затрещала в ее венах. Она почти ощущала его гул, задевающий ее светлую кожу.

— Так и есть, — дрожь побежала по ее коже. Это точно была ошибка. Тренироваться с Фордхэмом было не лучшей идеей. Монстр, которого знали, оставался монстром. — Они… недооценивают меня.

— Как я? — шелково спросил он.

И нежность его голоса почему — то была хуже всех уколов и шипов.

— Эм… да. Как ты.

Она притянула магию в грудь. Мягкий гул силы пропитал ее тело, оживляя его, словно она до этого просто двигалась, а теперь была настоящей. Она была готова. Ее ноги стояли на идеальном расстоянии друг от друга. Ее ладони были сжаты в кулаки по бокам. Она держала себя в руках, готовая.

Фордхэм повернул, заканчивая методичный обход вокруг ее тела, и ее идеальный план развалился.

Он молниеносно ударил ладонью, управляя водной магией, будто это был воздух в его легких. Магия обвила ее ноги, как лассо. Керриган смогла отпрянуть, но он этого и ожидал. В одну секунду он был перед ней, а в следующую его ноги стали отплясывать шаги так быстро, что она не могла понять их. Он двигался как ветер, словно был рожден делать это. Его нога зацепила ее, и ветер катапультировал ее назад, а земля под ее ногами толкнула ее вверх.

Она пролетела по воздуху, рухнула на спину в десяти футах от места, где стояла до этого. И Фордхэм стоял, скрестив руки на груди, приподняв бровь.

Все это заняло секунды. Не минуты, секунды. Она еще не видела, чтобы кто — то так двигался. Даже Фордхэм, а она видела его на тренировке и на ринге. Он показывал эти движения не всем.

— Довольна? — сказал он, возвышаясь над ней.

Она со стоном потерла ноющую спину.

— Где ты научился так двигаться?

Фордхэм поднял голову, серые глаза поблескивали.

— Я — кронпринц Дома Теней. Что ты ожидала?

— Не знаю, — честно сказала она. — Напыщенного придурка с обидой на всех?

— Обида заслужена, — сказал он, почти улыбаясь в конце.

Он протянул ей руку. Она опустила ладонь на его ладонь, позволила ему поднять ее на ноги.

— У тебя свои тайны, у меня свои.

— Тайны? — прошептал он.

— Я не видел, чтобы ты побежала на горе убеждать всех, что Лиама убили, что дом был заброшен, а убийца охотится на тебя.

Она прикусила губу.

— Никто не поверит мне без доказательств. Ножа мало.

— А пустой дом?

— Они просто отмахнуться. Члены племени постоянно ездят туда — сюда.

— Ладно, — буркнул он. — Но в следующие несколько недель многое на кону. Не будем идти туда неподготовленными. Дисциплина — основа военного протокола Дома Теней. Если переживешь следующие недели, будем надеяться, что ты переживёшь тот бой и поймаешь убийцу.

— Пять миль? — спросила она.

— Это начало.

Фордхэм побежал в умеренном темпе, наверное, для нее.

— Расскажи… о… военном протоколе, — сказала она