Отвергнутые - Ульяна Лаврова

В этот момент открылся вид, который загораживал Медек своей спиной. Целая куча повергнутых существ и то, которое валялось у меня в ногах, по всей видимости, было самым милым. С моих губ сорвалось хриплое:

— Он…

Я попятилась, обо что-то запнулась и наверное бы упала, но кто-то подхватил и усадил меня на сидение. Это был Хэнк. Присев передо мной, он по-отечески мне улыбнулся и сказал:

— Всё уже кончилось.

Я отрицательно замотала головой, перевела взгляд на Сантера, который сейчас казался злым. Он за хвост вытянул поверженное животное, зашел в кабину, сел рядом с Мидарой, обнял ее и спросил:

— Ну рассказывайте, что у вас здесь произошло.

Я наблюдала, за тем, как Мидара поцеловала его в щеку, обняла и слегка улыбнувшись произнесла:

— Как ты мог заметить, одно из чудовищ к нам все же пробралось, но Гейла убила его. У нее оказался с собой чудесный кинжал. Все случилось быстро и мы все время были в безопасности.

Все это было произнесено настолько буднично и легко, как будто ничего необычного не произошло. Сантер посмотрел на меня, я показала кинжал и попыталась как можно спокойнее сказать:

— Подарок ведьмы.

— Все хорошо, — улыбнулась Мидара.

Только сейчас я поняла, что улыбка эта была натянута, Мидара успокоивала своего Генерала. А тот злился, явно злился. Он обнял ее, сильно сжав. Какая же она храбрая, подумала я. Я всегда тайно завидовала ее сильному характеру.

Наблюдая за этой картиной, почуствовала, как по телу начало расходиться тепло лекаря, Хэнка. Оно успокаивало.

— Спасибо, — тихо проговорила я, действительно приходя в себя.

— Сантер, — обратилась я к генералу, — это все его работа? — я кивнула в сторону поля боя.

— Большая часть да, — он ухмыльнулся, — сказать, что он нас удивил, ничего не сказать, но я ему благодарен, если бы не он, нам было бы тяжело, — он посмотрел на выход, — дверь, конечно, он зря снес.

Осознав сказанное Сантером, я выпалила:

— Ему нужно помочь, он весь в ранах!

Генерал покачал головой.

— Ничего там страшного нет, сам справится, — поднявшись, добавил, — ладно, нам пора продолжить путь. Хэнк идем.

Как же так! Он весь в ранах, а генералу все равно! Соскочив, я выбежала из кареты и сразу заметила Медека, стоящего рядом со своим конем. Он уже был одет. Не раздумывая, я побежала к нему, врезавшись в его грудь, не понимая саму себя, я впилась в его губы поцелуем. Мне необходимо было почувствовать его. Почувствовать, что он жив. Он ответил, зарылся пальцами мне в волосы, но уже через мгновение отстранился:

— Ты промокнешь, — прошептал он.

Его голос хрипел.

— А ты? Ты весь в ранах! Тебе нужна помощь! — прорычала я громко.

— Нет, со мной все хорошо, — он улыбнулся и больше ничего не говоря, подхватил меня на руки и понес к карете.

Подойдя к ней, я заметила выходящего из нее Эстера.

Внеся меня в карету, мой оборотень поставил меня на ноги. Быстро поцеловал, пристально смотря в глаза и произнес:

— Все хорошо, — он снова улыбнулся мне и вышел.

Карета тронулась.

Все изменилось

Гейла

Я стояла в дверном проёме кареты, наблюдая за дорогой. Тех жутких существ мы больше не встречали. Дождь кончился, но солнце так и не вышло, тяжелые серые тучи по-прежнему висели над нами. В очередной раз я посмотрела на Медека. Он выглядел спокойным и уравновешенным, как будто и не сражался с толпой чудовищ. Но так ли это было на самом деле? Я переживала. Держался он в седле ровно, как истинный воин. Чего скрывать, я гордилась им. Продолжая рассматривать его, заметила на руках и шее царапины, все остальное скрывала одежда. Я громко выдохнула.

— С ним все хорошо. Он сильный, — послышался голос Мидары.

Я кивнула соглашаясь, но беспокойство не ушло.

Я перевела взгляд вперёд. Вот-вот должно было показаться поселение. Держась за косяк, я наклонилась и выглянула. Но увидела я совсем не то, что ожидала.

Впереди виднелся острог. Заостренные бревна смотрели в небо, создавалось впечатление, что они хотят пронзить свод. В прошлый раз его здесь не было. Даже когда нам угрожали маги, у нас не было таких стен. Неужели укрепление было построено для защиты от этих существ? И как давно они здесь? Сантер знал? Я посмотрела на него. Он хмурился. Сомневаюсь, сделала я вывод.

У острога были большие ворота, подъехав к ним, они сразу начали открываться. Нас встречали.

Въехав, мы остановились, а ворота сразу начали закрывать. Я наблюдала, как Сантер спрыгнул и стремительно подошел к одному из оборотней. Даже отсюда ощущалась его злость. Сходу, он задал ему сразу несколько вопросов:

— Что здесь происходит? Почему не сообщили? Как давно все это длится? — Сантер рычал, он был в гневе.

Первый раз я видела его таким.

К карете подъехал Медек, спешился:

— Идем, — протянул он мне руку.

Я оглянулась на девочек. Они искренне улыбались мне. Не сдержавшись, я подошла и порывисто обняла Мидару.

— Спасибо, — прошептала я.

Я действительно была ей благодарна, очень благодарна за то, что она дала мне шанс. Шанс жить, шанс любить и быть любимой.

— И тебе спасибо, если бы не ты, нас бы уже не было, — ответила она мне.

Улыбнувшись, я обняла и Аурику. Вот теперь я была готова идти.

Выйдя из кареты, я почувствовала мокрую землю под ногами, прохладный ветер трепал волосы и подол платья. Я поежилась, то ли от холода, то ли от предчувствия чего-то нехорошего. Все во мне протестовало, я медлила. “Надо! Надо к маме” — напомнила мне волчица и я буквально заставила себя сделать шаг.

Отведя коня Медека на конюшню, мы направились к дому где жили мои родители. Я пыталась понять своё состояние. Неопределенность и опасения терзали меня. Я даже представить не могла, что может ждать меня дома. Невольно в голове всплывали нелицеприятные картинки из моего детства. Я была не готова снова увидеть маму избитой. Отметая эти мысли, я надеялась, что все с ней хорошо. Так же меня терзал вопрос, каким увидит мой дом Медек? Было немного стыдно перед ним. Всю жизнь он прожил в замке, а здесь обычный дом, не самый лучший, на краю поселения. Пытаясь себя успокоить, я подумала, может быть именно поэтому мне так тревожно.

— Я понимаю как ты переживаешь, но я рядом и все будет хорошо — Медек обнял меня за плечи, видимо почувствовав мое волнение, — навестим твою маму, а потом решим, как будем жить дальше.

Я подняла голову, он снова мне улыбался, ласково