Неисправимый грешник - Мэдлин Хантер

Другие, еще более худшие, версии едва не заставили его потянуться к пистолету, который был спрятан в стенке эки­пажа.

Он заставил себя проявить рассудительность. Не было доказательств того, что они находились в дружбе, тем бо­лее в любовной связи. Флер, должно быть, уже давно ушла из церкви.

Но фортуна словно вознамерилась поддразнить его. Дверь церкви снова открылась, и появилась Флер, одетая в простой плащ с капюшоном. Именно такую одежду носят женщины, когда не хотят, чтобы их узнали.

Она задержалась у одной из колонн портика и осторож­но огляделась вокруг. Затем направилась в сторону улицы. Идя близко к зданиям и держась в густой утренней тени, она шла в том же направлении, что и Хью Сиддел.

Ступала она осторожно, и это еще больше разбудило лю­бопытство Данте.

Он выпрыгнул из экипажа, сел рядом с Люком и взял вожжи.

– У меня сегодня появилось желание самому управлять лошадьми, Люк.

– Как хотите. – Люк скрестил руки на груди и обижен­но надулся.

С высоты кучерского сиденья Данте мог видеть идущую Флер и на некотором расстоянии впереди от нее Хью Сиддела, который свернул в восточном направлении, в сторо­ну Стрэнда. По какой-то неизвестной причине Флер пре­следовала этого мужчину.

Данте припомнилась его давняя любовная история. Ког­да первая страсть притупилась, его любовница почувство­вала, что его интерес к ней падает. В один не столь пре­красный день она отправилась вслед за ним, когда он рано ушел от нее, и обнаружила его в доме другой женщины. Светское общество в течение нескольких недель перемы­вало косточки участникам произошедшей сцены.

Он постарался отбросить мысли и догадки о Флер и Сидделе, хотя это у него плохо получалось. Жар ярости сме­нился более спокойным, но еще более разрушительным льдом подозрений.

Он дал сигнал лошадям двинуться дальше, одновремен­но сдерживая их шаг.

– Вы думаете, что одна из лошадей хромает, сэр? —спросил Люк. – Мы еле плетемся.

– Я специально еду медленно. Если тебя смущает, что я нахожусь рядом с тобой, можешь забраться внутрь.

– С какой стати мне смущаться, сэр!

Данте ехал за Флер до самого Стрэнда. Идущий впере­ди нее Хью Сиддел вошел в магазин. Флер сразу же остано­вилась перед цветочным киоском. Данте натянул вожжи, заставив лошадей остановиться, и в этот момент заметил нечто весьма интересное. В ста футах от его экипажа так же резко остановился хорошо одетый мужчина.

– Люк, видишь на углу вон того мужчину в высокой шляпе, который не знает, чем ему заняться?

– Вижу.

– Не спускай с него глаз. Если он пойдет по другой ули­це, дай мне знать. Если посмотрит назад и заметит нас, тоже сообщи мне.

– Мы преследуем его? – с любопытством спросил Люк. – Мы из-за этого едем так медленно, да?

– Не его, Люк. Но думаю, что он тоже за кем-то сле­дит, и хотел бы знать, прав ли я в этом.

– Тоже? Если вы наблюдаете не за ним, то за кем же?

– За прекрасной леди.

Люк надвинул на лоб шляпу, снова скрестил на груди руки и издал неодобрительный вздох.

Данте едва не двинул парню в ухо. С учетом того, что прекрасной леди была его жена, имевшая какое-то секрет­ное дело с мужчиной, которого он ненавидел, он явно не заслуживал этого вздоха.

Флер хотела было заглянуть в табачную лавку, когда дверь открылась и вышел мистер Сиддел. Он остановился, чтобы посмотреть время на карманных часах. Убрав часы, он зашагал еще более энергично и целенаправленно.

Он шел по Стрэнду, и снующие вокруг люди помогали Флер скрывать свое присутствие. К тому же она старалась держаться на приличном расстоянии: если бы он оглянул­ся, мог узнать ее плащ с капюшоном.

Наконец он свернул к одному из зданий и исчез из виду. Это была популярная кофейня «Сигар диван».

Место было слишком многолюдное для тайной встре­чи, но в некотором отношении даже идеальное. Здесь муж­чины, которые курили, пили кофе и читали газеты, не мог­ли вызвать никаких подозрений.

Флер не могла решить, что ей предпринять. Инвесторы находились там вместе с мистером Сидделом, и ей хотелось узнать, не знаком ли ей хотя бы кто-нибудь из них. Впо­следствии в случае новых проволочек она могла бы взять дело в свои руки.

К сожалению, женщины не посещали подобных заве­дений. Флер не могла беспрепятственно войти через парад­ный вход, чтобы бросить быстрый взгляд на присутствую­щих. Если бы она попыталась это сделать, хозяева кофей­ни отреагировали бы соответствующим образом, и о ее появлении стало бы всем известно.

Повернув за угол, Флер увидела дорожку позади зданий. Если ей нельзя войти в кофейню с улицы, то, возможно, удастся проникнуть туда через черный ход.

Ориентируясь по запаху кофе и сигарного дыма, она на­шла вход в заведение со двора. Дверь была распахнута для проветривания. Флер заглянула в нее и осмотрела подсоб­ную часть кофейни. В дальнем углу находился металличе­ский таз, заполненный грязными чашками из-под кофе. На малом огне грелись подвешенные на крюках котлы с водой.

Флер увидела перед собой дверь в зал, где находились посетители. Она проскользнула вперед, тихонько приот­крыла ее и окинула взглядом помещение.

Какой-то мужчина во фраке загораживал ей вид. Он сто­ял всего в нескольких дюймах от нее, спиной к ней. Чуть правее ей удалось увидеть часть лица мистера Сиддела. Он сидел на диване у стены и с кем-то разговаривал.

Стоявший перед ее носом мужчина слегка сдвинулся с места, что позволило Флер полностью увидеть мистера Сид­дела. Она приоткрыла дверь пошире, приподнялась на цы­почки, чтобы разглядеть его собеседников.

Один оказался в поле ее зрения. Молодой человек с бе­локурыми волосами и продолговатым лицом.

Флер сделала осторожную попытку приоткрыть дверь пошире, чтобы можно было на мгновение просунуть туда голову…

– Эй, ты что здесь делаешь?

Голос заставил ее резко обернуться. Через заднюю дверь вошел мужчина, неся в руках мешок с сахаром.

– Никак, воруешь чай?

– Я не ворую…

– На прошлой неделе куда-то запропастился чай, я вижу, ты пришла за новой порцией.

– Вы ошибаетесь. – Флер попыталась обойти мужчину, но тот загородил ей дорогу.

Дверь в зал отворилась, и тот мужчина, чья спина заго­раживала ей обзор, вошел в подсобку:

– В чем дело?

– Обнаружил здесь женщину, мистер Рейсс, которая явно собиралась что-то украсть. Должно быть, она уже при­прятала коробку чая под плащ.

– Добрый человек, у меня нет никакого чая под пла­щом и не было намерения что-нибудь красть.

– Правда? Тогда какие же у тебя намерения? Здесь не­ зачем быть никому постороннему, тем более женщине, – сказал мистер Рейсс.