Босс, будьте моим первым! - Виктория Вишневская

Постанываю ему прямо в рот, сгорая от умопомрачительной ласки.

Если так с одним приятно, что ж потом будет?

Тарас отрывается от меня, но продолжает двигать пальцем, крутить им и растягивать меня.

– Я думал, придётся пользоваться тем, что ты купила.

– Ты о члене?.. – вырываются из горла грязные слова.

– Я про смазку, Ласкина, – усмехается он, сверля похотливым взглядом. Покидает меня и демонстрирует влагу на своих пальцах. – Сама неплохо справляешься.

– Перестань! – громко восклицаю, сводя бедра вместе. А не могу – его тело мешает.

– Недотрога, – издевается надо мной. Снова входит в меня и неожиданно присоединяет второй палец. Чуть кривлюсь от неприятных ощущений. – М-да, ты от двух пальцев уже боль чувствуешь, ещё и сама хотела в себя ту хрень сунуть? Дурочка ты, Алиска.

Знаю. Но с ним не соглашаюсь.

Всхлипываю от накала внизу живота.

Божечки, как плохо же…

И невыносимо становится.

Прикрываю глаза, кусаю губы.

– Ещё чуть-чуть, – всхлипываю, раздвигая ножки.

Что же со мной делает этот мужчина?!

– Нет, – говорит категорично. Выходит из меня, создавая пустоту не только между ног, но и в груди.

В смысле?! Я уже настроилась!

Взмахнув ресницами, хочу взглянуть этому подлецу в глаза, всё же решившего поиздеваться надо мной, а не помочь.

И вовремя…

Вижу, как Тарас приспускает чёрные боксеры.

А там… уже всё дымится будто. Но второй раз увидеть член Горячева не так смущает, как в первый. Я хотя бы могу разглядеть его.

Отворачиваюсь, чтобы не смотреть.

Я же не озабоченная, в отличие от него.

Горячие пальцы вдруг оказываются на моих щеках и сжимают. Поворачивают меня обратно. А там… Тарас наклонился ко мне, нависнув скалой.

– Куда взгляд отводишь, красавица? Уже не чужие друг другу люди.

– Просто…

Не успеваю договорить – вновь крышесносный поцелуй, от которого становится только хуже.

А как же там, внизу?!

Я ведь уже на пределе!

Так увлекаюсь, что не замечаю, как его ладони начинают сжимать бёдра.

А меня заполняет что-то большое, не похожее на пальцы.

Всё происходит так быстро, что ничего не успеваю понять.

Больно.

Я словно натянута до предела там, внутри.

Невольно глаза слезятся, а мычание летит в мужские грубые губы.

Но… Он во мне. Полностью.

Тарас вошёл в меня…

Боже, это произошло так внезапно, резко, в непонимании. Я больше переживала и честно сжималась, боясь его агрегата во мне.

А тут…

Надо потерпеть немного.

Сейчас больновато, но потом ведь будет проще!

Говорю это себе, а сама Тараса по плечам ладонями бью. Заставляю оторваться от своих губ.

– Только не двигайся, пожалуйста, – прошу его слезливо, стараясь привыкнуть к размерам. Боже, а если он ещё двигаться начнёт… Теперь боюсь этого, а не того, что произошло пару секунд назад.

– Да куда? Ты так напряжена, что я в тебе застрял. Видела видео, где собаки сцепленные ходят?

Я неожиданно сотрясаюсь в смехе.

Потому что видела подобные!

А в следующую секунду горячий язык проходит по уголку глаз.

– Расслабься, солнышко. Ты себе только больнее делаешь.

Солнышко…

От этого слова так горячо, будто я касаюсь огня голыми руками.

Непроизвольно расслабляюсь. Знаю, что он не сделает мне больно. Будет бережным. Если, конечно, и дальше хочет продолжать наши уроки…

Тарас без предупреждения толкается.

Чувствую его агрегат каждой клеточкой тела.

– Лисёнок… Расслабься.

Выдыхаю. Легко сказать… С первого раза вон не получилось.

– В тебе столько смазки, что всё будет хорошо.

– Да? – ловлю надежду.

– Да, и пока ты будешь сжимать меня, хуже будет только тебе.

– Хорошо…

И правда, как только перестаю сжимать член Горячева стенками, он начинает двигаться увереннее, легче…

И всё. Меня сносит.

Боль вперемешку с огнём внизу живота дают что-то нереальное.

Я не мазохистка, но… что-то в этом есть.

Или дело в Тарасе?

В том, что моим первым всё-таки стал – он?

Глухо смеюсь, вновь сжимая мужчину. Мне уже не так больно, а он хрипит, вдруг остановившись.

– Чего ржёшь? Только плакала.

– Вспомнила, как попросила тебя стать моим первым.

– Исполнилось, – улыбается он, продолжая свои манипуляции с моим телом. Его язык продолжает ласкать кожу, губы посасывают соски. И всё это с ритмичными ударами внутри меня…

В какой-то момент привыкаю и сгораю от всего происходящего.

Узел внизу живота закручивается сильнее.

И когда чувствую, что вот-вот… начинаю вырываться.

Это слишком разные ощущения! Сравнить с пальцами – невозможно.

Эмоции переполняют, а Тарас, словно издеваясь надо мной, не выходит из меня. И я не сдерживаюсь. Обнимаю его за шею, прижимаюсь к нему всем телом и, сама от себя не ожидая, кончаю. Вспыхиваю, как бенгальский огонёк.

И устало обмякаю на кровати, тяжело дышу.

Мамочки…

Ну… Что-то странное, но вкусное. Ощущения… Непередаваемые.

– Во второй раз ведь будет лучше? – зачем-то спрашиваю вслух.

– Ты сейчас задеваешь моё эго, Ласкина, – беззлобно говорит он. – Я старался минимизировать твою боль.

– Да я не об этом! А о том, что если сейчас так хорошо, то потом?..

– Будет ещё лучше, – целует в уголок глаза и выходит из меня.

– А что, всё? – глупо спрашиваю, распластавшись на кровати.

– Всё-всё, – усмехается снова, выпрямляясь. Сидит передо мной на коленях. И я невольно поглядываю на его ещё эрегированный член. В крови… В моей…

Быстро накидываю халатик себе между ног. Боже, что