Лазурный Берег - Карина Шнелль

– Тысячу?

Аликс приостановилась, поняв, что я опять ее поддразниваю. Я представил себе, как она закатила глаза, но, когда она продолжила, я снова услышал в ее голосе улыбку.

– Сначала я пыталась игнорировать хамство Клода, но потом мое терпение лопнуло, и я проорала ему в физиономию все, что во мне скопилось… Ну ладно, может, не совсем проорала, но формулировки были сильные.

– В этом я даже не сомневаюсь, зная твою буйную фантазию. Ты продемонстрировала ее при первой же нашей встрече.

– Когда ты вывалил мне на голову десять тонн рыбы? – уточнила Аликс, по-видимому, очень довольная собой и своими театральными преувеличениями.

– Именно, – хмыкнул я. – Даже минимум десять тонн.

Она засмеялась. Это был самый прекрасный звук в мире.

– Аликс?

– Что?

– Знала бы ты, как я сейчас хочу тебя поцеловать! Я очень-очень горжусь тобой.

– Я тоже хочу тебя поцеловать. И тоже горжусь собой. Мы должны непременно отметить это событие. Могу завтра принести из ресторана бутылочку вина, подходящего для такого случая.

Только теперь я вспомнил, что у меня тоже есть новости.

– Предоставь все мне. Я как раз знаю идеальный способ отпраздновать твой успех.

Аликс укоризненно пощелкала языком:

– Идеальный, да? И давно ли ты стал так громко выражаться, мистер Я-всегда-говорю-все-как-есть?

Теперь засмеялся я:

– Это из-за тебя. Любой, кто так долго слушает твои притянутые за уши сравнения и чудовищные гиперболы, не может не заразиться.

– Да-да, ты мне лучше скажи, что за идеальный способ ты придумал.

Ее нетерпение позабавило и тронуло меня. Я поднес телефон поближе к губам и таинственно понизил голос.

– Это будет вечеринка. На самой настоящей яхте. С шампанским и канапе. Хозяин праздника – один из богатейших людей на планете. Дресс-код – все самое шикарное, что найдется в твоем шкафу.

– Чего-чего? – взвизгнула Аликс. – Шейх устраивает вечеринку?

– Он только это и делает.

– Сформулирую поточнее: шейх устраивает вечеринку, на которую нам можно прийти?

Я засмеялся:

– Да, и это впервые. Я сам, честно говоря, удивился. В последнее воскресенье августа он приглашает всю команду в порт Галлис, на свою вторую яхту, чтобы отпраздновать закрытие сезона. Можно приводить гостей. И нам ничего не придется делать – только развлекаться. Шейх за все платит.

– Вау! – Аликс ненадолго лишилась дара речи, что случалось с ней очень редко. – И ты хочешь взять меня? – спросила она, придя в себя.

– Естественно, тебя! А поскольку у нас теперь появился такой повод для праздника, то это вообще будет твой вечер.

– Вечер будет вашим. Очевидно, шейху есть за что вас благодарить, раз он так расщедрился.

– Если бы он знал, какая ты классная и какую победу сегодня одержала, он бы сам закатил пир в твою честь.

Аликс опять радостно взвизгнула:

– Ох, ну надо же! Я так рада! Только теперь я должна пробежаться по магазинам, а то мне совершенно нечего надеть на такое шикарное мероприятие.

– Я мог бы сказать, что ты будешь самой красивой женщиной на борту, даже если придешь в мешке из-под картошки, но это такая банальность…

– Нет уж, говори!

– Ты будешь самой красивой женщиной на борту, даже если придешь в мешке из-под картошки.

– Хороший мальчик.

– Я серьезно, Аликс. – Мой голос вдруг зазвучал низко и хрипловато. – Ты лучший повар, которого я знаю. Ты заслуживаешь всего, чего хотела бы достичь. И если я делаю комплименты, то я действительно так думаю.

Мы помолчали. Шумел ветер, тихо плескалась вода в бассейне. Крикнула чайка. А потом я услышал, как Аликс, сглотнув, прошептала:

– Я знаю. И на эту вечеринку я бы ни с кем другим не захотела пойти. Только с тобой. Даже если бы мне пришлось надеть мешок из-под картошки.

Глава 32

Аликс

Порт Галлис оказался маленькой яхтенной гаванью в квартале Жуан-ле-Пен, у основания мыса Антиб – живописной косы, которой я любовалась с лодки и которую мечтала осмотреть с тех пор, как прибыла на Лазурный Берег.

Поскольку Жуан-ле-Пен находится на другом конце города, я приехала на такси. Расплатившись с водителем и выйдя из машины, с любопытством огляделась. В этой части Антиба я раньше не бывала. Коллеги объяснили мне, что, поскольку здешний пляж самый большой в городе, туристы останавливаются здесь охотнее, чем в историческом центре. Причем многие из них очень небедные люди – это трудно было не понять по тому, какие роскошные виллы обступили гавань.

Будучи частной яхтенной пристанью, порт Галлис значительно уступал порту Вобана в размерах и выглядел, как мне показалось, уютнее. Лео говорил, что максимальная длина яхты, которая может здесь стоять, – сорок три метра. Впрочем, на меня, человека неискушенного, даже такие относительно небольшие суда производили впечатление гигантов. Все, что я видела вокруг, было белое или кремовое, начищенное и отполированное до блеска. Повсюду зеленели растения в больших горшках. Слева от меня, там, где начинался мыс, росли пинии, справа дугообразно тянулся песчаный пляж – казалось, что чуть ли не до самых Канн, чьи далекие крыши освещало заходящее солнце. От того, как дополняли друг друга архитектура и природа, захватывало дух. Прямые линии и строгие пропорции изысканно контрастировали с нетронутой естественностью. Французская Ривьера никогда не разочаровывала. Здесь тебя всегда ожидали новые открытия, новые чудеса.

Я постаралась остановить этот момент, чтобы надолго сохранить его в памяти. Море, сверкающее на солнце, волны, тихо бьющиеся о борта лодок, мягкий вечерний бриз, играющий моими празднично заплетенными волосами. Глубоко вдохнув соленый воздух, я перевела взгляд с гавани на зеленый полуостров.

Я приехала пораньше, чтобы успеть осмотреться до начала праздника. На мне были плоские балетки и легкое вечернее платье цвета шампанского, которое я позволила себе купить на свою зарплату. В такой одежде я вполне могла немного прогуляться.

Минут двадцать я бродила по улицам, окаймленным пиниями. Любовалась шикарными виллами и садами. Дойдя до отдаленной бухточки, я осторожно, чтобы не повредить платье, свернула на узкую тропинку и спустилась к морю. Здесь, среди изрезанных скал, вода была такой прозрачной, что я видела каждый камешек на дне. Проплыл косяк рыбок. При малейшем дуновении ветерка рыбацкие лодки начинали мягко покачиваться на волнах. Цикады сегодня трещали особенно громко. Проведя в Антибе целое лето, я привыкла к этим ежевечерним концертам, как и к вездесущему шуму моря.

Сосны, обступившие бухту, напоминали сгорбленных старцев. Деревья, растущие здесь, выдерживали безжалостный напор стихий. Чтобы противостоять ветру, они глубоко проникали в почву узловатыми корнями. Стволы были тонкими и корявыми, а кроны, смыкаясь, образовывали крышу, защищавшую меня от солнца, которое уже близилось к горизонту.

Я села на скамейку. Отсюда открывался потрясающий вид на залив Жуан и архипелаг Лерен, куда мы плавали с Лео. Я живо вспомнила нашу первую совместную поездку. Меня бросило в жар, когда я подумала о том, как его руки касались моего обнаженного тела. В воде. И на берегу. Под шелестящими деревьями. Единственными, кто видел нас, были солнце, песок и море.

Я уже давно поняла, что больше не представляю себе жизни без Лео. Особенно здесь, в этом удивительном месте, где все перекликается с моими чувствами к нему. Время пришло. Сегодня я преподнесу Лео свое сердце на серебряном блюде. Подам, как бутылку дорогого шампанского. Надеюсь, она не взорвется. Не выстрелит мне в лицо пробкой и осколками.

Достав телефон из клатча, расшитого жемчужинками, я сфотографировала закат над бухтой и отправила снимок Магали с подписью:

Пожелай мне удачи.

Сестра знала, какой разговор я запланировала на этот вечер. Они с Клои и так болели за меня, но сейчас мне понадобилась дополнительная поддержка: сердце разбухло в груди – настолько я была взволнована и величием пейзажа, и важностью той задачи, которая стояла передо мной. К счастью, на этот раз Магали ответила почти мгновенно:

Я верю, что ты со всем справишься.

А теперь вперед! Хватай его!

Я засмеялась, растроганно прижав телефон к груди. Магали была права. На днях я уже решила другую проблему, не менее серьезную, и теперь ничто не мешало мне подарить свое сердце любимому человеку. Впервые в жизни. Это будет мой вечер. Наш вечер.

Почувствовав прилив сил, я встала