Училка моего сына - Натали Лав

Задираю подбородок, который начинает дрожать. Может, брат прав. Я не знаю. Но у меня так сердце за Кирилла болит, что... Мне надо его увидеть! Во что бы то ни стало...

— Я... Я хочу поговорить с Киром. Мне надо. Если ты мне не поможешь, то я сама... - слова вылетают. Сбивчиво. Рассыпаясь словно бисеринки.

Ден застывает, шарит по моему лицу взглядом. И делает неутешительный вывод, при этом сильно морщится:

— Постой, Майка... Ты что... Любишь этого козла?!

Вот так просто Ден несколькими фразами вскрывает нарыв внутри. Я задыхаюсь, услышав от кого-то вслух, что со мной происходит.

А ведь — и правда. Люблю...

Только что делать с этой любовью? Как пробиться с ней к тому, который выставляет все свои шипы и раздирает тебя ими? Видит это, осознает, как тебе плохо, но продолжает это делать? И слабым утешением служит то, что ему не лучше. А также, как тебе, плохо. Или даже еще хуже. Только по какой-то неизвестной тебе причине он не хочет остановиться.

Это страшно. Собственная беспомощность. Я тону в своих чувствах. А Кирилл... Я хочу знать, что происходит с Кириллом! Он должен мне сказать...

Молчу. По моему лицу и так всё видно. Что тут добавить? От чего зависит любовь? Разве влюбляются лишь в достойных?

— И попрёшься к нему, — делает Ден следующий правильный вывод.

Я поджимаю губы и не издаю ни звука. Я ему уже всё сказала.

— Ладно... Лучше со мной, чем одна, — обреченно выдыхает Денис.

Тянусь к нему, обхватываю за шею. Какой же высокий он стал! Шепчу, обнимая:

— Спасибо тебе большое!

— Я всегда на твоей стороне, Майя. Просто... Очень не хочу, чтобы ты страдала, — отвечает мне Денис.

Я всё это знаю. Но, наверное, уже слишком поздно для того, чтобы не страдать.

Не знаю, что и как говорит Денис матери и отчиму, но в Москву нас отпускают без вопросов. Я пыталась дозвониться Кириллу, однако очень скоро я поняла, что в черном списке. Адрес Кабириных я знаю.

В Москве. когда мы сошли с самолета, Денис еще раз спрашивает:

— Ты уверена, что тебе это нужно, Майя? — вглядывается в моё лицо очень внимательно и отчего-то я уверенна, что брат ждет, что я скажу, что мне это не нужно.

А я не могу этого сказать. Тревога сжимает моё сердце слишком сильно. Когда мы оказываемся дома у Кабириных, к нам выходит девушка. Красивая. Я тут же чувствую укол ревности.

Я сбивчиво ей объясняю, что я приехала к Кириллу. Денис просто сопровождает, в нашем разговоре не участвует.

— Кирилл подписал контракт на службу в армии... - огорошивает она меня.

Потом, глядя на меня, добавляет.

— Давайте я Захару позвоню. Может он сумеет вам чем-то помочь.

Она при нас звонит отцу Кирилла и, поговорив с ним недолго, передаёт мне трубку.

— Здравствуй, Майя, — слышу я голос отца Кирилла.

— Здравствуйте... Мне надо увидеть Кирилла, — мой голос звучит напряженно.

— Что ты от него хочешь, Май? — в голосе Захара Матвеевича отчётливо слышится усталость.

— Мне нужно с ним поговорить, — настаиваю я.

— Да уж... Поговорить вам и правда нужно. Я в больнице. Кир на распределительном. Я пытался его отговорить, но он меня не стал слушать. Возможно послушает тебя. Я сейчас распоряжусь, и вам организуют встречу.

Вот так просто?

— Спасибо! — негромко произношу я.

— Ты зря меня благодаришь... Я где-то ошибся с Кириллом, и для тебя бы было лучше, если бы я отправил тебя домой, но... Я очень надеюсь, что ты сумеешь его остановить. Мне кажется, что он совершает ошибку.

Именно это кажется и мне. Недаром я за него боялась.

— Мне всё равно, почему вы так поступаете. И я... Очень хочу, чтобы Кирилл ко мне прислушался.

Проходит совсем немного времени, я оказываюсь в небольшом помещении, куда должен прийти Кирилл. Дениса я упросила не ходить со мной. То, что между мной и Киром — оно настолько личное, что я не хочу это делить даже с собственным братом, ближе которого у меня нет человека.

Энергетика в комнатке меняется мгновенно, как только распахивается дверь.

Кир застывает на пороге. Он еще в гражданской одежде, но уже коротко острижен.

Впивается в меня глазами. Его взгляд загорается. Но это длится всего несколько мгновений. До того, как его демоны снова берут его под контроль.

— Зачем ты приехала, Майя? — ровно и сухо.

— Кир... Куда ты собрался? Зачем? — и меня по-прежнему съедает жуткая тревога. Я даже не дожидаюсь, что он ответит, — Не надо! Откажись от этого!

Он проходит внутрь помещения, закрывает за собой дверь. Я испуганно вздрагиваю.

Он замечает. Усмехается зло.

— Майя... Меня не надо спасать... Ты зря приехала. Вали обратно и забудь про меня...

Зачем он так?!

Отрицательно мотаю головой.

— Ты не понимаешь, Кирилл! — я собираюсь сказать, что чувствую к нему.

Но его палец прижимается к моим губам.

— Молчи! Это всё неважно. Я — неправильный. И тебе со мной будет плохо. Я испорчу тебе жизнь. Поэтому — молчи. И уезжай. Забудь про меня...

— Кир! Ты спятил?! Зачем ты отталкиваешь меня? — я повышаю голос.

— Потому что ты глупая, правильная девочка, которая будет стараться меня исправить. А мне это не нужно, Май. Мне нравится быть плохим. Вали, пока отпускаю. Останешься — и очень об этом пожалеешь!

Смотрю я его глаза. И... Верю ему. Это еще страшнее, чем было до этого. Кирилл сейчас говорит мне правду.

— Всё... Уезжай... - бросает он последние слова и, развернувшись, уходит.

А я еще какое-то время стою там, не могу двигаться. Чувство невосполнимой потери раздирает мне грудную клетку.

Приглашаю вас в свою новинку "Цветок на 8 Марта".

Аннотация:

— Что это? — отец Христоса поворачивается к нам, так и не подарив подарок начальнице отдела кадров.

Верхняя часть небольшой подарочной коробки остается у неё в руке, основная часть с собственно подарком — в ладони Александра Рихардовича.

Что там — видно и отцу Христоса, и пятидесятилетней женщине. И нам с Христосом.

И Александр Рихардович, и начальница отдела кадров начинают краснеть. Мы с Христосом держимся — закаленные. Но переглядываемся. Судя по лицу генерального директора нам с его сыном пора придумывать, куда идти работать.

* * *

Я — помощница руководителя крупной компании. Мне поручили заказать подарки для сотрудниц к 8 Марта. Кто же