Тэррлисс - Лия Стеффи

– Сколько еще раз мне придется тебя спасать? – Он остановился и с улыбкой посмотрел на меня.

– Тебя ведь никто не заставляет. – Я улыбнулась в ответ.

– Меня заставляет совесть. Слушай, давай ты хотя бы вне лицея будешь скандалить? Отец меня прикончит, если меня исключат из «Гринберга».

– Господи, ты и правда думаешь, что тебя выгонят? Ты сын депутата. Бабла заплатишь – да и все.

Кирилл в голос засмеялся, а я смутилась. Что смешного?

– Бенуа, ты еще зеленая такая! В лицее не берут взятки. Ты им хоть миллиард предложи, они не возьмут. Здесь есть железное и нерушимое правило. Если ты три раза накосячил, тебя моментально исключают. И плевать, чей ты ребенок. Отсюда после трех косяков уже исключали сына губернатора, дочь вице-президента одной крупной компании. Тут вообще не держат провинившихся учеников, ясно? У них столько денег, ты даже себе не представляешь. Зачем им проштрафившийся мажор, если они могут взять паиньку? За дверями стоит очередина из таких же, как ты. И в отличие от тебя они мечтают учиться. Никто даже и шанса не даст после трех предупреждений. Сразу до свидания. Я бы на твоем месте напрягся. У меня пока два нарушения за одиннадцать лет обучения, а у тебя – за несколько месяцев. Иначе надолго ты тут не зависнешь. И да, заплати за полугодие скорее. Они не любят задержек. Удачи! – Парень подмигнул мне и прибавил шагу.

Что за учебное заведение такое дурацкое? Как чувствовала: не надо сюда соваться! Чертов отец, засунул меня сюда, а теперь во Франции с любовницей отжигает.

Я вышла из лицея и набрала номер папы. Раздались гудки, но в конечном итоге он ответил на вызов.

Я услышала его холодный и грубый голос.

– Слушаю, Филисса.

– Ох, как официально! – хмыкнула я.

– Ты теперь взрослый и независимый человек. С тобой только так.

Я закатила глаза и решила проигнорировать подкол, чтобы перейти к делу.

– Почему ты не оплатил обучение в «Гринберге» сразу за весь год? Переведи деньги за оставшиеся полгода. И поскорее, они не любят задержки.

– Нет.

– Чего? – ошалела я.

– Ни копейки не переведу. Сама оплачивай обучение.

– В смысле? Где я возьму такие деньги?

– Опять же, повторюсь. Тебе восемнадцать, ты взрослая и самостоятельная. Вот и решай свои проблемы.

– Пап, ты оборзел, что ли?! Ты засунул меня в лицей, в котором обучение стоит как дом в Майами. Совсем крыша едет? Сегодня же переведи деньги на счет!

– Да, совсем крыша едет. Удачи, Филисса! – И он сбросил вызов.

Вот же подонок! Ну и хрен с ним. Пусть вообще забудет о моем существовании.

Оказавшись дома, я разделась и сразу же направилась в душ. До меня только что дошло, что час назад я держала в руках дохлую крысу. И о чем я думала?

Одиноко ли мне находиться в громадном особняке одной? Двоякое ощущение. С одной стороны, мне комфортно: ведь никого вокруг нет и я могу делать все что захочу. А с другой… Тишина постоянно побуждает думать о своем настоящем и прошлом. Да, мне действительно грустно, потому что я больше не могу общаться с папой, как раньше. Мне не хватает дедушки. Мне плохо из-за того, что мать больна и, похоже, никогда не вылечится.

И мне плохо от прошлого. Оно не оставляет – и не оставит. С этим нужно что-то делать, но я пока плохо понимаю, что конкретно предпринять.

Глубокая ночь опустилась на этот тщеславный город. На небе загорелись тысячи крохотных огоньков, там же красовалась полная луна, которая в этот раз была оранжево-красной. Необычайно красивая. И романтическая.

Впереди меня ждали выходные, сидеть дома не хотелось. В такую замечательную ночь грех не прогуляться. Я надела классические черные шорты, белую рубашку, черные гольфы и ботинки. Ну а что, всегда нужно соответствовать своему положению. В прошлый раз побегала босиком и в пижаме, мне хватило, спасибо.

Налив в стаканчик зеленый чай с молоком и мятой, я вышла из дома и спустилась по мосту к Краффте. Шум водопада, который находился неподалеку, завораживал. Да, я всем сердцем не люблю этот город, когда днем он просто кишит адскими людьми. Не люблю, когда он полон жизни. Только ночью, когда Рибовски засыпает, можно ощутить действительно приятную атмосферу.

Я подошла к пирсу и закрыла глаза, продолжив вслушиваться в шум воды, который успокаивал душу. Буквально через несколько секунд до моих ушей донесся голос парня, который что-то напевал. Готова сейчас спрыгнуть и утопиться, но я знаю голос. Никогда ни с чьим его не перепутаю. Открыв глаза, непроизвольно выронила стакан и стала всматриваться в темноту: ведь здесь была всего пара фонарей, которые не очень хорошо функционировали.

Голос доносился чуть дальше, поэтому в каком-то бреду я начала идти вперед. На краю пирса увидела парня: он сидел, опустив ноги в воду. От этого зрелища мне стало не по себе, однако я упрямо тащилась вперед. Доски на пирсе скрипнули, я резко остановилась, он повернул голову, а внутри меня обрушилось все что только можно.

Конец. Наверное, я схожу с ума. Прикрыв рот ладонью, я начала медленно пятиться, продолжая глазеть на него.

Он удивленно смотрел на меня, а потом поспешно встал и направился в мою сторону. Что тут вообще такое? У меня и правда поехала крыша? Я сплю? Я умерла?

– Не может быть… – проговорил парень.

По моему телу новой волной побежал шквал мурашек.

Дыхание участилось. Начало бросать в жар. Я затряслась от страха и непонимания. Никогда в жизни не испытывала такого ужаса. Даже тот роковой случай во Франции не сравнится с эмоциями, которые я испытываю сейчас.

Да, вот именно…

Этого просто не может быть…

Глава 16

Окунемся в прошлое

Сегодня наступил пятнадцатый день рождения Терри и Эда. Мальчики никогда не любили шумные