Волшебство с ароматом кофе - Виктория Серебрянская

— А что будет с королевством и троном, если вы не вернетесь?

Я не видела лица Мартиниана, когда он неохотно буркнул в ответ:

— Ничего хорошего.

Принц попросту отвернулся от меня в другую сторону, когда услышал мой вопрос. И ответил сухо и коротко. Так, что сразу становилось понятно: продолжения не будет, можно даже не пытаться задавать наводящие вопросы. И я предпочла сделать вид, что все так и было задумано, переключаясь на себя:

— Ну вот, пришли! Вот мое сокровище! Еще только-только начинают созревать, но, думаю, через пару дней уже можно будет начинать сбор урожая потихоньку…

По-моему, Мартиниан воспринял смену темы беседы с облегчением. Сразу же завертел головой, разглядывая рощицу:

— Это… оно? Из этого делают ваш шикарный бодрящий напиток?

Скепсис в голосе принца мне вполне был понятен. И я весело рассмеялась:

— Вот погодите! Соберу урожай, обработаю ягоды, обжарю, смелю зерна и угощу вас этим божественным напитком!.. Посмотрим, что вы скажете после дегустации!

Мартиниан как-то странно посмотрел на меня. Но смысл этого взгляда я поняла лишь тогда, когда принц спросил:

— И что… вы все это собираетесь делать… сами?.. Своими руками?..

Я снова рассмеялась в ответ, подошла поближе к одному деревцу, на котором уже красовались парочка спелых ягод, пальцами попробовала их на плотность. И только после этого, не отводя в сторону ветку с листвой, оказавшуюся между моим лицом и Мартинианом, посмотрела на молодого аристократа:

— Конечно. Никто из вас не знает, как это делается правильно. А в моем мире есть одна очень точная поговорка: хочешь, чтобы дело было сделано хорошо — сделай его сам!

Глаза моего липового супруга после этого заявления нужно было видеть! Он выпучился на меня, будто рыбина, выброшенная на берег. Только что рот не открыл. В синих глазах так и читалось: «А разве ты умеешь?..» Я не удержалась и снова прыснула от смеха:

— Вот погодите, Ваше Высочество! Выберемся мы с вами отсюда, вы расторгнете наш брак, или как это у вас называется, станете королем вместо батюшки. А я стану королевой кофейной империи и приду к вам на прием!..

Мартиниану сразу почему-то сделалось несмешно. В принципе, он и до этого не смеялся, а после моих слов вообще насупился. Вот только я совершенно не ожидала услышать от него:

— И где эта ваша империя находится?

Смеяться еще и над этими словами Мартиниана было уже попросту неприлично. Это понимала даже я, далекая от привычного ему мира. Пришлось прикусить изнутри щеку, чтобы погасить так и рвущийся из груди неприличный смех.

Мое промедление, когда я пыталась задавить неуместные хохотушки, принц расценил как-то по-своему. Потому что следующий его вопрос меня буквально сразил наповал:

— И как вы собираетесь вообще становиться императрицей? — кисло поинтересовался у меня мой липовый муженек. — Дождетесь аннулирования брака и выйдете замуж за императора? Или планируете переворот?

— Что-о-о?!..

Вот здесь я уже не сумела сдержаться. Смех так и выплеснулся из меня, и я буквально закатилась от хохота, цепляясь за ветки содрогавшегося от накатившего на меня веселья деревца.

— Что смешного я сказал? — сухо, безэмоционально поинтересовался у меня Мартиниан через некоторое время. Когда я уже просто всхлипывала от смеха, не имея сил хохотать и дальше. Живот болел похлеще, чем когда я качала пресс. Из глаз ручейками текли слезы. Но настроение, несмотря на хмурую мордашку синеглазого, у меня взлетело почти до небес.

— Простите, ваше высочество! — выдохнула весело и совершенно непочтительно, одновременно присаживаясь в кривом реверансе. — Я не собираюсь замуж. Да и перевороты мне без надобности. А империю я создам сама!

Супруг недоверчиво посмотрел на меня:

— И на каких же землях? — Мартиниан явно мне не верил.

Я выпрямилась. И как это придворные подолгу могут стоять, согнув ноги, в ожидании, когда король пройдет мимо них? Улыбнулась, постаравшись, чтобы улыбка выглядела жестом примирения, а то еще принц расценит мой ржач как унижение его королевской чести, и объяснила:

— Для этой цели много земли и не нужно. Производство наладить, высадить плантацию самих деревьев. Да офис и склады открыть. Все.

— Я ничего не понимаю, — покачал головой Мартиниан. Но хоть успокоился, и то хлеб. — Вы говорите какими-то загадками. Какое производство? И что такое офис?..

С этими словами Мартиниан сорвал ближайшую к нему розовую, но еще точно не успевшую вызреть вишенку и потянул в рот. Я не успела его остановить.

— Нет! — Запрет прозвучал одновременно с тем, как синеглазый раскусил ягодку, скривился от ее вкуса и сплюнул на землю: — Фу, гадость!

Я только вздохнула:

— Ну что же вы, как маленький, тянете в рот все подряд? — укорила, не подумав. — Хоть бы сорвали спелую!..

Оглядевшись по сторонам, я выискала взглядом саму спелую на доступной высоте, сходила за ней, а потом вернулась к Мартиниану:

— Эту попробуйте! Не бойтесь! — предложила, поднеся ягодку к мужским губам.

Я это сделала, желая загладить неприятное впечатление Мартиниана от знакомства с кофейной вишней, опасаясь, что он, разочаровавшись, запретит мне сбор и обработку ягод. Я-то, конечно, вполне могла наплевать на его запреты. Но ссориться из-за ерунды, когда, во-первых, мы заперты на ограниченном пространстве, а во-вторых, впереди неясное и пугающее будущее, мне не хотелось. Друзья в королевской семье, особенно с оглядкой на то, что я задумала, мне точно не помешают.

Мой необдуманный поступок имел странные последствия. На несколько бесконечных секунд время в роще будто становилось. Синие глаза Мартиниана как будто пронзали меня насквозь, заставляя сердце по неизвестной мне причине колотиться о ребра с сумасшедшей силой. Да, принц — очень привлекательный мужчина. Он мне понравился еще когда я впервые увидела его спящим. Но он же еще и гад почти первостатейный! К тому же отношения с ним под запретом… И все же… И все же…

— А вы уверены, Эмма, что это можно есть? — на выдохе негромко поинтересовался синеглазый через какое-то время, обдавая мои пальцы теплым дыханием.

Сердце по непонятной причине пустилось вскачь. Я с трудом разлепила почему-то спекшиеся губы, чтобы ответить:

— Абсолютно!

И не удержалась, облизнула их, чтобы хоть немного смочить нежную кожу. Правда, мне моментально захотелось отвесить себе затрещину за эту глупость: синие глаза Мартиниана немедленно потемнели до цвета штормовой волны. И как будто этого было мало, мой липовый муж, не отводя от меня взгляда, медленно склонился и взял ягодку у меня из пальцев. Губами.

Меня словно разрядом электрического тока прошило, когда мужские губы скользнули по коже. Никогда не думала, что